Шпага гроссмейстера - Дихнов Александр - Страница 61

– Тогда зачем? – Вотан даже не встал, а лишь присел, облокотившись о ножку кресла.

– Помешать совершить очень большую ошибку.

– А кто тебе сказал, что ты имеешь право судить о чьих-то ошибках? – усмехнулся Вотан. – К тому же ты не ответил на мой вопрос: зачем?

– Что «зачем»? – Я, признаться, несколько растерялся.

– Зачем мне жить?

Я растерялся еще больше – отвечать надо было быстро, а я в подобных проблемах всегда разбирался плохо. После минутной паузы Вотан все же пересел в кресло и заметил:

– Это хорошо" что ты промолчал. Ты достаточно мудр, Рагнар. Присаживайся!

Я сам поразился своей мудрости, однако занял второе кресло и спросил:

– А как насчет отомстить?

Это был удар в точку. Вотан застонал и в буквальном смысле слова проскрежетал:

– Кому, Рагнар? Кому?! Поставьте передо мной хоть дьявола и скажите, что он виновен в смерти моего брата, и я разорву его на части, ты уж поверь… А так…

– Но ведь есть и другие способы.

– Ну да, – Вотан усмехнулся. – Например, освободить Гроссмейстера в пику этому…

– Почему бы и нет?

В глазах Вотана мелькнуло подобие интереса.

– А что, это возможно прямо сегодня?

– Сегодня еще нет, но завтра очень может быть… Слушай, давай не будем о делах, а просто выпьем?

Как мне кажется, это был переломный момент, и Вотан тоже это осознавал. Прошло, наверное, минуты три, прежде чем он махнул рукой в знак согласия и достал из ящика стола бутылку джина. По-прежнему молча он отломил пробку, отпил и, протянув бутылку мне, спросил:

– Ну хорошо, а тебе-то зачем все это надо? – Пока я пил и раздумывал, он заговорил вновь: – Ты никогда не встречался с Гроссмейстером, и для тебя это имя – символ. К тому же ты, мне кажется, значительно лучше других представляешь, насколько преувеличены его достоинства. Так?

Я кивнул, ибо Вотан был абсолютно прав.

– Тот родич Джарэта, о котором он сегодня разглагольствовал, так это вообще черт знает что… Конечно, с точки зрения накопления сил перед войной освобождение Гроссмейстера разумно, но ведь это может оказаться не совсем так, а? Не говоря уже о том, что лично тебе Альфред ничего плохого не сделал.

С этим пунктом я согласиться никак не мог, и парочка из уже описанных эпизодов быстро развеяла заблуждение Вотана.

– Хорошо, вопрос стоит так: или он, или ты. Но ведь ты мог бы выйти из игры? – Только сейчас до меня стало доходить, что Вотан – не только идеальная машина для перемалывания костей. – Я понимаю, тебе мешает гордость, да и просто ты предпочитаешь действие и риск, но где смысл этих действий? Даже в самом распрекрасном будущем ты останешься лишним!

Я знал это, я всегда знал это, хотя периодически и тешил себя иллюзией, что в будущем возможно все… Недавний разговор с Дианой еще раз подтверждал, что трагедия Человечества неразрешима, но все же…

– Живя в этом самом будущем, мне, наверное, приятно будет сознавать, что его создание, черт возьми, зависело и от меня. И потом, я просто люблю жить!

Вотан не без иронии рассмеялся:

– Я, знаешь ли, тоже, хоть иногда и начинаю в этом сомневаться. А помнишь…

Бутылка все активнее кочевала из рук в руки, мы все глубже и глубже забирались в дебри воспоминаний, где у каждого из нас скопилось немало интересных событий. Последняя война между Пантидеем и Местальгором, война с Королевством Хадор, Великое нашествие дахетских кочевников, путешествие на заброшенный космодром в недрах южных пустынь, уже полузабытая Пятидесятилетняя война с пиратами – даже краткого описания любой из этих историй хватило бы на небольшую книгу…

Спустя часика два в расход пошла вторая бутылка, а возраст вспоминаемых событий перевалил за полтысячелетия. Вотан заметно пьянел, но это было к лучшему: он уже мало напоминал Человека, сломленного горем. Его рассказы становились длиннее, ярче, оживленнее, и постепенно я стал слушателем. Конечно, это был лишь краткий всплеск, и горечь этого дня навсегда отпечаталась на его лице, но такая реакция – это было лучшее, на что я мог рассчитывать…

То ли нервное напряжение, то ли количество выпитого вскорости убаюкали меня, я стал слушать вполуха и едва не прозевал тот подарок Судьбы, который был мне столь необходим. Вотан рассказывал очередную историю из своей молодости, приходившуюся по времени на разгар Последней Войны. Суть байки заключалась в том, что он по ошибке затеял жуткую драку в каком-то кабаке на какой-то планете и чудом спасся, благодаря неожиданной помощи своего друга – Человека необычайной силы. Вотан уже собирался переходить к какой-то новой байке, как вдруг до меня дошло. Я вскочил, уронив кресло.

