Врата. Книга 1. Интервенция - Ким Сергей Александрович - Страница 14

…И Вяземский оказался среди развороченного тяжёлыми гусеничными машинами леса. Снесённые деревья, выкорчеванные бульдозерными отвалами пни, месиво из земли и грязи под ногами. Запах выхлопных газов и пороховой гари, рёв мощных двигателей и грохот выстрелов.

По глазам неожиданно ударил вывернувший из-за деревьев луч установленного на башне прожектора.

– Кто такой?! – проорали в его сторону. – Серёга, ты? М-мать… Серёга, что за хрень у тебя за спиной?!

Старлей обернулся назад и увидел, что позади него обрушившийся склон небольшого холма обнажил точно такие же врата, что и на той стороне… Вот только ТАМ они были настоящими, реальными, а здесь было лишь что-то вроде отражения. Призрак, фантом, полупрозрачная голограмма…

– Серёга, слышишь меня?! – говорившего (а точнее орущего) сквозь рёв танкового двигателя, наконец-то удалось определить, как Дениса Юрьевича.

– Врата, – слово пришло словно из ниоткуда. – Командир, это – врата. А за ними сейчас дерутся наши парни.

Вышедшие из портала Т-72 почти сразу же развернулись в стороны и открыли огонь по частоколу, снося наблюдательные вышки и проделывая проходы. Вперёд тем временем двинулись две подошедшие ИМР, будто спички ломая своими отвалами воткнутые в землю колья.

Инженерные машины набрали скорость и на полном ходу врезались в частокол, проломив его, будто бы он был сделан не из брёвен, а из картона. Длинные манипуляторы с захватами начали крушить всё вокруг, расширяя проходы, а следом в прорыв устремились БМП.

Позади частокола обнаружилось некое подобие лагеря – палатки и какие-то строения, среди которых мелькали в темноте фигурки людей.

Откуда-то из глубины по наступающим бронемашинам ударила волна стрел, отскочивших из стальной брони. Затем прилетело несколько более крупных дротиков или даже копий, которые тоже ничем не смогли повредить БМП и ИМР. Казалось бы – что вообще может противопоставить армия образца в лучшем случае полутысячелетней давности современному подразделению?..

Оказалось, что вполне даже могла.

Описав дугу, перед БМП ударили несколько больших пламенных шаров, расплескав в стороны землю и жидкий огонь. Сложно сказать, смогли бы они пробить броню или нет, но в следующий момент «трёшки» превратились в подобие огненных ежей, ощетинившись во все стороны огнём из пушек и пулемётов.

Ряды палаток оказались просто-напросто сметены ураганным огнём, а затем БМП при поддержке ИМР двинулись вперёд. Инженерные машины вообще-то не предназначались для подобных штурмовых операций, но против неспособного оказать сопротивления противника они были эффективны. Пожалуй, даже чудовищно эффективны, если судить по периодически доносящимся крикам…

– Что скажешь? – спросил Сергея Кравченко.

– У меня такими огнешарами резину у БТРа сожгли, – ответил Вяземский. – По фугасному действию – примерно как 122-миллиметровый. За пробиваемость не скажу.

– Ясно… – офицер щёлкнул клавишей своей рации. – Это майор Кравченко. Всем! В ответ на обстрелы ровнять местность под ноль. Пехоту не спешивать, воевать под бронёй. Конец связи.

Сергей даже не успел толком понять, как оказался при командире в качестве консультанта по противнику. Уж так сложилось, что Вяземский имел счастье (или, что вернее – несчастье) столкнуться как с обычными противниками, так и с явно необычными…

– Что ещё эти уроды могут показать? Молнии там, лёд… Хрен знает… Нежить, может, ещё какая?

Полное обалдение от того факта, что майор-то оказывается в курсе всей этой фэнтезийной ерунды, Сергею пришлось тщательно маскировать. Очень тщательно. А взамен этого думать о том, что действительно им могут противопоставить…

– Исполком обстреливали чем-то вроде ледяных стрел, – вспомнил старлей. – Пару раз кидались молниями… Это самое опасное даже для техники – электронику из строя выводят. Правда, временно. Ещё стоит опасаться драконов.

– Плюются огнём?

– Нет. Но, кажется, ведут разведку и скидывают стрелы.

– Вот мы и посмотрим, что круче – зенитка или дракон, – ухмыльнулся майор.

