Уроки ирокезского (СИ) - Климова Алиса "Луиза-Франсуаза" - Страница 194

Впрочем, будучи довольно неплохим инженером, Александр искренне считал, что он и на этих забытым Богом островах сможет устроить свою жизнь честно и относительно хорошо – надо только работать над этим. Поэтому – получив при сходе на берег всего-то полтину денег, он тут же стал ее приумножать – для начала подрядившись на разгрузку того самого корабля, на котором приплыл сам. Очень удачно подрядившись: наблюдающий за разгрузкой судовой офицер отметил, что новичок сумел несколько иначе организовать работу небольшой артели "коллег по путешествию", так же возжелавших сойти на берег с небольшим финансовым резервом – и рассказал, где в городке человек, избытком финансов не страдающий, может найти приличное и очень недорогое пристанище. А человек, обладающий знаниями и желанием работать – отыскать достойный источник дальнейшего существования.

Через неделю Александр уже руководил набранной им самим бригадой на строительстве огромного завода – что позволило ему не только обеспечить личный достаток, но и завоевать определенную репутацию у местных властей. Поэтому и предложение его – на выработку которого у Александра ушел почти год – было принято с некоторой благосклонностью.

На самом деле на придумывание нового проекта ушел вовсе не год, просто когда строительство завода закончилось, бригаде делать стало вроде как и нечего: новых строительных подрядов не предвиделось. А прилично жить Александр уже привык – и он предложил доменный шлак выливать не просто "в чисто поле", а в формы – а затем из получившихся блоков выкладывать в море большие и широкие молы. Засыпая пространство между шлаковыми "стенками" выгребаемым со дна коралловым песком – а поверх – если нужда возникнет – можно и плантации какие-нибудь разбить.

Главная-то идея была не в плантациях: в получающихся узких и длинных заливчиках было довольно нетрудно хоть жемчужниц разводить, хоть пользующихся большим спросом на материке трепангов, водоросли всякие полезные, да и рыба должна будет в получающихся небольших пещерках больше приплода давать (о чем было прочитано в голландском журнале, регулярно доставляющемся в городскую библиотеку) – но главным стало то, что теперь шлак не засорял земли, пока еще под плантации весьма пригодные…

Когда же выяснилось, что перемолотый шлак способен, подобно цементу (хотя и весьма плохонькому), скреплять блоки – что позволило выстроить уже и нормальные волноломы в порту без особых затрат – Александр превратился в "Главного инженера треста морского строительства", а потребную технику власти заказали в Америке.

Сейчас, три года спустя, порт был уже полностью обустроен, а с каждым днем растущие "морские плантации" давали разной продукции столько, что в городе уже три консервные фабрики с трудом перерабатывали добытое. Однако Александра "прошлые заслуги" волновать перестали: из Кореи специально к нему приплыли посланцы тамошнего корейского руководителя государства и предложили заняться подобной работой уже в Корее. Но не в должности инженера, хотя бы и главного – а в должности "Помощника главы государства по освоению морских богатств". И в перспективе с высшим орденом Кореи в петлице и титулом корейского князя…

Еще в прошлом году я – вспомнив, как "дед" Семенов поднимал элеваторы в "скользящих опалубках" – распорядился "в каждом уездном городе с числом жителей более двадцати тысяч" поставить по такому "семидесятипятитысячнику". Не сразу, а по двадцатипятитысячной секции в год – ну и под это дело запустил в Саранске завод по изготовлению всего для элеваторов потребного оборудования. В губернских городах я запросил уже стотысячники, а в Москве, Петербурге, Харькове, Оренбурге и Петропавловске – по паре стотысячников. Поскольку по уездам руководить разъехались в основном офицеры в званиях немалых (минимум подполковники), а в губерниях теперь почти одни генералы правили, то мой указ выполнялся с особым рвением и с некоторым опережением планов.

Неплохим таким опережением: силосы, конечно, поставили как раз "по плану", причем местами даже и в сроки не очень уложились, зато фундаменты поставили "на всю программу", и почти всё нужное оборудование установить и наладить успели. Зерносушилки, погрузчики, прочее всё. Причем в Оренбурге "в целях перевыполнения" поднялся еще один завод по выпуску элеваторного оборудования. Причем "Оренбургский машиностроительный" был выстроен вскладчину уездами шести губерний (по инициативе как раз Оренбургского губернатора), а деньги на "складчину" уже уездные руководители собирали с устраиваемых в городах ярмарок и разных "увеселительных мероприятий".

