Заколдованный халат
(Арабские сказки) - сказки Народные - Страница 55

— Да вознаградит тебя Аллах, названый отец мой, за твою доброту ко мне!

— Не трудись благодарить меня, о Ала ад-Дин, — молвил Ахмад ад-Данаф, — лучше скажи, что ты натворил. Милость Аллаха над тем, кто сказал: «Не изменяй тому, кто доверяет тебе, если даже ты по природе изменник». Халиф возвысил тебя, облек тебя полным доверием, как же ты дошел до того, что покусился на его добро?!

— Клянусь именем Господа нашего, отец мой, — ответил Ала ад-Дин, — я ничего не брал у повелителя правоверных, я ни в чем не виновен и ничего не ведаю.

— Я тебе верю, — ответил Ахмад ад-Данаф после недолгого раздумья. — Скорее всего это подстроил кто-нибудь из твоих недругов. Ну, не горюй, того, кто сделал это, постигнет кара Господня. Однако тебе, Ала ад-Дин, более нельзя оставаться в Багдаде. Если бы ты знал, сынок, как трудно приходится тому, кого преследует халиф!

— Куда же мне идти, отец мой? — спросил Ала ад-Дин.

— Я отвезу тебя в Александрию, — ответил Ахмад, — это благодатный город, и жизнь там приятна.

— Слушаю и повинуюсь, — ответил Ала ад-Дин.

Тогда Ахмад ад-Данаф обратился к Хасану:

— А ты, друг, будь настороже! Если халиф спросит обо мне, скажи ему, что я проверяю границы его владений.

И они с Ала ад-Дином отправились в путь. Они шли, нигде не останавливаясь, пока не увидели сады и виноградники. Там они встретили двух евреев, откупщиков халифа, ехавших на мулах.

— Платите нам выкуп, — приказал Ахмад ад-Данаф евреям.

— За что нам платить выкуп? — спросили его евреи.

— Я беру выкуп со всех, кто проезжает по этой долине, — ответил Ахмад.

Евреи, заплатив Ахмаду ад-Данафу по сто динаров, хотели уехать, но тут Ахмад напал на них и убил их обоих, забрал мулов, сел на одного сам, а другого отдал Ала ад-Дину, и они отправились дальше верхом. Так они добрались до города Айас[26], где остановились на постоялом дворе. А когда наступило утро, Ала ад-Дин продал своего мула, а мула своего названого отца поручил слуге, попросив его хорошенько заботиться о животном. Затем они отправились в гавань и там сели на судно, которое доставило их в Александрию. Сразу по прибытии в город они узнали, что какой-то купец продает казенную лавку с верхним помещением за девятьсот пятьдесят динаров. Заплатив тысячу динаров, они купили лавку. А когда открыли двери и вошли внутрь, то увидели, что и лавка, и жилое помещение над ней устланы коврами и полны разной утвари и товаров — канатов, снастей, парусов, сундуков с морскими раковинами и бусами, мешков, седел и сбруи, топоров и ножей, ножниц и других вещей, так как прежний владелец скупал разные разности.

Ахмад ад-Данаф вручил ключи от лавки и кладовых Ала ад-Дину, усадил его за прилавок и сказал:

— О сын мой, эта лавка и все, что в кладовых, отныне принадлежит тебе. Садись за прилавок и честно веди свою торговлю, ведь всевышний Аллах благословил это ремесло. Оставайся здесь, а я вернусь в Багдад и узнаю, кто затеял против тебя это гнусное дело. А когда все уладится, если будет угодно Аллаху, я приеду к тебе с доброй вестью от халифа.

И через три дня Ахмад ад-Данаф отплыл в город Айас, взял там своего мула, который дожидался на постоялом дворе, и отправился в Багдад. Прибыв в столицу, он разыскал Хасана Шумана и спросил его:

— Не допытывался ли халиф, где я?

— Нет, — ответил Хасан Шуман, — он и не вспомнил о тебе.

Тогда Ахмад спокойно отправился к халифу. Он исполнял свою прежнюю службу, а сам потихоньку распутывал дело Ала ад-Дина.

Однажды халиф, вспомнив о Хозяине родинок, сказал своему везиру Джафару:

— Подумай только, везир, как поступил со мной Ала ад-Дин!

— О повелитель правоверных, — ответил Джафар, — ты повесил его за его поступок — вот лучшее воздаяние.

— Если труп его еще не убрали, — сказал халиф, — я желаю взглянуть на него.