– Вотан, еще раз, как звали этого твоего друга?

– Райнер.

– Это был высокий, худощавый, длиннорукий блондин, и он был членом Клуба?

– Описание подходит, а насчет Клуба, честно говоря, понятия не имею.

Я еще раз прикинул по времени: да, эта история практически совпадала с исчезновением Гроссмейстера…

– Как, ты говоришь, называлась планета?

– Таркад… .

– А где это в координатах Доски?

– 77-е, по-моему, или 78-е поле…

Глава 6

– Да сделай милость: сядь, пожалуйста. В глазах рябить начинает. – Вотан меланхолично махнул рукой. – Дался тебе этот Райнер! Давай лучше выпьем!

– Ты с ума сошел! – При всем желании я не смог сдержать эмоций. – Понимаешь, если это так, если Райнер – член Клуба – был на этой планете тогда, в день исчезновения Гроссмейстера, то мы знаем…

– Что знаем?

– Положение всех Фигур.

Некоторое время Вотан удивленно смотрел на меня, а затем вполголоса, точно боясь спугнуть удачу, произнес:

– Но это надо проверить?

– Обязательно. И чем быстрее, тем лучше.

Что ни говори, а Вотан был Воином с большой буквы. Вмиг исчез хмель, а также горе и разочарование; он уже собрался в поход, он уже рвался в бой.

– Но как мы это сделаем?

– Пойдем, по дороге узнаешь, – я был уже в коридоре, и Вотан не колеблясь последовал за мной.

В гостиную я почти вбежал – к счастью, Джарэт все еще был там, он о чем-то беседовал с Юлйанож и Эрсином.

– Простите, Джарэт, вас не затруднит одолжить мне янтарные бусы на несколько часов. Я обязательно верну, – зачем-то добавил я.

– Рагнар, где горит? – Юлиан смотрел на меняет как на разыгравшегося ребенка.

– Наверное, мы знаем полную расстановку Фигур, но надо проверить…

– Прошу. – Джарэт протянул бусы. – Только поберегите голову, она еще понадобится и вам, и нам.

– До скорой встречи, – добавил Эрсин.

Я кивнул, взял Вотана за рукав, и через несколько мгновений бусина, зажатая в пальцах, слегка увеличилась в размере.

Мы стояли на опушке какого-то леса. Под ногами хлюпало, нещадно палило солнце, и на нас немеддя обрушился рой слепней. Не самое приятное место, но мне было все равно.

– И что дальше? – Вотан подозрительно озирался по сторонам.

– А сейчас мы достанем Доску, ты припомнишь какой-нибудь особо выдающийся пейзаж этого города или окрестностей, и мы переставим наши Фигуры на 77-е поле.

– Погоди. – Вотан покачал головой. – Во-первых, я точно не помню, 77-е или 78-е поле, но даже если пойти на риск и выбрать 77-е, то все равно в том квадрате несколько планет, и где гарантия того, что мы не попадем на другую или, еще того хуже, в бездну?

– Ты должен представить себе вполне конкретное место…

– Хорошо, а если ее нет?

– Кого?

– Планеты. Она могла быть уничтожена в ходе Последней Войны.

Я перестал отмахиваться от надоедливых насекомых и некоторое время молчал.

– Я не знаю, что будет, но мы должны попробовать – другого выхода, увы, нет.

– Ну хорошо.

– Ты только сосредоточься, представь все до мельчайших деталей – переход произойдет мгновенно.

– Поехали…

Я открыл Доску и переставил наши Фигуры по комбинации, подсказанной мне когда-то Шпагой: 28, 110, 12, 132 и 77. Интересно, в последний момент подумал я, какова вероятность того, что выбранное Вотаном место, да и вообще любое другое, за прошедшие восемьсот лет практически не изменилось?