Тени Шенивашады (СИ) - Кангин Алексей Игоревич - Страница 90

Ран-Ир-Ракаш нахмурился. Тзай-тарры традиционно не любили тех, кто занимается подобным ремеслом, о чём в своё время говорил и Ран-Ир-Дерен. Но Тагур знал, на что надо надавить:

— Древности всегда интересовали меня, ещё с раннего детства, поэтому я и выбрал для себя такое поприще. Но, к сожалению, в Вилении никто не понимает ничего в изучении этих древностей. Когда я понял, что всё, что я смогу — это лишь продать реликвию какому-нибудь богачу, я хотел было кинуть это дело. Но потом я решил, что путь так, но я всё же буду связан с тем, что мне интересно, а из рук богачей реликвии всё же могут попасть к тем, кто действительно способен понять их сущность.

— Любопытная история, — пробурчал себе под нос Ран-Ир-Ракаш, когда Тагур сделал паузу. А Тагур изящной фразой поймал его на крючок:

— Уважаемый мастер-древневед Ран-Ир-Ракаш, я хотел бы, чтобы вы научили меня премудростям вашей науки, и я мог бы в Вилении начать настоящие исследования, а не просто сбор древностей.

Вот тут тзай-тарр расцвёл. Контакт был завязан. До поздней ночи они сидели в саду, разговаривая. Выяснилось, что Ран-Ир-Ракаш был хорошим знакомым Ран-Ир-Дерена. Мастер-древневед расспросил Тагура о последних днях жизни посла, сам рассказал некоторые подробности о том, как же Ран-Ир-Дерен пришёл к дипломатической службе. Несколько раз он упоминал и Эрию. Но не по хорошему поводу. Ран-Ир-Ракаш сообщил, что теперь Эрие без покровителя будет очень тяжело в Итуэдозе и что лучше бы она сюда вообще не возвращалась. Тагур насторожился, услышав такое, и попытался узнать, какие же опасности грозят Эрие. Но Ран-Ир-Ракаш отказался говорить, сославшись на то, что он, пожалуй, погорячился, и ничего такого уж страшного нет и быть не может. А потом он перевёл разговор на обсуждение реликвий. Его очень интересовало, как именно их находят и каким же путём они в итоге попадают в Итуэдоз. Тагур рассказывал всё, что знал. Мастер-древневед в ответ рассказал, как реликвии классифицируются и хранятся. В завершении разговора Ра-Ир-Ракаш пригласил Тагура завтра днём посетить музей древностей, А Тагуру только этого и надо было.

Когда Тагур уходил из сада, там оставалось ещё довольно много народу. Эрия по-прежнему беседовала со своими знакомыми. Это можно было понять, они очень давно не виделись, и им было что друг другу рассказать. Тагур подошёл к ней лишь попрощаться и отправился в свою комнату. Сначала он хотел попросить её проводить его, поскольку сам не был уверен, что точно запомнил дорогу, но потом решил, что не следует так грубо вмешиваться в чужой вечер. Тем более что как только Тагур произнёс, что уже уходит, одна из тзай-тарр, которая до этого слушала Эрию, вдруг сообщила, что ей тоже пора и вызвалась проводить Тагура до его комнаты. Тагур согласился. В глазах Эрии он при этом увидел неодобрение, не стал придавать этому значение.

Тзай-тарра, имени которой Тагур даже не запомнил, всю дорогу о чём-то щебетала и настойчиво зазывала Тагура в гости. Но он уже так устал за этот день, что даже почти не отвечал, а уж в гости к ней не собирался идти и подавно. В конце концов тзай-тарра привела Тагура к гостевой комнате и попыталась напросить в гости сама. Но Тагур не стал ей потакать. Тогда она сунула ему в руки записку с адресом, где можно её найти, что-то возмущённо фыркнула себе под нос и удалилась. А Тагур упал спать, надеясь завтра ночью уже покинуть Итуэдоз.

Следующий день оказался насыщен событиями. Едва проснувшись, Тагур сразу отправился искать музей древностей, о котором вчера говорил Ран-Ир-Ракаш. Дороги Тагур не знал, и её пришлось выспрашивать у окружающих. К его большому удивлению, тзай-тарры в Итуэдозе оказались на удивление любезны и всегда подсказывали нужное направление. От того знаменитого снобизма, который так присущ всем тзай-таррам во внешнем мире, здесь не было и следа. В итоге Тагур без проблем добрался до музея. Он делил одну из башен напополам вместе с музеем минералогии. Ран-Ир-Ракаш уже был на месте.

— Ааа, господин Киэлли, я очень рад, что вы сегодня всё же посетили мой музей! — воскликнул мастер-древневед, увидев Тагура.

— Мастер Ран-Ир-Ракаш, как мог я поступить иначе? Мы ведь вчера с вами договорились.

