Попаданка по собственному желанию (СИ) - Гордеева Алена - Страница 20

Когда Дарион, пошатываясь и тяжело опираясь на косяк, вошел, я была уже под одеялом в тонкой кружевной сорочке, рассудив, что мне комфортнее в ней, и если ему уж очень захочется, то он снимет ее с меня сам. Однако мужчина воззрился на меня так, словно это я настойчиво домогалась его, а спальня была последним бастионом его обороны, который сегодня пал, не устояв под моим напором.

— Что… ты… здесь делаешь? — хрипло, с большим трудом выговорил Дарион. Выглядел он, мягко говоря, паршиво: на лбу крупными каплями выступил пот, под носом запеклась кровь, рубашка прилипла к телу и была щедро расцвечена алыми росчерками. Красное было и на руках, дрожащие пальцы которых опирались о стену и дверь.

— Жду Вас, — непонимающе ответила я. — Сади передала мне Ваше пожелание и…

— Это было до ритуала. Сейчас уходи, — казалось, мужчина держится из последних сил и вот-вот упадет.

— Вам плохо? Может, позвать кого-то?

— Я сказал — убирайся!

Решив не спорить со злым, уставшим и, возможно, раненым Темным, я выскользнула из-под одеяла и осторожно проскочила между дверью и посторонившимся мужчиной. Прошла пару шагов, не выдержала, оглянулась и вскрикнула: теперь Дарион закрывал проход спиной, и я видела, что сзади вся рубашка прилипла к нему намертво и покрыта запекшийся кровавой коркой, будто от затылка до поясницы была одна огромная рана.

— Что произошло? — в ужасе воскликнула я.

Спина напряглась.

— Я не знал, что к твоим прочим недостаткам прилагается переменная глухота, — медленно выговорил Дарион.

— Вот уж наградили муженьком Тьма и Свет, — раздраженно сказала я, решительно возвращаясь обратно.

— Я же сказал, мне не нужна помощь! — с яростью в голосе произнес Дарион.

Ну понятно, мы все из себя такие крутые и сильные, будем умирать молча, не проронив ни слезинки.

— Дарион, — как можно мягче сказал я. — Я была бы очень признательна, если бы Вы позволили мне все же побыть Вашей женой на самом деле. Я ведь должна быть с Вами не только на званых ужинах и официальных церемониях, но и в других, менее приятных обстоятельствах.

Спина чуть расслабилась.

— Не волнуйся, — глухо сказал мужчина. — Это абсолютно нормально после ритуала. По-другому не срабатывает. На мне все прекрасно заживает, через пару дней и следов не останется.

Ага, мы уже разговариваем, подход найден.

— Я понимаю, что Вы, конечно, сами можете пойти разодрать на себе рубашку, оторвав ее вместе с мясом, потому что все равно все прекрасно заживет, но, быть может, Вы позволите мне сделать эту процедуру менее неприятной для Вас?

— Ладно, — Дарион резким шагом вошёл в спальню. — Развлекайся на здоровье.

Я медленно вошла следом.

— Вам нужно в купальню, — мягко сказала я, затем вновь быстро выглянула в коридор и крикнула:

— Сади!

— Да, госпожа, — служанка примчалась буквально через минуту.

— Мне нужна тёплая вода с кровоостанавливающими травами. Мягкие тряпки, которые используются при перевязке. Какая-нибудь ранозаживляющая мазь.

— Конечно, — ответила Сади и умчалась с плохо скрываемой радостью.

Я вернулась обратно в спальню, зашла в купальню. Дарион сидел на бортике ванны, вытянув ноги далеко вперёд, и насмешливо смотрел на меня.

— Если вдруг упадёте в обморок, дорогая Диана, — сказал он. — Помните, я Вас предупреждал. Навряд ли принцесс учили обрабатывать раны.

— Вы будете удивлены, — в тот ему ответила я. — Но, полагаю, что справлюсь. Может, Вам повезло, и я не стандартная принцесса.

Тем временем вернулась Сади со всем, что я перечислила.

— Повернитесь ко мне спиной, — попросила я, осторожно смачивая в тёплой воде первую тряпку. Дарион встал и оперся руками о стену.

— Так удобно? — осведомился он.

— Мне — вполне, — ответила я. — А Вам?

— А мне было бы удобно, чтобы этот фарс побыстрее закончился, — ответил мужчина.

