Уроки ирокезского (СИ) - Климова Алиса "Луиза-Франсуаза" - Страница 247

– Честно говоря, я уже начинаю думать, что в том, что о вас рассказывают, есть и доля правды. У меня никогда не было столь краткой и столь насыщенной официальной встречи…

– Неофициальной, сеньор Гомес. Меня тут вообще нет, и в России, и в Европе, и вообще везде за пределами этого кабинета и моей канцелярии все точно знают, что я сижу и работаю дома, в Москве. И, надеюсь, будут знать это и дальше…

В том, что британский флот до Венесуэлы не доберется, у меня сомнений не было. Уже второй месяц как не было – сразу после того, как к купленному Алексеем у Гомеса островку с названием Пекеньо Тобаго (Маленький Тобаго, расположенный в паре километров от "Большого" Тобаго) подошел совершенно голландский сухогруз рейсом из Владивостока. Привезший на это крошечный, всего в один квадратный километр, островок несколько тысяч тонн всякого разного добра и около трехсот человек, в основном молодых двадцатилетних парней. Как эти тысячи тонн разгружали на берег, к которому кроме как на лодке было и не подойти ближе чем на милю – это отдельная история. Но разгрузили, хотя один трехтонный ящик все же потопили. Зато три сотни таких же перевезли без повреждений.

Потопленный тоже подняли, и сейчас – как мне сказали встретившие меня там инженеры из института Степана, почти починили содержимое. Сделанное на "Заводе нагревательных приборов"…

И другое тоже, но это было, пожалуй, самым главным: завод этот делал знакомый каждому моему современнику (из будущего, конечно) нагревательный прибор под названием "магнетрон". То есть название-то не каждый слышал, а вот микроволновку, в которой этот магнетрон всё и нагревает, точно каждый знает.

Только в привезенном добре никаких микроволновок не было. Магнетрон – был, и делал свое мангетронное дело: излучал микроволны. С частотой в пятьсот мегагерц излучал. А вот изготовленная уже Еленой Андреевной аппаратура это излучение куда надо направляла, а потом ловила обратно – с помощью параболической тарелки и матрицы волноводов. Аппарат, придуманный уже Степаном, следил за тем, в какой волновод больше излучения попадает и поворачивал весь механизм так, чтобы попадало в основном в центр матрицы.

Все вместе это называлось "самоуправляемой бомбой с радарным наведением". Правда этот самый радар мощность и чувствительность имел крайне небольшую, какой-нибудь крейсер мог "поймать" километров за десять, а для крошечного миноносца – и три километра хорошо будет. Поэтому "бомба" была пилотируемой… Зато летала километров на двести.

В качестве двигателя использовался пульсирующий двигатель, мне известный как мотор от "Фау-1". А для других – после того, как я его "изобрел" в Торфянке – он оказался более известен как изобретение Николая Телешова, причем он изобрел его еще пятьдесят лет назад. Но одно дело изобрести, а другое – сделать, так вот я его сделал. А Нольде довел его тягу до почти полутонны, и на базе этого мотора и была сделана крылатая ракета, которая могла лететь почти на двести верст. И попадать в кусок земной поверхности размером километров в сто квадратных – ну, если хорошо прицелиться и ветра не будет.

Так что пришлось эту "отечественную фау" существенно доработать – посадив в нее пилота. Точнее, в отделяющуюся капсулу, которая после отделения выпускала крылья, выдвигала два крошечных (по пятнадцать сил) моторчика с пропеллерами и неторопливо возвращала пилота домой. От пилота же требовалось сначала дорулить аппаратом до нужного места, затем направить собственно "бомбу" на цель, дождаться захвата цели радаром – и спокойно лететь обратно.

