Попаданка по собственному желанию (СИ) - Гордеева Алена - Страница 40

— Что привело вас в обитель истинного Мрака? — низким рокочущим голосом спросил он.

— Желание соединить судьбы и жизни, — ответил Дарион.

На лице служителя мелькнуло удивление.

— Вы заказывали церемонию заранее, просто пришли раньше? Главный служитель еще на утреннем ритуале, так что придется немного подождать.

— Нет, это спонтанное решение, — спокойно ответил Темный. — нас устроит церемония с дежурным служителем.

— По новым или старым обычаям?

— С соединением нитей жизни.

Теперь удивилась я — это еще что значит?

Служитель же посмотрел на нас гораздо благосклоннее, чем вначале.

— Отрадно знать, что истинные чувства еще встречаются, — произнес он. — Следуйте за мной, дежурный служитель подойдет через десяток ударов сердца.

«Какое поэтичное обозначение времени!», — подумала я, проходя через украшенный золотом и рубинами зал. Кровь и роскошь — вот какие ассоциации вызывало убранство храма. Особенно мое внимание привлекла странная скульптура — будто изобразили горящий огонь, только оно был угольно черным и каким-то… острым. Казалось, о каждый язык пламени можно порезаться.

— Это символ Мрака, — сказал Дарион, заметив мой интерес.

— Я догадалась. Только он слишком уж … недружелюбный.

Темный негромко рассмеялся.

— Запомни свои ощущения, — сказал он. — потом сравнишь с теми, которые возникнут у тебя здесь после церемонии.

Служитель открыл совершенно неприметную за украшавшими ее ручку рубинами дверь и шагнул в сторону о словами:

— Готовьтесь к церемонии и учтите, что это ваши последние мгновения, чтобы передумать.

Внутри было довольно пусто. Тот же хищный каменный темный огонь, только в уменьшенном размере, на стене. Прямо под ним — небольшой столик со стоящей на нем золотой чашей, нож с украшенной рубинами рукоятью и горящая алая свеча.

Дарион улыбнулся, глядя как я нервно оглядываюсь вокруг.

— Моя храбрая даэрисса боится назвать меня мужем?

Признаться, мне чертовски понравилось, как это прозвучало. Моя… Конечно, твоя, попробуй теперь откажись! Хотя нет, не стоит. Я торопливо оглянулась на каменный огонь и скрестила пальцы: вдруг их Мрак подслушает мои желания и решит подшутить, исполнив их всерьез?

Руки Дариона успокаивающе легли на мои обнаженные плечи. По телу пробежала дрожь.

— А мы как-то странно женимся, да? — пытаясь отвлечься от совершенно неуместных для храма ощущений, которые вызывал у меня Темный, спросила я.

— Ну вообще нам полагается Императорский служитель Мрака, толпа гостей, десять столов с различными блюдами, несколько часов тостов, получасовая клятва и три смены нарядов, а не дежурный храмовник в безлюдной келье.

— Этот вариант нравится мне гораздо больше, — торопливо сказала я.

— Я рад, — глаза Темного мягко замерцали, он наклонился ко мне, чтобы поцеловать, но тут отведенные для прихода служителя удары сердца закончились.

— Рад приветствовать вас в самом сердце Тьмы, дети мои! — проорал двухметровый детина, с казавшейся игрушечной в его руках книгой в переплете из черной кожи, гармонировавшим с черной же повязкой на одном глазу, завязанной сзади гигантским пышным бантом, концы которого с любопытством выглядывали из-за головы парня. Уцелевший зеленый глаз сверкал искренней радостью, будто сочетать нас браком — лучшее, что могло с ним случиться за сегодняшний день. На правой кисти служителя была татуировка пламени, окруженного непонятными мне символами, на левой — корабль, искусно выколотый до мельчайших деталей, позволявших рассмотреть даже украшавшую нос женскую фигуру. Обнаженную, кстати, и с весьма выдающимися анатомическими подробностями.

На минуту наступила тишина, а потом Дарион поинтересовался:

— Любезнейший, а ты точно сможешь провести церемонию соединением нитей жизни?

— Конечно! — также радостно подтвердил детина. — Вы не смотрите, что я недавно здесь, я очень способный! Мрак щедро одарил меня, я спускаюсь на третий уровень без круга!