Из белого марева врат неторопливо выехала «Тунгуска», вскинув стволы спаренных пушек и крутя локатором. Затем показалась ещё одна зенитная самоходка, а следом и пара «Акаций».

Техника всё шла и шла с той стороны на эту, проходя сквозь портал и сходу начиная вгрызаться в землю. Танки, инженерные машины, немного БМП и грузовики с припасами.

– Товарищ майор, а может это всё лишнее?..

– Всё – это что?

– Всё это, – Вяземский указал на прибывающую технику. – Может, стоило оцепить эту дрянь и подождать начальство? Ну, или просто забросить внутрь десяток ящиков тротила и рвануть…

– Рванул один такой. А если у них тут таких порталов, как блох на собаке? С этим не получилось, откроют в тысяче километрах севернее, где ни одной военной обезьяны нет, и города пожгут быстрее, чем мы пискнуть успеем. Нихрена. Эти римляне у меня ещё землю будут жрать и ссаться при словах «Российская армия».

Вообще-то правда в словах командира была. Варвары варварами, но портал сюда открыли они. И если такое колдунство им по плечу, могут и ещё где-нибудь открыть, но уже без полномасштабных вторжений, а будут гадить по-мелкому. Так что врата действительно надо захватывать и удерживать, чтобы их с этой стороны не прикрыли, а то это у нас один такой мост получается в наличии…

В воздухе мелькнула смутная тень, закрывая виднеющиеся в небе звёзды, и Сергей отскочил к стоящем рядом БРЭМ.

– Воздух! – заорал Вяземский, вскидывая автомат. – Укрыться!

По броне что-то с лязгом застучало, в землю воткнулось несколько коротких дротиков.

– Залпом! В зенит! – скомандовал Кравченко, забираясь на БРЭМ и вставая за турельный пулемёт.

Стоящие вокруг открыли огонь в небо, целясь в парящую над нами тень. В воздухе разнёсся хриплый клёкот, и стало понятно, что бойцов атаковал ящер-разведчик. Стоящая рядом «Тунгуска» немного развернула башню и от души полоснула из спаренных пушек, выпустив за несколько секунд десятки снарядов.

Заходящего в новую атаку ящера буквально разорвало на части, и тот рухнул в десятке метров впереди бесформенной кучей мяса и костей.

Несмотря на примитивность оружия, несколько человек потеряли ранеными. Убитых не было, но бронежилет и каска не спасали от попаданий в руки или ноги.

Сергей вытащил из земли один из воткнувшихся рядом дротиков и осмотрел его. Короткий – сантиметров тридцать, не больше, но тяжёлый. Наконечник, правда, странный… Изогнутый и широкий типа полумесяца. А, нет, ничего он не странный – самое то, чтобы увеличить шанс на поражение и нанесение раны.

Хреново… Это ж от пули не спастись, навесив на себя броню, а от таких штук помирать стрёмно. И вдвойне неприятнее, что от таких-то дротиков как раз бронёй защититься можно.

А не пора ли и правда начинать сдирать с пленных и убитых противников доспехи для личного пользования?..

– Серёга?..

…Вяземский проснулся.

По глазам резанул яркий солнечный свет. Болела затёкшая шея и левая рука, которой старлей опёрся о броню КШМ.

Однако… Привалился к бронемашине и уснул. Стоя.

– Тебе бы поспать, – хмыкнул Кравченко, окинув Сергея взглядом. – Всю ночь, считай, на ногах.

– Так и вы тоже, Денис Юрьевич…

– Фигня.

– Аналогично.

– Ну, раз аналогично, тогда пошли на пленных смотреть, которых поймали.

Вяземский размял затёкшее тело и зашагал следом за майором.

Бой продолжался всю ночь. Легионеры понесли большие потери из-за темноты и того, что были застигнуты врасплох, но потому и сопротивлялись гораздо дольше, элементарно из-за того, что не поняли, с кем столкнулись.

Удара бронетехники они, разумеется, не выдержали, но не просто побежали, а лишь рассеялись по территории полевого лагеря. И из-за этого несколько часов – почти до самого рассвета – продолжались стычки с выныривающими из темноты легионерами. У солдат сил было недостаточно, чтобы контролировать всё, а противника было чересчур много, чтобы махом уничтожить большую его часть.