Чумовой развод (СИ) - Савельева Алина - Страница 41

Я решила проводить ее до самой зоны досмотра, проторчав в очереди на регистрацию и дослушав весь ее рассказ о происходящем в эти дни — то, что осталось вне моего внимания.

— Когда вернешься? — тоже шмыгая носом, спросила я. — Мы тебя встретим, напиши номер рейса и дату.

— Спасибо! Скину. О, ребята нас догнали! — махнула рукой Настя.

Обернувшись, я обнаружила в компании Лешки Сергея и Свету, а вот Дима не остался с ними стоять, уверенным шагом сокращая до Насти расстояние и, кажется, решил не тратить больше время на разговоры, а сразу перейти к делу. Поцеловал, что называется, с разбегу, аж многие люди приостановились поглазеть.

— Не останешься? — спросил Димка у Насти, но понятно было, что для проформы, ответ он знает.

— Нет, папе передай, что нет у меня ничего на него и пусть женит тебя хоть на дочке президента.

— Насть… — хотел что-то сказать Димка, но она ему не дала продолжить.

— Все, мне пора! Иришка, я рада, что успела помирить вас до отъезда! Светик, Серега! Спасибо за помощь! И Ванечке передайте! Все, я полетела!

С этими словами Настя скрылась за дверями, а мы провожали ее взглядами. Димка — расстроенным, Света с Сергеем с улыбкой, а мы с Лешей с отвисшими челюстями.

Пока мы с Лешкой переглядывались, постепенно понимая, что мы даже и десяти процентов Настиной аферы не раскусили, Света и Сергей быстро попрощались, Дима вдруг улыбнулся и сказал: «И мне пора к жене».

— Чума! — хором сказали я и муж, все еще находясь в потрясении.

— Наш рейс через восемь часов, успеем собрать чемоданы? — окончательно меня погрузил в состояние шока Алешка, нежно мне улыбаясь и обнимая прямо посреди зала, мешая людям передвигаться.

— А куда мы? — единственное, что догадалась спросить я.

— В сказку, любимая! — загадочно ответил Лешка и закружил меня весело смеясь.

Глава № 43

В белоснежных простынях отеля я проснулась от того, что Лёшка бубнил около моего живота. Сполз на середину кровати и вел дискуссию с моим пупком, осторожно поглаживая кожу подушечками пальцев. Второй рукой удерживая буйную голову.

— Ну, уж если до этого дойдёт, то да, ты прав, надо действовать другими методами.

Мне совсем не хотелось просыпаться и отвлекать Лёшу от важных переговоров. Мы прилетели поздно и уже в такси до отеля я клевала носом, так и не оценив красоту предновогоднего Страсбурга. Впрочем, счастливая до умопомрачения, жёлтые огни гирлянд и фонарей я видела только в отражении любимых глаз шоколадного цвета. Отчего они казались мне почти мистическими.

— Нет, тут без пол-литра не разобраться, сынок! Эти девчонки с другой планеты! Они очень странные, но такие красивые и нежные, как твоя мама.

Я не выдержала «серьезного разговора» пока ещё неизвестно с кем. Не то что дочь или сын, а по факту — ещё не выяснили, есть ли у нас пузожитель. Рассмеявшись, я потрепала по голове гиперответственного папочку и, схватив за загривок, потянула к себе, требуя тоже внимания.

— Пол-литра ему ещё рано, папочка, а я точно хочу знать, можно мне шампанское сегодня или нет.

— Сегодня? Правда узнаем? — заволновался Лёшка, зачем-то спрашивая меня в десятый раз об этом. Вместе же вчера тесты покупали.

— Я надеюсь, что узнаем, — прошептала я, тая от поцелуев, щедро сыплющихся мне на лицо, и всё больше увлекаясь, Алёшка норовил стащить с меня тонкую ткань и спускался ниже, довольно мурча что-то в коротких перерывах между прикосновениями горячих губ.

Как бы ни хотелось остаться, пришлось сбежать от него в санузел, прихватив все пять тестов. И вот уже несколько минут я таращусь на яркие две полоски на каждом.

За последние сутки моя жизнь начала глобальный новый виток. И заново возродившиеся отношения с мужем, да ещё какие! И перспектива новой работы, опять же исключающая все предыдущие мои переживания от его отлучек. Но подтверждение того, что Лёха неплохо постарался в период размолвки, пока я, забив на предохранение, изматывала себя страдашками, он, хитренький, коварно и дерзко воплотил свою давнюю мечту о детях в жизнь, и во мне теперь живёт наш малыш.