Я ничего не поняла, но Дарион уважительно хмыкнул. Служитель открыл книгу, достал из кармана одеяния перо, тоже золотое, пригляделся, досадливо покачал головой и вытер его о свою одежду. Пригляделся еще раз, плюнул на него, потер об рукав, радостно улыбнулся и провозгласил:

— Да начнется церемония единения судеб!

— А до того, как сюда прийти, Вы что делали? — не выдержала я. Все эти действия с пером как-то не признавали его аккуратным и образованным. Сейчас как соединит…

Зато характером парень обладал легким. Не рассердившись, что я его перебила, он сообщил:

— До того, как обрести Мрак в своей душе и ощутить его силу, я был матросом на военном корабле. Но я уже тогда умел читать и писать! Правда, книг у меня было не то, чтобы много, а деньги я предпочитал тратить на другие вещи… Я пришел к Мраку, когда корабль, на котором я служил, в тумане налетел на скалы вдалеке от нашей земли, в незнакомом прежде месте, и разбился… Нас выжило всего пятеро, да и тех местные, выловившие нас из воды, сделали рабами. Мне повезло, меня купили, чтобы снова взять на корабль… Но свободный матрос и раб — большая разница! Глаз я потерял там же, — парень невесело усмехнулся, а затем продолжил:

— Я плавал рабом еще год, а потом на нас напали. Корабль разнесли в щепки, я нахлебался воды и почти уже утонул, когда вознес Мраку молитву, как мне жаль, что я умру не на родине. Не знаю, что произошло, но я выжил. Более того, я сильно повредил руку именно там, где нам ставили знак, говорящий, что мы не относимся к свободным людям. Так что меня спасли уже как свободного, я работал полгода, чтобы накопить на дорогу домой, а как вернулся, пошел в храм поблагодарить Мрак за чудо. И там я вдруг понял, что моя жизнь была спасена, чтобы я использовал ее на служение. Мне очень повезло, что Главный служитель разглядел во мне желание остаться здесь и дал мне шанс. Оказалось, я даже три церемонии в день могу провести, резерва достаточно.

Парень горделиво тряхнул каштановыми волосами и спросил:

— Так что, продолжим?

Я выхожу замуж в другой мире, за темного мага, на мне салатовое платье, а венчает нас «именем пламени Мрака» бывший раб-матрос. Вот уж действительно день свадьбы запоминается на всю жизнь!

В целом, церемония меня не удивила: пару минут служитель рассказывал, как чудесно, что мы нашли друга и планируем провести вместе всю жизнь, потом каждый из нас произнес фразу, смысл которой сводился к тому, что теперь наша жизнь едина и неразрывна, затем мы разрезали ладони и соединили руку над чашей. Спасибо, хоть пить не пришлось! Меня и так слегка замутило, отчего я даже порадовалось, что осталась без завтрака. Потом служитель радостно поздравил нас с вступлением в новую жизнь и настоятельно рекомендовал поцеловаться. Мы последовали его совету с большим энтузиазмом. Удивительно, но прикосновения Темного стали ощущаться по-новому: ярче, сильнее, слаще… Пожалуй, я была согласна задержаться здесь и стать с Темным еще ближе прямо на голом полу. Он, похоже, не возражал. Зато возражал служитель.

— Прекрасно, прекрасно, можете продолжить дома, — громогласно заявил бывший матрос. — Долгой и счастливой вам жизни!

Оставить свиток для шпиона мы решили прямо по дороге из храма. Я вполне успешно, как мне кажется, изобразила капризную и немного скучающую девушку, желающую посмотреть на безделушки. Дарион тоже довольно правдоподобно закатил глаза, а в лавочке стоял исключительно у стены с полками, на которых лежали травы — как оказалось, готовить зелья Темный тоже умеет.

Я же повертела в руках должно быть добрую четверть ассортимента, прежде чем незаметно кинула свиток в высокую вазу. После чего пересмотрела еще кучу всего, в итоге выбрав страшноватую статуэтку собаки и изящную вазочку из хрусталя.

— Ты уверена, что тебе нужна эта штука? — с сомнением глядя на плод творчества явно либо кривого на один глаз, либо однорукого скульптора, спросил Дарион.

Да, с пропорциями у собачки была беда: уши разного размера, правое примерно раза в два больше левого, размер хвоста, закрученного спиралью, наводил на мысль о родстве собаки с удавом, а высунутый язык отчего был зеленым.