Кровный враг моего мужа (СИ) - Стрельцова Александра - Страница 39

глава29

МАРК

Покидал особняк с предчувствием надвигающей беды. Не стал будить Вику, кошечка и так плоха спала ночью. Дал распоряжения Сане следить в оба глаза, загрузились с Олегом и Яром в машину, покинули территория на поиски братца. Гад засветился в северной части города, дважды попал в камеру уличного наблюдения, что стоит на козырьке многоэтажного дома. Яр через старых знакомых получил доступ к камерам города, установил программу распознавания лиц, вот здесь братец и засветил своё лицо. Прибыли на место, припарковали автомобиль не далеко от подъезда в который дважды заходил братец, стали ждать его появления. Примерно через час позвонил Саня, сообщил, что у нашей с Викой малышки появилась сыпь, и что Ульянку необходимо показать врачу. Приказал парню везти их в больницу, и сам поспешил к ним на встречу, Олега и Яра оставил на месте для слежки, поймал такси и через десять минут езды по городу встрял в пробку. Стоим в ряду машин ещё минут десять, после чего начинаем двигаться, чувствую, что надо спешить, уже подъехали к больнице набираю номер Сани, гудки идут, но парень не отвечает. Выпрыгиваю из салона такси, бросаю водителю деньги, широким и быстрым шагом направляюсь к приёмному отделению, вновь и вновь набираю телохранителя. Влетаю в двери приёмки, уточняю у девушки, что сидит за стойкой, про Вику и Ульянку, медсестра подтверждает, что такие есть и они сейчас на осмотре у врача, указывает мне направления, куда мне идти. Миную небольшой холл, попадаю в широкий коридор, впереди вижу небольшое скопление людей, подхожу ближе, и сердце пропускает пару ударов. Саня лежит на железных стульях, глаза закрыты, наружных повреждений не видно, над ним хлопочет врач.

- Что с ним? – интересуюсь у мужчины преклонного возраста.

- В отключке, - отвечает доктор.

- С ним была девушка и ребёнок, где они? – стараюсь сдерживать себя, и не кинуться на всех окружающих.

- А девушка тёмненькая такая, и с ребёночком в зелёной переноске, - спрашивает пожилая женщина.

Перевожу на неё взгляд и киваю.

- Так она пошла с двумя мужчинами дальше по коридору, - машет рукой в нужное направление.

Не говорю ни слова, срываюсь на бег, по пути набираю Олега.

- Быстро в больницу, эта сука здесь, он увёл девочек, - ору в трубку и отключаюсь.

Коридор заканчивается, впереди только аварийный выход, достаю оружие из-за пояса и толкаю дверь. Зверь под кожей рвётся наружу от увиденной картины. Вика на земле отползает от братца, позади неё стоит шавка, переноска с Улей также находится на земле в метре от Вики. Дверь за спиной громко хлопает, на меня устремляются три пары глаз.

- Советую тебе отойти от МОИХ ДЕВОЧЕК, - утробно рычу, навожу пистолет на братца.

Шавка реагирует быстро, наводит оружие на Вику, братец же целится в ответ на меня. Ноги сами делают шаг вперёд.

- Стой там, где стоишь, иначе двор украсят её мозги, - угрожает братец, от его слов по позвоночнику пробегает мороз.

- Слушай братец, - начинаю говорить, - давай разберёмся по-мужски, ты сейчас отпустишь девочек, они здесь совершено не причём, и мы с тобой потолкуем, - мне нужно потянуть время до приезда парней, нога снова дёргается вперёд.

- На месте стой! – гремит Крахав, не сводя с меня взгляда, орёт уже на Вику, - а ты дрянь, быстро взяла мелкую и села в машину.

Вика тянется до переноски, подтягивает её к себе, кое-как поднимается на ноги, и замирает.

- В машину! – рявкает братец, Вика разворачиваюсь к внедорожнику, с трудом передвигает ногами подходит к машине, открывает заднюю дверь, ставит переноску с дочкой в салон. Громкий всхлип, и моя девочка поворачивает голову в мою сторону. В её глазах столько боли, что хочется рвануть к ней, и плевать, сколько пуль вонзиться в моё тело.

Сдерживает меня только стоящий рядом с Викой пёс, который может навредить ей, или же вообще оборвать её жизнь. Взглядом прошу прощение, показываю, как сильно она и дочки мне дороги,  я знаю, как только она сядет в салон машины, братец сразу нажмёт на курок, я вижу это по его лицу.

