Любимая ведьма герцога (СИ) - Рябинина Татьяна - Страница 19

— Прошу вас, нисса Дженна, — Мерген открыл передо мной дверь комнаты, оказавшейся почти вдвое меньше той, что во дворце.

Мда, похоже, старый вояка Саанти, выпросивший себе бывшую крепость и перекроивший ее под жилье, был тот еще бирюк. Интересно, он жил здесь один или с семьей? Похоже, комфорт ему не особо требовался, главное — чтобы крыша над головой и никто не доставал. Подальше от людей. Вряд ли его потомки обитали здесь постоянно.

Мое новое жилье напомнило номер в рижском «бутик-отеле», где мы останавливались с Олегом. Там это был дом в старом городе, и номера в нем тоже оформили в старинном духе. Даже с камином — правда, электрическим. Здесь камин был настоящим, и в нем ярко пылал огонь. Большую часть комнаты занимала кровать со столбиками и балдахином тускло-зеленого цвета. Оставшееся пространство делили огромный сундук за ширмой и маленький столик с единственным стулом. Вот и вся мебель. Широкий подоконник большого, во всю стену, окна летом можно было обложить подушками и использовать как лежанку, любуясь морским видом. Однако сейчас оттуда тянуло холодом.

— Девушки, — повернулась я Тэлле и Дине, когда управляющий удалился, — сегодня же сделайте что-нибудь с этим окном. Не знаю что. От него дует. И это только осень. Не хочу постоянно болеть.

— Простите, нисса Дженна, — испуганно пискнула Дина, — но что мы можем сделать?

Я подошла к окну, провела рукой вдоль рамы. Открывалось оно целиком. Если заклеить, уже не проветрить. Приходилось выбирать из двух зол: либо духота, либо сквозняк. Ничего так дилемма.

— Здесь есть плотник? И тот, кто вставляет стекла?

— Я узнаю, — пообещала Тэлла.

— Прямо сейчас и узнай. Если найдешь какого-нибудь мастера, пусть сразу же идет сюда.

Она наклонила голову — это был эквивалент нашего книксена — и вышла. А я с трудом приоткрыла крышку сундука — пустого. Похоже, его предполагалось использовать вместо шкафа.

— Вещи разгружают, — пояснила Дина. — Как только принесут, мы с Тэллой все разберем и сложим.

Две мои служанки представляли собой очень колоритную парочку. Маленькая веселая толстушка и высокая худая флегма. Блондинка и брюнетка. Они мне нравились, хотя и были на несколько лет старше. Старше Дженны, конечно.

Стоп. Закончили с этим. Забыла? Кай ночью сказал все. Он прав. Дженна — это я. Хватит уже шизофренических игр в Эльку и Эльвиру. Если прежняя жизнь осталась в другом мире, то пусть и они отправляются туда же. Обе.

— Так, а что с уборной? — поинтересовалась я, поскольку тема туалета стала вдруг очень актуальной.

— В конце коридора, — обрадовала Дина. — Или можно воспользоваться ночным сосудом.

— Красота! А как принимать ванну?

— Там же, рядом с уборной. Конечно, здесь все совсем не так, как во дворце…

В этот момент несколько луверов принесли мои пожитки, и я оставила Дину решать проблему: как утрамбовать все платья и прочее имущество в хоть и большой, но единственный сундук. Вот уж точно не моя забота.

Насколько я представляла по кино и книгам средневековые сортиры, они либо лепились по стенам замков, либо выходили в узкие шахты. Разница между ними была только в дислокации вони: в первом случае снаружи, во втором — внутри. Здешний относился ко второму типу. Впрочем, «ванная» оказалась немногим лучше. Это была холодная каморка без окна с большой деревянной лоханью. Какие там краны! Наполняли ее, надо думать, ведрами. И так же опорожняли.

Ну что ж делать… Человек привыкает ко всему. Куда деваться?

Когда я вернулась, Дина и Тэлла хлопотали над сундуком, а у камина топтался с ноги на ногу сутулый мужчина в серой одежде слуги. Я вспомнила, что видела его в холле.

— Нисса Дженна, — он низко поклонился. — Что я могу для вас сделать?

Я подробно объяснила, что он должен прорезать в окне с частым переплетом форточку. Пожевав губу и что-то прикинув, мастер пообещал управиться сегодня же, пока я буду обедать.