Ничего сложного и опасного – если не считать того, что ракета пускалась стартовыми ускорителями (двумя здоровыми пороховыми чухами), от которых пилот был огражден лишь тонкой пластиковой стенкой кабины. Если не думать о том, что пилот в этой пластиковой кабине лежит, а при старте ускорение получается в районе восьми g – в направлении от головы к ногам. Если не принимать во внимание, что бомба наводится на цель в пикировании с высоты в четыре-пять километров при скорости около семисот километров в час. Если пребывать в уверенности, что с кораблей никто не будет стрелять по нападавшим из всего, что только стрелять может. И если истово верить в то, что все механизмы после отстрела капсулы всегда сработают безупречно…

На самом деле при подлете пилоты делали "горку" километра на полтора вверх, скорость при этом падала почти до нуля и на прицеливание оставалось секунд двадцать. Что, впрочем, тоже крайне немного…

Зато тонна взрывчатки, которую бомба уронит на кораблик, скорее всего даже дредноут просто пополам порвет. А для мелочи всякой… На Тобаго нашелся кусочек относительно ровного места, на котором получилось сделать более-менее приличную взлетную полосу и разместить там шесть "Шмелей". А в заливе неподалеку обустроились три больших летающих лодки – творения Михаила Шишмарёва. Этот инженер был знакомым Григоровича и по его рекомендации поехал в Тюратам. Но там, узнав по грузоподъемность "грузовика", загорелся идеей изготовить летающий торпедоносец – и даже до меня дошел со своей идеей. В результате – получил собственный авиазавод… заводик – на Арале, точнее – на острове Возрождения. И там начал делать эти "лодки". Летали они, правда, не быстро – километров под полтораста, зато могли висеть в воздухе по полсуток – и тут их использовали для разведки.

Собственно, с них британский конвой и был замечен. Только вот самолеты летали в светлое время суток, а корабли и ночью плывут – так что заметили их всего милях в пятидесяти от Тобаго. Я как раз уже на маленький остров приехал – просто поглядеть, как там дела…

На островке были смонтированы пять стартовых эстакад, проложены дорожки от ангаров, где хранились "аппараты" – так что крылатые ракеты отправлялись в путь с интервалом в минуту. Теоретически можно было и быстрее пускать, ведь ракета в ангаре уже стояла на стартовой тележке практически готовая к пуску – но пускали их строго по очереди чтобы радары работали тоже по одному и не ловили чужие сигналы. Ну и чтобы если что…

Первый дредноут был потоплен через восемь минут после запуска первой ракеты. Наблюдатели с "летающей лодки" сообщили, что предварительные расчеты оказались верными: тонна гексогена (с примесью тротила для стабилизации) попросту разорвала дредноут на части. На довольно мелкие – потому что при взрыве бомбы сдетонировал наверное весь боезапас корабля. Что было как раз неудивительно: по мощности бомба соответствовала полусотне снарядов морских "главных калибров", а летящая с практически сверхзвуковой скоростью (реактивный мотор при пикировании отстреливался чтобы не тормозить) стальная болванка палубу – даже броневую – успешно проламывала и все взрывалось внутри корабля. Причем не только дредноута: вторым разорванным на куски кораблем оказался большой десантный транспорт. Впрочем, этот просто развалился на две половинки…

Примерно после первого десятка успешных отстрелов спасательных капсул у очередной не открылось, похоже, крыло – но пилот выпустил парашют. Управлять он им не мог, и каждый из пилотов примерно представлял, что с ним могут сделать британцы, попади он им в руки – но как раз для этого гидропланы там и дежурили: парашют зацепили специальным крюком с летающей лодки и потащили к берегу. Недалеко, правда, тащили: погода была хорошая, волна в океане – приемлемая, так что километров через двадцать крюк отцепили, а упавшую в океан капсулу (точнее, пилота – места для капсулы не было) подобрали уже с воды. Это тоже было отработано: крюк выкидывался со своим собственным парашютом, так что пилота ракеты не покалечило. После чего летчики вернулись обратно: мало ли кого еще подбирать придется.

Пилотов на Тобаго приехало сто двадцать человек – просто больше не было готовых. Ракет же было три сотни – но конвою хватило по одному вылету, причем даже не всех пилотов. Четырнадцать пилотов – из девяноста двух стартовавших – не вернулись: у восьми ракет капсула просто не отстегнулась – а выпрыгнуть из пикирующей на околозвуковой скорости кабины шансов даже теоретически не было. На трех – отстегнулась, но поздно – и капсулы просто разбились об воду. Две ракеты – упали в море, вероятно пилоты потеряли сознание при пуске и так и не очнулись. И одна ракета просто взорвалась в воздухе…