- Это твоя благодарность, за всё то, что я сделал для тебя? Вытащил из помойки, дал кров, помог подняться на ноги, пошёл против отца ради тебя бастарда, - обращаюсь к братцу, мне до сих пор не понятны его мотивы, начать войну против меня.

- Ты дал? Помог? Нееет, я получил своё, что по праву принадлежит мне! – гневно выдает Крахав, - наш общий отец, кем я его давно не считаю, бросил нас с матерью ради тебя и твоей мамаши, объяснив это тем, что его встреча с моей мамой бала ошибкой, я был рождён по ошибке! А ты знаешь, что было с ней, когда он полностью отказался от нас? Нет, не знаешь, она начала пить, тем самым убивая себя, стала смотреть на меня с ненавистью, считая меня виноватым в том, что её бросил любимый человек. Это продолжалось очень долго, пока она не отправилась на тот свет. Тогда я и решил отомстить, забрать у Цербера старшего, что ему так дорого, твою жизнь. Сколько раз я имел возможность пустить тебе пулю в лоб, находясь рядом с тобой, но я ждал, терпел и не зря. Даже думать не мог, что та кого я полюбил, сыграет главную роль в моей мести, она стала для тебя «Ахиллесовой пятой». И ты сдохнешь зная, что она и ваша кроха в моих руках, и я позабочусь о их «сладкой жизни», - выплёвывает гневную тираду.

Бросаю взгляд на девушку, она стоит с вытянутыми руками в сторону шавки, который словно не замечает оружие в руках кошечки, что направлено в его сторону.

- Вика нееет!!! – ору во всё горло, она не может запачкать руки в крови, только не она.

Всё происходит, как в замедленной съёмке, руки Вики дёргаются, производя выстрел. Шавка нажимает на курок пистолета, которые направлен в мою сторону. Крахав дёргается в сторону девушки, в последний момент спускаю курок своего оружия, пуля точно настигает цель, в то время, как мою грудную клетку настигает пуля шавки. Последние, что вижу перед глазами, как три тела падают на землю, дальше темнота.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Холодная и густая тьма окружает со всех сторон, она не отпускает, держит крепко своими щупальцами, борюсь с ней каждую секунду. Где-то вдалеке слышится женский всхлип, тихий голос просит вернуться, голос знакомый и такой родной, он придаёт сил, заставляет бороться с тьмой вокруг с остервенением. Знаю, что обязан быть рядом с той, что не перестаёт меня звать, я нужен её, как и она мне. Пытаюсь ответить на её мольбу, хочу сказать, что я здесь рядом, но губы не шевелятся, глаза не открываются, словно их зашили суровой ниткой. Становится трудно бороться, когда голос затихает, и, кажется это конец, но шёпот возобновляется, придавая мне сил.

Противный писк доносится до моих ушей, словно через толщу воды, он раздражает и вызывает головную боль. Во рту сухо, как в пустыне. Через боль открываю глаза, резкий свет, резь, веки опускаются. Жду, пока боль отступит, и снова повторяю действия, на этот раз резь не сильная, промаргиваюсь, стараюсь понять, где я, и что со мной. В носу стоит противный запах медикаментов, поворачиваю голову в право, затем в лево, по обеим сторонам стоят медицинские приборы, значит, я в больнице и остался жив. Выдёргиваю иглу капельнице из вены, отбрасываю её в сторону, приподнимаюсь на локти, осматриваю палату, в дальнем углу замечаю маленький диванчик, на котором, свернувшись клубочком, кто-то лежит. Шиплю от резкой боли в груди, падаю обратно на спину, из груди вырывается громкий вздох. Слышу скрип пружин дивана, торопливые шаги в мою сторону. Перед глазами появляется бледное, с красными глазами лицо кошечки.

- Марк, - тихий шёпот, закрывает рот ладошками, из глаз текут слёзы.

Моя девочка, рядом, живая. Её глазки оживляются.

- Я..я сейчас позову врача, - улыбается, шмыгает носиком, и уже хочет уйти.

- Нет, не надо, - слова даются трудно, - иди ко мне, - тяну к ней руку, - мне не нужен доктор, мне нужна ты.

Слёзы с новой силой застилают её красивые бирюзовые глаза, она падает на колени перед кроватью, утыкается мне в руку, сотрясается от рыдания.