— А вы, как только закончите, идите и ищите старую бумагу, — приказала я девушкам. — Любую, но не очень толстую. Побольше. Нарежете полосками, где-то в ладонь шириной.

Тут мне вспомнились студенческие времена. Мои институтские подружки жили в общаге, и дуло у них из окон вот так же нещадно. Я помогала им заклеивать щели нарезанными на полосы газетами.

«Джен, не слишком-то усердствуй, — предупредил Кай. — Не забывай, ты привычная ко всем неудобствам средневековая девочка. Не устраивай тут бытовые революции. А то так и до пошива стрингов докатишься».

«Знаешь, очень не хотелось бы сдохнуть здесь от пневмонии или еще какой-нибудь подобной дряни. Кстати, спасибо за идею. Стринги не стринги, а нормальные трусы я их заставлю сшить».

«Главное — чтобы их не назвали потом твоим именем».

Завтрак мне принесли вкусный, но довольно скромный. Уже плюс — не надо волноваться за фигуру, учитывая, что возможности для фитнеса нулевые. Если только прогулки по саду. Или по коридорам. В этих дурацких платьях особо не пофизкультуришься. Хотя, может, в комплект моих будущих ведьмовских способностей входит и пресловутое «жрать и не толстеть»? Было бы неплохо.

27.

— А откуда привозят припасы и все необходимое? — спросила я Медора, когда мы вдвоем сидели за обедом в большом зале.

Вряд ли здесь собиралось много народу, но за длинным столом вполне могли поместиться человек тридцать. Высокие окна выходили в сторону открытого моря. Ветер раскачал волны, монотонный глухой рокот нагонял тоску.

— С полуострова, который южнее. По воде — так быстрее, чем по суше. Раз в неделю приходит корабль.

— Мне вот что интересно, — я отложила неудобную двузубую вилку. — Вы сказали, что на остров невозможно пробраться незаметно. Ну ладно по косе, она большую часть суток под водой, и ворота крепкие. А по воде? На лодке или вплавь? Здесь ведь совсем недалеко от берега. Остров зарос деревьями, они закрывают обзор.

— Так никогда не было нужды следить за берегом, — возразил Медор. — С башни наблюдали за морем. Но обзор с нее круговой. И лодку, и пловца заметят.

— А ночью? — не сдавалась я. — Тоже заметят?

— Ты закончила? — он вытер губы полотняной салфеткой. — Сходи к себе, накинь плащ. Поднимемся на башню, все увидишь сама.

В комнате девушки старательно разбирали мои вещи и складывали в сундук. Мастер возился с окном. Надев плащ, я вернулась к Медору, ожидавшему в коридоре. На третий этаж и выше, в башню, вела винтовая лестница с узкими ступеньками. Мы поднялись на самый верх и выбрались на квадратную площадку, где сидели, поглядывая по сторонам, двое караульных.

Листва действительно скрывала прибрежную часть острова, но дальний берег и вода были как на ладони. К тому же я разглядела то, что не увидела с суши и из окон. Весь остров кольцом окружала высокая отвесная стена. Где-то она спускалась к самой воде, в других местах шла выше, прячась среди деревьев, и преодолеть ее смог бы только какой-нибудь ниндзя или скалолаз с набором крючьев. Скорее, следовало опасаться тех, кто приплывал с кораблями, везущими товары.

Спустившись ниже, мы остановились на галерее. Оглянувшись по сторонам, Медор наклонился к моему уху.

— Ты спрашивала, могу ли я что-то сделать, Дженна. Так вот… единственное, что я могу сделать, — убить Гирмаса. Мне бы не хотелось. Но если он не успокоится и снова попробует навредить тебе, я это сделаю. И вряд ли совесть будет меня мучить.

Главное, чтобы не получилось слишком поздно, подумала я. И поцеловала его в щеку.

— Я буду тебе писать, Дженна, — пообещал Медор, глядя на тонкую линию, где небо сливалось с морем. — Корабль привозит товары в первый день каждой недели и возвращается обратно. Вестовой будет доставлять в порт мои письма и забирать твои. А при первой же возможности я тебя навещу.

— Скажите, а море не замерзает?

— Только в очень сильные морозы, но они бывают редко.

Мы провели время до вечера вместе, поужинали, а с утренним отливом Медор отправился обратно в столицу. Конечно, он мог несколько дней подождать корабля, сократив путь вдвое, но его торопили важные дела во дворце.