Шпага гроссмейстера - Дихнов Александр - Страница 55

– А что стало со Шпагой после… – Оказывается, запинаться можно и мысленно.

– Неизвестно. Тело Гэлдора не было найдено в катакомбах, а с ним сгинула и Шпага.

Я поразился; неужели ради того, чтобы найти тело великого воина и его уникальное оружие, нельзя было перевернуть катакомбы вверх дном.

– Вы опять правы, Рагнар, – спокойно заметил Оракул, – я тоже не перестаю этому удивляться, но объяснений мы не найдем никогда.

О Шпаге разговор был исчерпан, и я перешел к другой волнующей меня загадке:

– А что случилось с вашей цивилизацией?

Я ожидал услышать в ответ что угодно, только не то, что услышал:

– А как вы думаете, Рагнар? Попробуйте догадаться, ведь вы стали необычайно прозорливы…

Несколько секунд я пытался построить какую-нибудь хитроумную гипотезу, используя имевшиеся у меня разрозненные факты, но затем бросил это дело и сообщил первое, что пришло в голову:

– Выиграв войну, о которой мне рассказал Гэлдор, вы успокоились, залечили раны и расслабились, но последовал новый, еще более сокрушительный удар, ибо сканки все же не были изгнаны и могли не торопиться, зная, что впереди у них вечность… Может быть, вы победили и в той битве, но настала следующая, и так до тех пор, пока вы не сломались. Я угадал?

– Да, все было именно так, – грустно подтвердил мой собеседник. – Последней для нас оказалась Четвертая Война, начавшаяся за год до моего рождения и длившаяся почти полсотни лет. Не буду утруждать вас подробностями происходившего, замечу лишь, что гады, атаковавшие нас изо всех щелей, были куда грознее, чем во времена Гэлдора. Мы не смогли выстоять, и погибли все…

Из чувства такта я не стал расспрашивать о подробностях катастрофы, воспоминания о которой явно были Оракулу не по душе, но тогда…

– Почему же сканки не захватили Галактику, как намеревались?

– Это темная история, Рагнар. Факты таковы: долгие годы нам не удавалось установить истинное местонахождение сканков, но за пять лет до поражения я сумел это сделать, выследив источник используемой ими энергии. Судьба нашей культуры к тому времени уже была предрешена, но правившие тогда Энгебард и Гиорд решили отомстить врагам. Несколько месяцев шла подготовка, а затем они отправились к Большой Белой Фигуре, стоявшей тогда на 147-м поле… На следующий день Белая Фигура исчезла, а Энгебард и Гиорд пропали вместе с ней. Похоже, что их план удался, но оставшихся на Эгрисе это, к сожалению, не спасло…

Что ж, все это было прекрасно, просто замечательно, но как, черт возьми, тогда уцелел Альфред?! И еще одно удивило меня…

– Значит, Доски Судеб существовали в вашей цивилизации давно?

– Нет. – В голосе Оракула промелькнул легкий оттенок гордости. – Доски – это мое изобретение, и появились они лет за десять до конца воины. Правда, для их функционирования мне пришлось принять свою нынешнюю форму. – Несколько секунд длилась пауза, а затем он тихо добавил: – Как это было давно…

Психология Оракула удивила меня безмерно – он, насколько мне было известно, был первым, кто покинул материальную оболочку без непосредственной угрозы для жизни… Однако копаться в подобных вопросах я счел неэтичным и спросил о другом:

– А как функционирует Доска?

– Для того чтобы вы смогли понять принципы ее действия, Рагнар, вам пришлось бы потратить несколько лет на изучение теории межпространственной энергетики и ирреальных миров.

– Вы не так поняли меня, – поправился я. – Что такое Доска вообще?

– Вообще? – с легкой иронией переспросил Оракул. – Сложное устройство, связывающее воедино реальные и воображаемые миры.

– Почему же тогда Фигуры? Судьба? – Я был крайне удивлен.

– А Фигуры служат лишь для операций с Доской, хотя… – Оракул надолго замолчал, а затем тон его странно изменился. – То, что я скажу вам сейчас, Рагнар, не знает никто! Поймите, Судьбу или будущее точно знать невозможно, и на Доске нет и не было ничего, связанного с предсказаниями и тому подобным. Я просто так или иначе довожу до вас лишь свои умозаключения, основанные на анализе ситуации, и не более того!

