Будни Магической Академии или Только через мой труп! (СИ) - Титова Катерина - Страница 15

Где-то неподалеку жаловался на жизнь тяжелую и студентов несексуальных магистр Ней, мимо которого только что прошли целующаяся парочка. Некоторые планомерно накачивались орчьим глинтвейном в надежде тоже поймать розовых слоников и грудастых гномок с бородами до пояса. Пока не были пинком Ливьера отогнаны от волшебного котелка. Магистру глинтвейн был нужен для исследований. А и кто знает, не проявятся ли симптомы отравления у других студентов позже.

Никкиа Артерриан еще раньше унес в дом: ректору нужен был отдых, долгий отдых.

Только сухонький скелет в балахоне, магистр Ксенич, бесстрастно смотрел на все это темными провалами глазниц. Снова без трупов обошлось, и не на ком будет студентам его факультета тренироваться. Они бы трупы поднимали — и упокаивали, снова поднимали — и снова упокаивали, а потом снова поднимали и… снова упокаивали! Нет, не понимает современная молодежь всей прелести жизни после смерти.

Глава 9

Следующие два дня никаких занятий не было. И преподаватели, и студенты приходили в себя после отравления, попойки и потрясающи реалистичных галлюцинаций. Орчий глинтвейн был тут же запатентован, и Дагаш собиралась неплохо заработать, продавая его маленькими бутылочками, пока об этом не узнала Никкиа.

Готовый глинтвейн был безжалостно конфискован, а на орку наложено проклятье: не готовить напиток пока Академия аттестацию не пройдет. О столь суровых мерах тут же узнали студенты. Теперь даже те, кто еще не корпел над учебой, вернулись к учебникам и инфокристаллам, дабы эту самую Академию не подвести, а потом успешную аттестацию отметить грандиозной попойкой.

Отравителя так и не нашли.

Каждый студент или преподаватель был уверен, что здесь не обошлось без леди Мораны, которая просто мстить новому более удачливому ректору. Косо поглядывали и на компанию рогатых студентов, с того памятного дня обходивших Никкиа по широкой дуге.

Благодаря решительным мерам ректора, воздушники довольно быстро освоили невербальные заклинания, и теперь уже три четверти курса могли вызвать небольшое компактное торнадо, не произнося ни слова. Зато и в обычной жизни речь к ним вернулась. Некоторые еще на свадьбе Аэрила могли поздравить молодоженов словами, а не только красноречивыми жестами.

Близилась аттестация.

Лен сидел на свое кровати, скрестив ноги и полностью уйдя в изучение конспектов лекций. Вчера им продиктовали крайне интересную формулу отложенного старта практически любых заклинаний, и водник горел желанием освоить сие чудо современной магии. Рядом плюхнулась оброненная Тарлиэлем тетрадка.

Эльф стиснул зубы, сдерживая сердитое рычание, и посмотрел на соседа. Чего Тару не училось-то спокойно? Или пусть бы он круги нарезал на улице, ведь мельтешение здорово отвлекало от учебы. А Лена сейчас было совершенно не до страданий соседа.

Очень скоро стало понятно, что если Лену дороги его собственные нервы, то от серьезного разговора убежать не получится. Пришлось отложить учебник и запустить в нарезающего по комнате круги Тарлиэля водяной шарик.

— Хватит уже стены считать, их все равно больше четырех не станет! Уже две недели все спокойно, так чего ты-то нервный такой?

— Но она меня не любит, понимаешь? — Тар горестно возвел глаза к потолку, заламывая руки как какой-нибудь театральный актер. — Это все из-за рожек, — в отчаянии вскричал эльф. — Букетом мне же по лицу дала, ледяное колечко — я над ним три дня работал, между прочим! — растоптала в пыль. Конфеты в озеро швырнула, потом мне Аэрил выволочку устроил, мол я ему пруд загрязняю. Вот как за этими гномками ухаживать?!

Тар с размаху впечатался лбом в стену.

— Приносишь ей коньяк, отращиваешь бороду и ходишь грязный, как свинья. Может, тогда краса неземная на тебя вниманием и обратит, — как можно серьезнее предложил Лен, пряча улыбку.

