Ганнибал. Революция (СИ) - Алиев Али - Страница 55

Я не заметил, как мы спустились, не обратил внимания на то, где мы, что делает мой друг. Моя голова была забита. Я думал. Думал и пытался понять. Искал выход. Ведь всего этого просто не может быть. Армида не могла умереть, она должна быть жива. Но где тогда ее искать?

– Ган, да очнись ты!

Я посмотрел на бесцеремонно трясшего меня Зорга.

– Ты меня слышишь? – заглянул он мне в глаза.

– Слышу, – кивнул я в ответ. – Что такое?

– У нас тут гость.

Я медленно перевел взгляд на молодого парня в панковской одежде, мирно поедающего кусок мяса. На первый взгляд ему было лет девятнадцать. Длинные черные волосы, черная куртка, джинсы, гриндера. Настоящий неформал.

– Салют! – поднял он ладонь в знак приветствия. – Жрать хотите?

– Ты вообще-то нашу еду грызешь, – опешил Зорг.

– Ой, да пох…! Какая разница, чья это еда? Давайте, присоединяйтесь.

– А ты кто вообще такой? – посмотрел я на него.

– Вообще, мля, когда люди знакомятся, принято сначала представляться самому, а только потом, если собеседник соизволит…

Я достал стрелу и пустил ее в землю прямо между ног парня, в сантиметре от самого важного.

– Э… ну ты чего? – отполз он тут же от стрелы. – Чуть не попал!

– Потому что не хотел попасть, – пояснил я.

– Заран я. Заран, все нормально! Просто мимо проходил, увидел вот вас, подумал, может, у вас и пожрать чего найдется. И, как видно, не ошибся!

– Заран? – я посмотрел на друга, тот пожал плечами. – Ты местный?

– Знаешь, как меня учила мама в детстве? «Заран, милый, если кто-то назовет тебе свое имя, мля, не будь мудаком, назови свое имя в ответ!»

Я потянулся за второй стрелой. Настроение и так ужасное, еще и этот матершинник, через слово вставляющий мат. Бесит…

– Мля, да не местный я, ясно? Просто мне к храму Элна надо, так что я вот собираюсь к местным.

– Как? Есть выжившие? Где они?! – тут же привстал я.

– Ган? – заглянул мне в глаза Зорг.

Черт, нужно взять себя в руки. Может, Армида еще жива. Возможно, я смогу ее найти…

– М… а Ган – это сокращенное от Ган…дон?

Я поднял сердитый взгляд на нахального пацана.

– Шучу, шучу! Просто забавно звучит.

– Ганнибал я. А это Зорг. Слушай, Заран, я преодолел очень большой путь, чтобы найти свою сестру. Она жила в Москве. Мне очень нужно узнать, есть ли живые в Москве.

– Знание – это хорошо, – кивнул он, ковыряясь ногтем в зубах. – Знание – это сила. Вот только многие знания – многие печали и еще…

– Мы что, соревнуемся в пословицах? – не выдержал Зорг.

– Не-не, я это к чему. Давайте баш на баш? Я помогу вам, а вы поможете мне?

– Чем?

– Поможете добраться до храма бога смерти. Клянусь, выжившие действительно есть. И я знаю, как к ним попасть.

Мы с Зоргом переглянулись.

– Идет, – согласился я.

Черт с ним, нам все равно к Элну надо, чтобы с паладином разобраться окончательно.

– Вот и ладушки, – причмокивая последним куском, закивал Заран.

– Рассказывай.

– Что? А, ну да, есть тут один городок неподалеку. В нем живут выжившие.

– Где? – тут же встрепенулся я.

– Идите за мной! Заран все покажет, – подмигнул он нам.

– Подожди, – остановил его мой друг. – А где храм Элна?

– Как где? – удивленно посмотрел он на нас. – Там.

Я проследил за его рукой и нахмурился. Парень показывал прямо на город.

– Ты, видимо, решил, что шутить сейчас самое время?

– А че? – не понял он. – А… да не, не сверху. Снизу! Он в метро. Большинство выживших тоже там. Туда туман вроде как не достает, но и там тварей хватает.

– А где ближайший вход? – тут же заинтересовался я.

– В тумане, – покачал он головой, разбив мои надежды. – Но есть вариант туда попасть, не переживайте. Пойдем в город, там все расскажу.

