Равновесие невест (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" - Страница 63

И с каждым подарком шли витиеватые записки, между строк которых читались предложения дружбы, поддержки, участия. А также вскользь намёки о неблагонадёжности чёрного короля, опасности нориуса и общей лихорадочной обстановки в Каргатском королевстве. И не стоит ли мне отправиться в более безопасное место? Например, к ним в гости? А заодно попрактиковаться в целительстве, ведь у меня такой замечательный дар…

Именно эти надушенные листы бумаги объяснили всё, что недоговорил Ник. Моя ценность измеряется ценностью ариуса. Мой дар моё же проклятье до момента, пока не обрету независимость. А это будет ой как не скоро…

Тем временем, меня переселили в другие покои, в более охраняемое помещение, подальше от океана, поближе к парковой части — в женское крыло. Так что как-то незаметно, начиная с визита сестры и Паули, ко мне подтянулись и остальные невесты. Но первой была Мирта, которая прорвалась сквозь все заслоны и прибежала в первый же день. Её лицо расцвело красками, вернулись ямочки на щёчки, глаза заблестели, а губки порозовели. И вся она светилась здоровьем.

Как оказалось, я не просто вытащила из неё яд, но и вдохнула больше жизни да так, что первые несколько дней она вообще не могла спать и была как заведённая. Доктору пришлось прописать ей частые полёты и бег вокруг дворца, чтобы сбросить лишнюю энергию и попросту выключить разум, чтобы не сойти с ума от внутренней бури.

Посетителей было действительно очень много. Ко мне приходили родители Мирты. Заходили двоюродные братья, навещали кэрры из совета Женевры, заскакивал Вран с женой, приходила Винелия Барбская, которая обрадовала, что как только встану на ноги, она устроит для меня небольшую вечеринку, и дескать разрешение от Никлоса уже получено.

Каждый день, утром и вечером, со мной был Артан. Он окружил меня таким вниманием и заботой, что временами мне становилось стыдно, ведь я отнимала у него столько времени: за порогом комнаты всё время дожидались его помощники, а в особо загруженные дни и вовсе все разговоры разворачивались в моей комнате, чтобы экономить время.

Но я не возражала, мне нравилась суета, так как сама не могла никуда отправиться, а так хотелось…

Регулярный массаж, тренировки, фрукты, овощи, магические эликсиры, работа с пробуждением ариуса — выздоровление шло крайне медленно и я никак не могла на это повлиять.

За эти дни только два человека не навещали. Это Никлос и мой брат. И если отсутствие короля было объяснимо, то почему брат не заходил — никто ответить не мог. Мне в уши лили оправдания, что до экзаменов осталось совсем чуть-чуть, и что он очень сожалеет, но всё время уходит на подготовку. Эта сказочка дивно звучала вместе с отсутствием писем. И присутствием Веста, который один раз, но забежал навестить сестру, а заодно и меня.

Сегодня же был просто аншлаг, и я догадывалась почему. Через неделю выходит замуж Милан Свенская, ставшая первой из нас: Кирнан так и не обзавелась женихом. И вообще, глядя сейчас на неё, складывалось странное впечатление отчуждённости девушки. Она больше не выступала с заносчивыми речами, не красовалась дорогими нарядами и украшениями, а всё больше тихо сидела в углу, склонившись над книжкой или занимаясь совсем уж несвойственным: вышиванием. А вчера я и вовсе случайно заметила под приоткрывшимся рукавом свежий синяк.

О таких вещах не говорят. Такое игнорируют, но я не могла не почувствовать жалость к ней. Особенно сейчас, когда так внезапно посватались к Милан. Причём весьма выгодно: младший сын Брошина Адегельского, заядлый холостяк Акрош, сделал предложение и девица из боковой ветви Синего дома входит в ключевую семью Серебряного. Повод возгордиться, что она и делала последние несколько дней.

Очередное солнечное утро через приоткрытые окна наполнило комнату пением дневных птиц и весенней свежестью. В малом саду уже вовсю распустились цветы, зацвели яблони и вишня. На подоконниках и столах в вазах расставлены красивые голубые цветочки-незабудки, тюльпаны, примулы и очаровательные ландыши, которые я попросила поставить у изголовья кровати.

Мои посетительницы разместились на небольших диванчиках, окружённые отрезами тканей, наборами украшений, альбомами с видами силуэтов свадебных платьев и пробниками косметики и духов. Разумеется, почти всё уже было выбрано и сделано, но девушкам нравилось перебирать образцы, фантазируя, кто в чём пойдёт и как это будет.