И до каждого элеватора теперь была проложена железная дорога, причем даже в тех городах, где чугунки отродясь не бывало. Потому что узкоколейка – тоже железная дорога, и теперь зерно хоть по такой дороге, но можно возить туда-сюда в невероятных количествах. Что было и вовсе хорошо, но уже поднявшиеся элеваторы-то требовалось чем-то заполнить, а с этим пока имелись некоторые проблемы. Впрочем, и они потихоньку решались.

Женя Ключников – то есть Евгений Сергеевич, конечно же – притащил мне проект небольшого трактора. Совсем небольшого, под мотор Урюпинского завода. Или под мотор от "Самурая" – после того, как для авто был запущен в серию четырехцилиндровый двигатель, "старые" двухцилиндровики, способные работать хоть на керосине, были переданы на несколько новеньких "минизаводов". И хотя каждый из этих заводиков гигантом индустрии явно не был, вместе они уже выдавали почти сто восемьдесят моторов в сутки. Сюрприз такой: я рассчитывал, что каждый хорошо если десяток в сутки сделает – и под это количество Слава запланировал завод по выпуску небольших грузовичков. Грузовички – а, фактически, небольшие пикапы на полтонны – с конвейера уже пошли, к концу года по Славиным расчетам их будет делаться как раз по полсотни в день – а куда девать остальные моторы? Слава объявил под это дело конкурс, вот Женя ко мне и пришел.

Вовремя пришел и конструкцию свою очень неплохо обосновал: в стране ТОЗов (то есть "Товариществ по совместной обработке земли") крестьяне учредили уже за двадцать тысяч – но этой "совместной" земли у большинства все же очень мало, и гонять к ним "большие" трактора из МТС просто невыгодно (не говоря уже о том, что и не хватает их), а вот такую микромашинку – ее можно ТОЗам просто в аренду сдавать. Управление ей – очень простое, ребенок освоить может. Цена… самый дешевый вариант – с "лигроиновым" мотором и железными колесами без шин – должен был стоить в производстве порядка двух с небольшим сотен рублей. А самый дорогой – с четырехцилиндровым урюпинским дизелем и колесами с резиновыми шинами – чуть больше пятисот.

Ну что… денежка у меня в загашнике была – на закупку некоторых специальных станков, их и не очень много-то и требовалось. А у Славы, если я верно помнил, ещё с полсотни почти построенных городков не были пока "специализированы" под выпуск чего-либо. Так что сам предложил – сам заводами и занимайся, а у меня есть дела и поважнее. Самое важное из искусств развивать нужно.

Уговорить Алексеева было очень несложно: я попросил этим заняться Зинаиду Николаевну и уже через день Константин Сергеевич нетерпением сидел у дверей моего кабинета. Не знаю, как там в Петербурге дела делались, а в Москве Юсупова культуру в массы двигала самым действенным образом: все, что ей нравилось (точнее, все, что она считала именно "культурой") обильно удобрялось из бюджета ее любимого министерства. Ну а то, что она считала "упадком и развратом" – столь же обильно, и тоже за счет бюджета, мешалось с дерьмом в "свободной прессе". Которая, понятное дело, сама из того же источника отхлебывала.

Что же касалось именно театров – которые для Зинаиды Николаевны априори были "носителями культуры в массы" – то министерство могло вообще постановку нового спектакля целиком оплатить, и часто так и поступало – а расхлебывать эту деятельность приходилось мне. Потому что я за восемьдесят лет так и не освоил правил общения в высшем свете, а точнее – так и не научился "изысканно шутить". Когда Юсупова как-то задала вопрос, а не стоит ли государству вмешаться в театральную жизнь рублем, я по простоте душевной согласился: театр, сообщил я Юсуповой, если существует лишь на кассовые сборы, начинает потакать низменным вкусам беднейших слоев общества, а это неправильно. Ну и похвалил в очередной раз ее вкусы…