Любовь в Академии Магии (СИ) - Митро Анна - Страница 4

Тут под её пальцами вместо ткани мягкой ткани твидового костюма почему-то оказался твердый холодный камень. Она отпряла от мужчины и к своему ужасу поняла, что превратила его одежду в статую.

Глава 6. Дуэлянтов разнимать не надо, пристрелить обоих и привет…Пока они не замыслили общую подлость

Любовь прикрыла рот ладошкой, представляя, что сделает с ней ректор.

— О нет, милая, я бы вас наказал по-другому, — зарычал демон, разламывая камень изнутри.

— А я предупреждал вас о причудах магии мисс Авалон, — в интонации эльфа слышались и облегчение, и злорадство.

— Я тебя не спрашивал Гесриэль!

— И потому попался как последний кирч, Эспен, — хмыкнул лекарь, чем вызвал частичную трансформацию у своего старого друга и непосредственного начальника.

— А кто такой кирч? — позабыла о страхах Любовь Павловна.

— Это птица такая, — окончательно разломав статую, просипел краснеющий демон. Окаменела вся одежда, и неожиданно для себя он оказался свободным и голым.

— Глупая очень, — легкомысленно хихикнул мистер Аларион и спрятался от ректора за креслом.

— Вы плохо на него влияете, мисс Авалон, — демон прикрылся кинутой в него простыней на манер тоги.

— Я не сказал бы, что ты сейчас вел себя адекватно.

— Да, и это очень странно, ментального воздействия я не ощутил, но странные чувства возникли, — полный желания взгляд упал на Любовь. — А вот в разум я попасть не смог, в вашей голове, мисс, полный бардак. Но это так забавно.

— Вообще не очень «забавно», когда у тебя в мозгах кто-то копошиться. Я бы даже сказала, неприятно.

— То есть вы ощущаете мое воздействие? — интерес в глазах демона из сексуального стал исследовательским. Он даже в простыне выглядел профессором до мозга костей, чем сильно подкупал Любовь Павловну. Даже лекарь при всей своей привлекательности соперничать с ректором не мог. Хотя, может просто этот типаж был женщине ближе. Он казался более мужественным, и был более напористым.

— Еще как, давит до тошноты.

— А как вы влияете на материю?

— Не знаю, спонтанно получается, — растерялась Люба.

— Что же. Спонтанность это плохо. С другой стороны, многие первокурсники не контролируют себя, да и вы, мисс Авалон, — он так странно произносил её фамилию, словно не было инцидента с поцелуем и голым торсом. — Вроде влияете только на неживую природу вещей. Я думаю, вас можно вернуть к учебному процессу. За безопасность можете не волноваться, виконта Фламе ждет разговор о равенстве студентов в рядах академии. Да и вы в состоянии себя защитить.

Любе стало одновременно и радостно, все же в четырех стенах сидеть, когда за ними огромный, волшебный мир не хотелось совсем, но при этом и страшно, от неизвестности, что ждала её за этими стенами.

— Может вам халат дать, мистер Ассгейр? — ёрничал лекарь.

— Нет, я думаю, ты сходишь за моим костюмом, а мы пока с мисс Авалон пообщаемся, — как ни в чем не бывало, ответил ректор и широко улыбнулся Любе.

— Это плохая идея, — начал Гесриэль.

— Плохая идея ходить голым по академии, тем более выходить в таком виде от невинной девушки, — Любовь Павловна почувствовала, как щеки начали гореть. «Вот же меня угораздило», — подумала она.

— Хорошо, но надеюсь, что вы не наделаете глупостей, — эльф явно не хотел оставлять их наедине. — Мисс Авалон, я быстро. Очень быстро, — с нажимом сказал он, посмотрев на друга.

— Вот теперь мы можем нормально поговорить, — притянул демон Любу к себе, усаживаясь на кровать.

Глава 7. Общаться с голым демоном то еще удовольствие

«— Что нужно делать, когда к вам подходит мужчина?

— Кричать: «Караул», и бежать.

— А если он красив и занимает не последнее положение в обществе?

— Кричать: «Я ваша», и запрыгивать на руки?

— Нет, бежать, молча и быстро!»

Сердце Любовь Павловны ушло в пятки, стоило ей оказаться в излишней близости от ректора и взглянуть в его темные глаза. А в голове упорно крутились строчки из песни Насти Каменских и Потапа: «Как ты не крути, нам не по пути, мы с тобой не пара, прости».