Приложив ладонь к животу, я почувствовала, как по телу растекается теплое и светлое, невероятное ощущение безграничного счастья. И тут же нашла повод разозлиться на мужа. Почему, спрашивается, он не сделал это раньше? Это же такие фантастические чувства! Ах да, это же я настаивала, что нам рано, сами ещё на ногах не стоим. Никак гормоны уже шалят? Бедный Лешик!

Приоткрыв дверь, увидела, что муж подпирает стенку прямо напротив. Нервно покусывая губу, неосознанно крутит несчастные цветы в руке, так что листья уже наполовину на полу. Где уже раздобыл этот букет тот, кто не любит их в принципе?

— Эй… — позвала я потерявшегося в своих мыслях мужа. — Положительный тест.

— А если будет дочка? Будешь её воспитывать еще до рождения, как сына утром?

Этому букету не повезло с самого утра. Растрёпанный и изрядно поредевший, он улетел в сторону, а Лёшка — ко мне так же прилетел и запутался в собственных руках, не зная, как меня обнять. Пришлось помочь ему и самой повиснуть на могучей шее, заставляя подхватить меня за талию.

— Ириш… спасибо, — бормотал мне Лёшка, уткнувшись в макушку, и никак не давался целовать его и посмотреть в глаза. Прятал лицо от меня, не выпуская из рук и шептал: — люблю тебя. Всегда буду любить. Спасибо, милая!

Судя по рваным фразам, наверное, у кого-то ещё, кроме меня, навернулись слезы. Какой же он у меня чувствительный, мой властный босс! Мы ещё долго обнимались и признавались друг другу в чувствах, пока Леша не вспомнил, зачем он приволок цветы. Выпустив меня из рук, он взволнованно попросил подождать прямо у дверей в санузел и унесся в комнату вихрем, так же обратно и вернулся с заносом на повороте, скользя носками по кафельному полу. И, поравнявшись со мной, торжественно опустился на одно колено, чего он не делал даже когда замуж позвал.

— Иришка… Любимая моя… ты… останешься моей женой? — спросил этот шутник, протягивая мне коробочку, которую забыл открыть.

— Если в этой коробочке соленый огурец, то точно останусь! — улыбнулась я, протягивая ему правую руку.

Лёшка, хлопнув ресницами, сообразил наконец её открыть и быстро окольцевать меня повторно. Но вместо того, чтобы закрепить это неординарное предложение поцелуем, он опустил второе колено и, задрав мой пижамный топ, прильнул губами к животу. — Теперь ему все плюшки, да? — поинтересовалась я, разглядывая эту ми-ми-мишную картину сверху.

— Всем. Я всех буду любить, — хрипло отозвался Лёшка и предложил: — Пойдем искать огурцы, а то я могу сорваться.

— Я пошутила, просто хочу завтрак. А Настя звонила? Она добралась?

Непутёвый братец, скорее всего, забыл про сестру и ушёл искать телефон, на ходу сообщая мне:

— Наберём лучше Димке, он расскажет, где Чума.

Выяснять при чем тут Димка и как он оказался в Париже, я не стала, подойдя к окну, разглядывала палатки с сувенирами, расположившиеся прямо под окнами отеля на узкой улочке Страсбурга. И даже приметила на другой стороне магазин для будущих мам. Вот туда и пойду сразу после завтрака!

— Ириш! — подозвал меня Лёшка к себе и повернул экран своего телефона так, чтобы мы оба видели Димку.

Дмитрий Маркович светил до одури счастливой улыбкой, разговаривая по видеосвязи, прицепив свой телефон на селфи-палку.

— Мы не приедем в Страсбург, я решил, что тут гораздо надёжнее! — кричал Дима и начал вращать телефон, направляя камеру так, чтобы мы видели периметр.

Судя по картинкам, они где то в горах. И на маленьком пятачке только один большой дом и вертолётная площадка. И бегающая Настя, видимо, в поисках спуска.

— Отсюда только два варианта сбежать! На вертолете — это обычный, а про второй я вам не скажу! И не спрашивайте, где мы!

Позади Димы появилась Настя и, не обращая на нас никакого внимания, принялась молотить руками в пушистых варежках по спине Димки.

— Это похищение! Я тебя…

— Отмажешь? — хохотал Димка, и мы вместе с ним.