Мы переглянулись с Зоргом, вздохнули и пошли следом за неформалом. Если кто и сможет сейчас дать нам ответы, то только он. Город оказался не очень далеко. Идти нам пришлось всего пару часов, но за это время мы успели проклясть все и вся. Заран оказался той еще занозой. Он болтал безостановочно. И ладно бы, рассуждал об искусстве, но нет. Он шутил, и искренне считал свои плоские шутки смешными. Особенно раздражало количество мата на минуту времени. Мне кажется, за время нашего пути каждая гулящая девушка в мире хоть по разу, да икнула. Нет, я не святой, и ругаюсь порой похуже сапожника. Но то, как часто и безвкусно делал это он, меня просто убивало.

– Ну, вот мы и пришли, – объявил наконец-то болтун, когда мы вошли в небольшой городок. – Здесь в целом все нормально, только люди какие-то хмурые.

Ну, что сказать, хмурость людей вполне логична. Стоило нам войти, как я наткнулся взглядом на труп мужчины. Бедняга лежал в канаве, а вокруг него роились мухи. Так себе обстановочка, хотя, если его не съели, значит, каннибализм тут не в почете, что уже слава богу. Проходя дальше, я так же отмечал, что на райское местечко город явно не походит. Люди грязные, в рваных обносках. Правда, чем ближе мы подходили центру, тем лучше была и обстановка, но даже самые элитные места выглядели хуже окраин Ростова, даже после войны.

– Смотрите! Он идет! – крикнул кто-то, и люди из всех дверей и щелей бросились вперед по улице.

– Ух ты, нам повезло! – улыбнулся Заран и пошел за толпой. – Мы пришли как раз вовремя. Он вернулся.

– Кто вернулся? – не понял я, следуя за ним.

– Святой! Только он может беспрепятственно проходить по туману.

– Святой? – удивился Зорг.

– Да. Это мужик один, он не любит разговаривать, но всегда всем помогает. Людей из метро выводит в мир, из Москвы продукты привозит. В общем, очень хороший человек.

– Блин, как же они достали толкаться, – вздохнул я.

«Эхо»

Человеческий гвалт разнес звуковые волны по городу. Я увидел все: каждый дом, каждую улочку, кроме того места, где был святой.

«Гарпун»

Выстрелив в дом над ним, я тут же понесся вверх. Внезапно моя веревка и стрела исчезли, и я полетел со второго этажа. Падение спиной на землю не подняло мое настроение.

– Какого черта? – опешил я.

– Ты в порядке? – послышался сверху знакомый голос.

Я поднялся и посмотрел на говорившего.

– Да, я… – увидев лицо Святого, я запнулся на полуслове.

– Ну, привет… Аслан.

***

Таня убедилась, что Наташа спит, и тихо прикрыла за собой дверь. Не нужно девочке знать, что собирается делать ее наставница. Она маленькая еще. Не понимает, во что вляпалась. А Татьяна Викторовна педагог со стажем. Она знает. Она всегда все лучше всех знает. Она всю свою жизнь посвятила детям, и не могла сейчас оставить в беде свою подопечную. Ведь она знает, в какой опасности находится Таша. Таня встала на колени. Она уже много раз пыталась воззвать к богу. К тому богу, в которого верила ее мать, и ее бабушка тоже. Сама Таня никогда не была набожной, однако не зря говорят, что перед смертью атеистов нет. С тех пор, как из леса появились Ежи, Таня усердно молилась каждый день. Но бог был глух к ее молитвам. Женщине и не приходило в голову, что в этом мире есть уже другие боги. Она не знала, как они себя поведут. Услышат ли ее? Помогут ли? Или все зря? Но с другой стороны, что она теряет? Женщина прикрыла глаза, сложила ладони перед лицом и начала молиться.

– Боги, пришедшие к нам с новым миром. Молю вас, откликнетесь. Помогите мне. Ибо сама я не справляюсь. Я не знаю, что делать…

Она плакала, молилась и вновь плакала, она просила о помощи и говорила. Ее словно прорвало. Она рассказывала о приходе незнакомца, о том, как он обманул девочку. Изначально в ее голосе читалось отчаяние и страх, но чем дольше она говорила, тем больше нот злости и ревности проявлялись в ее словах. Слезы высыхали, а на лице появлялась злоба. Таня берегла Наташу, заботилась о ней, как о родной дочери, воспитывала. Девочка любила женщину, как родную мать. Она была для нее важнее всех, а теперь… пришел этот плохой человек. Он настроил девочку против нее, украл ее любовь. Таня даже не заметила, как желание помочь Таше сменилось на просьбу убить Ганнибала. В последний момент она сама испугалась своих слов, но было уже поздно. Ее молитва была услышана.