Демон вдруг стал сначала растерянным, потом обиженным, но взял себя в руки и серьезным лицом посмотрел на женщину.

— Мисс Леа, вы что-нибудь сейчас делаете?

— Не-е-ет…

— А о чем вы сейчас думаете?

— Та-а-ак, песенку пою…

— А о чем песенка? — заулыбался мистер Ассгейр.

— О превратностях судьбы, классовом неравенстве и возможности-невозможности романтических отношений между разными социальными слоями, — выдала Люба и зажмурилась.

— Ого, — это все на что хватило поставленного в тупик ректора. — Не думал, что мои студентки умеют так выражаться.

— А что, думали, мы только любовь, морковь и платьице можем? — пошла в наступление землянка, у которой взыграла женская солидарность.

— Вижу, что нет. Но мы не о том. Я, кажется, какой дар у вас есть мисс Авалон.

— Так вы уже сказали, воздействие на материальный мир, я что-то вроде живого философского камня с расширенным спектром действия, — уныло сказала Люба, понимая, что с таки возможностями её могут просто засунуть куда-нибудь и заставить работать на правительство. Например, превращать мусор в золото. С другой стороны, с таким даром ей любая тюрьма нипочем.

— А ещё, Леа, вы воздействуете на эмоции. Только я пока не понял как, но у нас впереди долгие годы обучения, которые я с радостью потрачу на изучение этой загадки, — маниакальный огонек в глазах ректора напугал Любовь Павловну. — Но это будет нашей маленькой тайной.

— А может я на вас нашлю какие-нибудь чувства и вы передумаете? — с надеждой произнесла она.

— Мне, конечно, требуется больше статистических данных, куколка, но судя по влиянию на Гесриэля и меня, твое влияние не равноценно и будит расовые инстинкты заложенные в нас природой. Эльфы всегда заботятся о своей паре, окружают её комфортом, а демоны, — он оскалился жуткой улыбкой. — Демоны очень страстные собственники, потому вызывая во мне симпатию, ты, куколка, рискуешь вызвать чрезмерное желание. И если не хочешь быть закрытой в спальне вдали от всего мира, не думай о «любви» рядом с представителями моего народа или драконами. Хотя оборотни с вампирами тоже могут спрятать свою пару от всего мира.

— Это же ужасно! Как пещерные люди какие-то! — Возмущению Любовь Павловны не было предела.

— Это жизнь, мисс Авалон. Не сказка. Она не будет в розовых тонах или справедливой. Хотите жить счастливо? Учитесь и боритесь за свое счастье! — рыкнул на неё демон. — Я займусь вами лично. Сегодня ещё отлежитесь здесь, а завтра вернетесь в свою комнату, соберете вещи и переедете на первый курс. После зайдете ко мне, заберете новой расписание и познакомитесь с новым куратором, — он был так спокоен и строг, но этот ректор Любе нравился больше, чем мужчина, страстно её целовавший. Этот казался безопаснее.

Тут вернулся лекарь, он оценил взглядом женщину на предмет неведомых повреждений, вздохнул с облегчением, не увидев оных, и отдал костюм демону.

И вскоре Люба осталась одна в полном душевом раздрае.

— Ощущение, будто меня наизнанку вывернули. С другой стороны, хоть приставать не будет. Но вот почему он не смог прочитать меня и узнать, что я не Леа? Не важно. Главное, завтра я вступаю в новую жизнь и мне нужно быть готовой. А я не знаю, к чему готовиться…

Любовь Павловна вновь засела за визор, пытаясь запомнить одногруппников и знакомых, с которыми её предшественница общалась по магсети. Пытаюсь понять, кто ей друг, а кто враг. Первых было мало, вторых как таковых тоже. Только из-за повышенного внимания дракона от неё старались держаться подальше.

— Надеюсь, после разговора с ректором и ты, Ульрих Фламе, будешь обходить меня стороной, — сказала она фотографии молодого человека в визоре. — Будь я глупее и моложе лет на двадцать, то могла бы даже влюбиться. Хорош же, чертяка. Но я взрослая женщина, и меня не волнуют самовлюбленные малолетние хлыщи.

Глава 8. Ну, здравствуй, новая жизнь