— Ну, у вас, у молодёжи, вообще очень туманные понятия о верности слову, — заметил тзай-тарр.

— Только не у виленцев! — заверил Тагур.

— Что ж, проходите, — пригласил мастер-древневед.

Тагур вошёл в музей. Чего здесь только не было! У каждой из стен стояли стеллажи, полные обломков каких-то предметов, небольшие расписные камешки, множество мелких безделушек. Да, здесь было очень много всего. Но вряд ли здесь было то, что нужно Тагуру. Он надеялся увидеть в музее самые настоящие реликвии, какие находил и сам, а обнаружил здесь только какой-то мусор. Пожалуй, Тагуру не соврали, когда говорили, что Ран-Ир-Ракаш умеет разбираться только в осколках ваз. Но Тагур не подал виду. Ведь даже если у мастера-древневеда и не было Диска, то он мог сообщить, где его искать. А тзай-тарр тем временем изливал Тагуру своё негодование по поводу места для музея:

— Тагур, вы, должно быть, обратили внимание на то, что меня разместили рядом с музеем минералогии? Не понимаю, как это могло прийти в голову градоначальнику! Поместить в одной башне мёртвую материю, грубые камни, и утончённые предметы искусства, каким уже не одна сотня лет! Нет, это возмутительно!

— Да, понимаю, — согласился Тагур. — Я бы ни за что не поставил рядом реликвии и камни.

— Раньше мы были в одной башне с теми, кто изучает всякие механизмы времён Владельцев. А потом кто-то решил, что для изучения механизмов нужно больше места. Меня переселили сюда. Поближе к камням. Эти глупцы не понимаю, что во всех этих предметах искусства, во всех этих осколках, непонятных табличках смысла может быть куда больше, чем в их механизмах. Всё равно из сотни они могут понять и скопировать в лучшем случае один механизм. А вы знаете, Тагур, почему моё дело важнее, чем у них?

Такой вопрос просто сбил Тагура с толку. Он хотел было что-то ответить, но потом подумал, что это может быть не то, что хочет услышать Ран-Ир-Ракаш, а потому решил попросту признаться, что не знает.

— Вот! Даже вы не знаете, — с каким-то смешанным чувством торжества и разочарования произнёс мастер-древневед. — А дело в том, что через изучение всех этих так сказать «мелочей» мы начинаем понимать Владельцев, понимать их культуру! Мы ведь совсем ничего о них не знаем, кроме преданий и книжных страшилок. Но ведь это каждому образованному человеку должно быть понятно, что Владельцы не могли быть просто жестокими тиранами. Они откуда-то пришли, у них была своя многовековая культура, свои предания, истории. Если мы поймём, кем же были Владельцы, мы сможем и понять, как же с ними надо разговаривать, когда они вернутся. И возможно, мои изыскания позволят избежать войны. Возможно, мы сможем обо всём договорить, если только найдём общий язык. Вы понимаете?

— Пожалуй, я вас понимаю, — Тагур закивал. — А скажите, далеко ли вы продвинулись в изучении культуры Владельцев?

— Ну как сказать, господин Киэлли… У меня есть куча образцов с письменностью Владельцев. Но мы не можем её расшифровать. В общении с людьми, в обучении своих приближённых слуг Владельцы использовали уже наш язык и ту письменность, что используется и доныне. Но зато мы точно установили, что Владельцы не могли быть людьми, как считают некоторые.

Мастер-древневед замолчал на полуслове, заставляя Тагур задать вопрос:

— Как вам это удалось?

— Мы нашли фрагменты фигурок, изображающих Владельцев. Фигурки были разбиты, мы очень долго собирали их по кусочку, сами восстанавливали то, что не могли найти — а это, поверьте мне, само по себе целая наука — и в итоге мы смогли восстановить примерный облик Владельца. Вот, смотрите, — Ран-Ир-Ракаш подошёл к полке, взял оттуда фигурку и протянул её Тагуру. Фигурка действительно была слеплена из разных кусочков. Причём было видно, что кусочки эти различаются и по материалу, и по времени создания, и даже по стилю исполнения. Тем не менее, эти разнородные элементы были слеплены воедино свежей глиной, и сейчас Тагур держал в руках нечто, что должно было изображать Владельца. У существа были другие пропорции тела — не такие, как у человека. Особенно заметно это было по рукам. Руки сами по себе были достаточно тонкие, но кисти рук — слишком широкие. Словно бы была ещё какая-то диспропорция и в длине плеча и предплечья, но тут Тагур ничего не сказал бы с уверенностью. Голова существа была по форме похожа на человеческую, но вытянута сильнее и не с округлой верхней частью черепа, а со слегка заострённой, напоминающей форму древнего шлема. Человеком это существо явно не было, но насколько оно могло быть Владельцем?