На второй день я уже откровенно скучала во время этих сборищ, но сама компания меня устраивала. С недавних пор я побаивалась оставаться одной, так что и ночью, со мной под боком спала теперь либо сестра, либо Паули, либо одна из горничных.

— Моя мама изначально думала, свадьба будет скромной, классической, как задумано по общей концепции кэрры Винелии. Без каких-либо добавлений. Но кэрр Акрош разом отмёл всю программу! Сказал: «Мы начинаем свадебный цикл. Негоже представителям самых знатных домов королевства скромничать. Это первый год без траурной ленты по Женевре. Так что будем праздновать на широкую ногу!» — закатив глаза, вдохновлённо вещала пепельная блондинка.

До неожиданной помолвки, она держалась в тени более яркой представительницы дома, и по поведению всегда была позади, скромничала, не лезла на рожон, была этакой серой мышкой. А теперь расцвела, раскрылась: платье нежно-розовое с серебристым отливом, волосы спускаются длинной волной, частично прячась под кружевную шапочку на затылке, на лице лёгкий румянец, глазки подведены, на губах помада, в ушах длинные серьги, а на груди символ помолвки — двойное украшение с гербами её рода и Адегельского. Тугой корсет со специальной вставкой под грудью подчёркивал как достоинство юной девы, так и притягивал взгляд к главному украшению.

Словом, мне быстро стало понятно, кто поработал над образом невзрачной девицы. Маркл просто мастер перевоплощений!

— И я с удовольствием сдалась на волю желаний. Так что в середине мая нас всех ждёт шикарное представление, — заулыбалась девица, манерно качая головой и обжигая взглядом каждую, кто, по её мнению, недостоин находится в этой комнате.

К примеру, Анку, которая отказалась досрочно возвращаться домой с сёстрами и вернулась в женское крыло. Или Мирту, вынужденную отклонить несколько заманчивых кандидатур из-за отсутствия слияния. И, разумеется, Паули, чья грядущая свадьба уже у всех на слуху: к ней по специальному приглашению прибудет королевская чета волчьих оборотней из Андора, небольшого лесного королевства рядом с Ангусским побережьем: принцесса Герда со своим мужем.

Для международного сообщества их территория считалась нашей, но жёлтые драконы, присоединяясь к Каргатскому королевству, заключили соглашение, по которому учитывалось право на государственный суверенитет этих оборотней, тем самым получив ряд преференций и вечную благодарность маленького Андорского королевства.

— Даже не знаю, чему ты так радуешься, — ворчливо и звонко высказалась Паули, вытаскивая из плетёной корзинки засахаренную вишенку и с удовольствием отправляя в рот, облизывая испачканные пудрой пальцы. Её глаза лукаво блестели, когда она смотрела на сморщившуюся от недовольства Милан. — Ему под девяносто лет! Да, мужчины живут дольше женщин, но такая разница в возрасте… когда ты войдёшь в пору зрелости — он уже будет стариком! И ты не сможешь ни веселиться, ни гулять на балах и празднествах, а наоборот — он утащит тебя в родовое поместье и всё! А когда станешь вдовой — поздно будет возвращаться.

— К тому же поговаривают, Акрош не просто так долго оставался холостяком… — вступила Анка, сидевшая на другом диванчике и лениво перебирающая серебристые отрезы тканей. — Он был замечен во множествах адюльтерах и парочке скандалов, так что отец предпочёл сослать сынка на военную службу в Заокеанские степи бить троллей, а тому так понравилось там, что… по слухам… он женился на местной человечке…

— Вздор! — взъярилась Милан, разжимая скомканные листы с образцами платьев. Они разлетелись во все стороны, а несколько попало под ноги вскочившей разгневанной невесты. Она собиралась выдать меткую и точную отповедь хихикающим в кулаки девушкам, но наткнулась на скрытую за вышивкой улыбку Кирнан и это моментально отрезвило её, наполнив сердце ядом девицы «второго сорта». — А чему ты улыбаешься, Кир? — медово-ядовитым голосом заговорила Милан, цепляя к лицу злобную ухмылку. — Может мой муж и не образец нравственности, имеет за душой тёмные грешки, но он из богатого знатного семейства. Со мной будут обращаться с уважением, я буду жить в столице, купаясь в роскоши, а мои дети будут одними из первых! Это отличная сделка. А что есть у тебя?