— Как будет угодно повелителю правоверных, — ответил везир. И они вместе с халифом направились к виселице. Посмотрели на повешенного и видят, что это вовсе не Ала ад-Дин Хозяин родинок, доверенный халифа!

— О везир, — воскликнул халиф, — это не Ала ад-Дин! Ведь он был меньше ростом, и лицо у него было белое, а у этого оно черное.

— О повелитель правоверных, — ответил везир, — ты, видно, забыл, что повешенные за шею становятся длиннее, а лица у них чернеют.

Но халиф приказал снять тело с виселицы. Внимательно осмотрев труп, они увидели, что на пятках у него еретическая надпись.

— О везир, — воскликнул халиф, — это какой-то еретик-рафидит, а ведь Ала ад-Дин был правоверным суннитом!

— О повелитель правоверных, лишь Аллаху известно о тайном и явном, а нам теперь не узнать, Ала ад-Дин это или кто другой, — отвечал Джафар, и халиф приказал похоронить труп и предал забвению Ала ад-Дина.

РАССКАЗ ОБ АСЛАНЕ, СЫНЕ АЛА АД-ДИНА ХОЗЯИНА РОДИНОК

Мы рассказали о том, что было с Ала ад-Дином, а теперь расскажем, что было с его женой Жасмин и сыном наместника Хабазламом Косым.

После того как Жасмин отклонила домогательства Косого, он слег, любовный недуг одолел его и он умер, а тело его предали земле. И когда пришло время родов, Жасмин разрешилась от бремени мальчиком, походившим на ясный месяц.

— Как ты назовешь ребенка? — спросили Жасмин ее товарки.

— Если бы его отец был жив, — отвечала она, — он сам дал бы ему имя. А теперь это придется сделать мне, и я назову его Асланом.

Она нежно заботилась о сыне и два года кормила его, а потом мальчика отняли от груди, и он рос и становился все краше.

Как-то раз Жасмин была занята на кухне и забыла о сыне. А ребенок вскарабкался по лестнице и вошел в покои эмира Халида. Увидев мальчика, тот поднял его и, усадив к себе на колени, стал возносить хвалу Аллаху, творцу красоты и совершенства. Вглядевшись в лицо ребенка, эмир удивился его чудесному сходству с Ала ад-Дином Хозяином родинок. В это время Жасмин, спохватившись, увидела, что мальчик исчез, и принялась искать его. Поднявшись наверх в покои эмира, она увидела, что ее сын сидит у него на коленях и эмир играет с ним, ибо по велению Господа эмир Халид уже успел полюбить дитя. Заметив мать, ребенок бросился к ней. Передав мальчика невольнице, наместник сказал:

— Постой-ка, невольница, и ответь, чей этот ребенок?

— Это мой сын, а отец его Ала ад-Дин Хозяин родинок. Теперь же, если ты позволишь, он станет твоим сыном.

— Ала ад-Дин был изменником, — молвил Халид.

— Сохрани Бог! — воскликнула Жасмин. — Доверенный человек повелителя правоверных никогда не смог бы стать изменником.

— Теперь поздно говорить об этом, — сказал эмир. — Когда мальчик подрастет и спросит об отце, скажи ему, что он мой сын, сын эмира Халида.

— Слушаю и повинуюсь, — ответила Жасмин.

И эмир Халид занялся воспитанием мальчика. Он нанял учителя, который преподал ребенку чтение и письмо. Аслан научился читать Коран и несколько раз прочел его с начала до конца. И мальчик стал называть Халида «Отец мой».

Наместник каждый день водил мальчика на ристалище, где собирались всадники, и учил его правилам боя, искусству владения мечом и копьем и верховой езде. Когда Аслану исполнилось четырнадцать лет, он в совершенстве постиг воинскую доблесть, стал отважным всадником и достиг сана эмира.

Случилось так, что однажды Аслан познакомился с Ахмадом Смутьяном-и-Вором, и тот повел его в винную лавку. Тут Ахмад достал драгоценный светильник, украденный им, поставил перед собой, зажег и стал при этом свете пить вино.

— Подари мне этот светильник, — сказал Аслан Ахмаду Смутьяну.

— Я не могу сделать этого, — ответил Смутьян, — ведь за этот светильник поплатился жизнью человек.

— Кто же это поплатился за него жизнью? — спросил Аслан.

— Был у нас тут один, — стал рассказывать Ахмад Смутьян, — прибыл он сюда из чужих стран и возвысился до сана главнокомандующего. Звали его Ала ад-Дин Хозяин родинок. Вот он и отдал жизнь за этот светильник.