— Да какая краса! — тоскливо провыл эльф. — Нос картошкой, рост мне до подмышки, голос грубый, руки мозолистые, борода до пояса, грубит и плюется где ни попади!

— А чего тогда влюбился? — усмехнулся Лен, откладывая книгу: что-то подсказывало, что почитать ему спокойно сейчас не дадут. У товарища была трагедия. Вселенская.

— А вот влюбился, — Тар едва не плакал — Да меня ж отец с такой женой даже на порог не пустит!

— Вот и перестань за ней ухаживать. Найди себе добропорядочную эльфиечку. Будете с ней гулять под луной, цветы носить, потом поженитесь, нарожаете детишек и умрете в один день. Все как полагается.

— Да ничего ты не понимаешь! — в сердцах бросил Тар и вылетел за дверь.

Лен грустно покачал головой: откуда Тарлиэлю было знать, что его возлюбленную в свое время обесчестил собственный отец. И несчастная девушка покончила с собой. Лен бы ее и такой принял, но Миа не хотела. Считала, что недостойна. А он просто не успел.

Пришел, как было у них заведено, под окно возлюбленной. Только никто ему не открыл. Постучав несколько раз, маг приподнял щеколду водяным хлыстиком и пролез внутрь.

Миа лежала на полу, бледная и холодная. Около девушка валялась прощальная записка, в которой эльфийка рассказывала жениху о своей трагедии и просила ее простить. Потому что другого выхода она не видела.

Как Лен потом не убил ее отца, он и сам не знал. И теперь эльф все бы отдал, чтобы его солнышко была жива. Пусть бы так же букетом по лицу била и капризничала. Пусть бы даже ушла к другому. Но осталась жива.

В своем кабинете хмуро расхаживала из угла в угол Никкиа. До прибытия высокопоставленных гостей с проверкой оставалось всего пара дней. И все должно быть идеально. Женщина посмотрела на лежащий на столе перед ней список с несколькими зачеркнутыми пунктами. Остальные же были жирно обведены красными чернилами.

С момента ее вступления на пост ректора удалось практически полностью сменить преподавательский состав, раздобыть книги, снаряжение, кристаллы и лекарства, наличие которых считалось обязательным. Академию отмыли до блеска и навели порядок.

Студенты усиленно грызли гранит науки в надежде на глинтвейн и способность говорить. Даже собственный дракон теперь у Академии был! Ручной, между прочим, и на месте оранжереи ему построили приличную драконюшню. Это не говоря уже о библиотеке в подвале, которую тоже успели обжить, и живописном озере Аэрила.

А все равно предательский червячок сомнения так и норовил посеять панику.

— Терри, — обратилась Никкиа к вошедшему в кабинет дроу. — Нам нужно еще раз все проверить. Скажи, пусть завтра студенты и преподаватели будут готовы, отрепетируем встречу гостей. Что может их заинтересовать? Документация? Рабочие программы? Или просто придут и дадут студентам практические задания?

— Проверка может спросить все, что угодно, раз в этом году Чигрен не на нашей стороне. Вплоть до вызова преподавателей на дуэль, — магистр вздохнул. Раньше-то все просто было: комиссия приезжала, их кормили, поили, и комиссия уезжала, докладывая королю об успешно проведенной проверке. За время работы Дарринга на посту преподавателя боевых искусств студентам ни разу даже вопросов не задании.

- Но можем попытаться прорепетировать.

В этот вечер в общежитиях царил предэкзаменационный мандраж. Преподавателем было поручено составить до утра пробный экзамен по каждому направлению и напугать студентов. Магистры добросовестно и напугали. Да так, что тишина в общаге стояла гробовая, студенты сидели по комнатам группами и пересказывали друг другу теорию.

— Шахрид, ты мои конспекты не видел? Что-то заклинание воздушной стены не получается. Напутал я что ли где-то… — Тамиэль нервно перерывал сваленные на столе, на полу и на кровати бумаги.

— Не брал, — дроу отрицательно покачал головой. — Хочешь, мои возьми. Я это вроде бы тоже записывал.

— Той почерк еще попробуй разбери! — Тами честно попытался хотя бы найти нужный фрагмент лекции, но странные закорючки никак не хотели складываться в слова. — Ты на родном языке писал, что ли?