Я промолчала и осторожно поднесла хорошенько пропитавшуюся водой тряпку к рубахе и буквально выжала её на заскорузлую ткань. Пошло на удивление хорошо, Дарион больше ничего не говорил, только несколько раз ощутимо вздрогнул, видимо, когда я невольно задевало самые болезненные места. Минут через пять все рубаха пропиталась водой настолько, что легко отлипла от ран, и её вполне можно было снять.

— Расстегните пуговицы, — сказала я, отходя в сторону. Дарион не иначе, как в пику мне, стянул рубаху через голову и осторожно пошевелил плечами.

— Я промою ещё немного, а потом нанесу мазь, — предупредила я.

— Вы можете играться дальше, — ехидно сообщил мужчина, возвращаясь в прежнюю позу. Я осторожно приложила чистую влажную тряпку к спине ещё раз и, смыв кровь, с ужасом поняла, что это не просто хаотично нанесенные раны. На спине по кругу были искусно вырезаны различные символы, похожие на руны, обведенные двойным кругом.

— Это вырезают на Вас каждый раз? — с плохо скрываемым ужасом в голосе спросила я.

Дарион повернул голову и внимательно посмотрел на меня через плечо.

— Сила не дается просто так, девочка, — сказал он. — Для того, чтобы что-то получить, нужно что-то отдать. Наша кровь и плоть — самое малое, чем мы можем пожертвовать. Потому для нас так важна регулярность церемонии. Мы поддерживаем некий баланс.

— Но также и умереть можно! — воскликнул я.

— Ну, полагаю, я все же выдержу ещё пару десятков лет, — как-то неприятно оскалился мужчина. — Входить в круг может не любой, только тот, кому сила позволяет как вызывать Тьму, так и выдерживать всю церемонию, включая последующую регенерацию. Если привлечь обычного среднестатистического мага, то он попросту не выживет.

— Это же жестоко, — прошептала я.

— Это жизнь, — пожал плечами Дарион.

— А ты не мог отказаться?

Дарион снова внимательно посмотрел на меня.

— Мог, — согласился он. — Но не стал. У меня был выбор — постоянно находиться при дворе, быть очень приближенным к Его величеству лордом, или же проживать свою жизнь здесь, служа своей стране. Я выбрал второе, быть нужным безотносительно к личности императора.

— Но ведь силы получают все, а расплачиваются только стоящие в круге! — воскликнула я.

— Да, и это большая честь — входить в их число, — ответил мужчина. — А теперь, если не возражаешь, я бы хотел, чтобы мы поскорее закончили данную процедуру, потому что я чертовски устал и хочу спать.

Я больше не проронила ни слова. Осторожно очистила страшные вырезанные ножом, а частично будто прижженные сверху раскалённым железом, символы, очень бережно, стараясь причинять поменьше боли, смазала их приятно пахнущей прохладной мазью зеленоватого цвета.

— Я закончила, — сказала я, собирая окровавленные тряпки, разбросанные по всей купальне.

— Чудно, — Дарион осторожно отлепился от стены и посмотрел на меня с некоторым уважением. — Доброй ночи, госпожа Диана. Или желаете остаться и помочь мне снять штаны?

— Уверена, у Вас хватит сил сделать это самостоятельно, — ответила я, выходя из купальни.

В коридоре меня ждала Сади, буквально подпрыгивающая от нетерпения.

— Ну как господин? — спросила она, бросаясь ко мне.

— Упрямый, злой, но жить будет, — ответил я.

— Это так чудесно, что хотя бы у Вас выйдет убедить его хоть немного себя беречь, — сказала мне девушка. — Мы-то ему слово поперёк сказать не можем, хоть и переживаем сильно. Это же не дело — так часто в таких ритуалах участвовать.

— А что, это не характерно для него?

— Нет, госпожа, — покачала головой Сади. — Очерёдность строго регламентирована, дабы избежать ненужных потерь среди сильных магов. Они, безусловно, могущественные, но ведь все же не бессмертные. Что-то случилось с кораблём, на котором ждали мага, заменяющего господина в круге. Может, буря, может заблудились. В открытом море бывает, что путеводные артефакты не действуют.

— А по звёздам они путь найти не могут? — спросила я.

— Госпожа смыслит в навигации? — удивилась Сади.

— Я слышала что-то подобное несколько лет назад, когда была при дворе, и кто-то рассказывал об этом, — выкрутилась я.