Я достаточно спокойно проглотил это заявление, хотя оно очередной раз перетасовывало все мои взгляды на действительность. С минуту мы молчали, а затем я подвел итог:

– Значит, вы – не всемогущий и всевидящий Бог, как считают многие, а лишь – старый и мудрый мозг, пытающийся нам помочь. Доска – не мистический символ Судьбы, а лишь полезный инструмент, и все Фигуры и гербы – ваши представления о Человеке. Я ничего не перепутал?

– Все верно. – В голосе Оракула опять проскользнула ирония. – Вы разочарованы?

– Да, наверное, – признался я, и Оракул замолчал, похоже, задумавшись.

– Единственное, что я так и не смог понять в Людях, – это их страсть к необъяснимому и божественному… Может быть, вы раскроете мне эту тайну, Рагнар?

Я удивился, ведь ответ был очевиден.

– По-моему, это просто, ведь жизнь без загадок и без веры так скучна…

– Разумеется, но почему же разгаданная тайна вызывает разочарование, а не радость? Ведь я же не последняя ваша загадка?

– Не последняя, – согласился я, и эта мысль свергла меня с горных высей философии на бренную землю. – Между прочим, я разочарован потому, что был уверен в вашем всеведении и рассчитывал узнать ответ на один-единственный, по-настоящему важный сейчас вопрос: кто?

– Точно не знаю, – подтвердил Оракул мои худшие предположения, – но все же кое-чем вам помогу. Вот что мне известно: в заговоре участвуют двое – Диана и Эрсин, причем именно она была инициатором. Я утверждаю это столь категорично, потому как засек ее первую встречу с Альфредом. Собственной говоря, я и про него-то узнал только тогда. Несколькими днями позже – заметьте, Рагнар, накануне вашего приезда в Дагэрт – с Альфредом встречался Эрсин, однако до кражи у вас Фигуры Гроссмейстера они не предпринимали ничего, и я перестал следить за ними, решив, что все же дальше разговоров они не зайдут. Это была моя ошибка… После вашего бегства я следил за Эрсином и могу вам точно сказать, что Кнута он не убивал. Вот, к сожалению, и все… Да, и еще: поторопитесь! Скоро рассвет… Решающий рассвет!

– Решающий?

– Завтра, в крайнем случае послезавтра, решится все.

Я не стал спрашивать, почему Оракул столь безапелляционно заявляет это, не умея предвидеть будущего. Я и сам знал, что это именно так. Но оставалось еще два принципиальных вопроса.

– Гроссмейстер… Это вы научили его, как нейтрализовать Вайара?

Оракул, казалось, был несколько задет.

– Нет, это была его инициатива. Более того, использованные им методы мне неизвестны…

– То есть вы тоже не знаете, где находится Гроссмейстер и насколько реален план его освобождения?

– Абсолютно справедливо. Единственное, что серьезно говорит за его план, – это тот факт, что Гроссмейстер был здравомыслящим и очень умным Человеком, – Оракул чуть помедлил, – хотя и менее проницательным, чем вы, Рагнар. Завещание Гроссмейстера, известное мне из мыслей Александра, создало у меня ощущение, что первый вождь вашей организации, как ни странно, хорошо знал, что делает.

Мне в голову пришла неожиданная мысль, но она была слишком неожиданной, чтобы делиться ею не подумав. Поэтому я лишь задал великому мозгу пресловутый вопрос:

– А вы уверены в необходимости освобождения Гроссмейстера?

Ответ был исчерпывающим:

– Он был моим другом!

Что ж, осталось последнее.

– Вы не подскажете, кто зашифрован в поле Илайджа? Это избавит меня от напрасной траты времени.

– Пожалуйста. – Длившаяся несколько секунд пауза была для меня очень тягостной, а ответ еще более усложнил мою задачу. – К сожалению, Рагнар, в пластинке содержится позиция самого Илайджа.

На какое-то мгновение мне подумалось, что это разочарование станет последним, однако за свою долгую жизнь я убедился, что сдаваться бессмысленно даже в самом проигрышном положении…

– Будем прощаться? – Оракул подвел итог нашей столь интересной, но, увы, не решившей моих проблем встрече.