Флаг над крепостью - Васильев Андрей - Страница 2

Я подумал-подумал, и решил, что он прав. Идем мы невесть куда, может, подменный капитан – это не так и плохо. Опять же, Павлик – это локатор на ножках, у него слух такой, что мама не горюй.

Но ему я этого говорить не стал. Ничего. Пусть понервничает.

Собственно, вот я и перечислил почти весь состав нашей группы. Точнее – ее большую часть. Еще в нее вошли Джебе и Тор, которых я в последнее время старался держать как можно ближе к себе, Жека, счастливый от одного осознания того факта, что он наконец вырвался на волю из четырех стен, и, конечно же, Азиз. Куда я без него?

А, еще забыл упомянуть про Водяного. Он – чародей, один из тех, что мне в свое время Салех продал. У него очень полезный для наших нынешних дел талант – под водой умеет дышать. Пять минут без воздуха там выдерживает без проблем. Точнее – уже шесть.

Надо заметить, что этот самый Водяной меня немного удивил при нашем знакомстве. До того нам с чародеями как-то не везло. В том смысле, что никто из них доброй волей приобретенный талант развивать не хотел. Все они как-то безответственно относились к свалившемуся на них с небес дару. Ну есть он и есть. Придется – использую, а если нет, так и нет. Но чтобы целенаправленно совершенствоваться – это ни в какую. Правда, Милена, еще в первой своей жизни, как-то пообещала мне, что возьмется за ум, но почти сразу после этого она погибла. Но если совсем начистоту, не сильно я ей тогда и поверил.

А вот Водяной – молодец. Тренируется, времени у реки много проводит, ищет пути того, как развить свои способности. И даже сегодня на «Васильке» время зря не терял, голову в ведро засовывал. Не знаю, будет от этого толк или нет, но сам почин дорог.

Да и мужиком он оказался хорошим, компанейским, что очень неплохо. В таком деле, как наше, микроклимат в коллективе сильно важен. Когда внутри боевой группы идут какие-то споры или склоки – добра не жди.

По этой самой причине Фиру я с собой брать не стал. Боец она хороший, но вот эта ее постоянная конфронтация с Настей… Не дело это.

Так вот – Водяной. Вообще-то, взять его с собой посоветовал Одессит. Да-да, представьте себе, он таки сказал умные слова, а я взял их и положил себе в уши.

– Сам посуди, Сват, – втолковывал он мне. – Вот мы, к примеру, пробили днище. Ну что ты замахал руками, я ж говорю – к примеру! Это ж море… Тьфу ты – река. Короче – стихия, против нее не попрешь. И что тогда нам делать? Внутри вода, снаружи вода, а дырка где-то там, и ее не заткнуть ладошкой. Все поднимают себе нервы, девочки визжат, ты материшься, я вообще в панике. Но тут Водяной гордо стягивает с себя одежу, остается в одних штанчиках и уходит на дно, как некогда знаменитый «Титаник». И вот через пару минут мы уже знаем, где та подлая брешь, что она из себя представляет, и надо ли нам кричать: «Мама, роди меня обратно!». Или вот другой пример…

И он меня убедил, после чего наша группа стала на одного человека больше. Хотя сам вариант с пробоиной мне очень не понравился. «Василек» был зримым воплощением мощи нашей семьи, пусть и неказистым, если судить по рамкам Старой Земли. Зато по местным критериям – более чем весомым. Более того – многими наш кораблик уже воспринимался как некое пусть и неодушевленное, но все же родное существо.

Кстати – Адамса наше судно тоже впечатлило. Он облазил его от носа до кормы, заглянул вниз, похлопал по кожуху пулемет «Браунинг», повертел штурвал, а после, выбравшись обратно на берег, сообщил мне:

– Умели в старые времена у нас в Штатах толковые вещи создавать, что ни говори. До тех пор умели, пока нацию к китайскому барахлу не приучили. Понятно, что это все «реплик», но «реплик» толковый, явно снятый с вполне реального кораблика тех времен. На таком, небось, мой прапрапрапрадед по Миссисипи хаживал. Корни моей семьи там, на Большой реке. В Айдахо-то наша семья в двадцать втором веке переехала, когда жить в Кентукки стало совсем невозможно.

Что мне понравилось – это была просто констатация факта, а не подводка к началу разговора на тему: «Почем продашь?». Даже тени этого вопроса не было в его голосе.

Ну а после мы уселись с ним чуть поодаль остальных и начали ловить рыбу. Вот так просто, без всяких круглых столов и тонких заходов на беседу. Его парни поставили на бережке два чурбачка, между ними умостили ведерко с червями, копошащимися в земле, и пожелали удачи, а после отошли в сторонку.

Впрочем, мои люди тоже не теряли зря времени. Они шустро перезнакомились с парнями Джона, приволокли с «Василька» связку сушеной рыбы и бочонок с пивом, еще из тех запасов, что я в Новом Вавилоне сделал, и начали выпивать в их компании. По крайней мере, смех от большого костра, где сидела эта орава, звучал все громче. И это я не упоминаю про фразы достаточно двусмысленного содержания, явно анекдотического характера, которые то и дело доносились до нас.

Я, между прочим, мысленно себя раза три по голове погладил за то, что этот самый бочонок с пивом сберег. Как чуял. Два я тогда отдал в общий котел, а этот припрятал, на всякий случай. И вот этот случай наступил. Если и был какой-то ледок между моими людьми и парнями Джона, то пенный напиток его растопил полностью. Слышали бы вы их дружное «WOW!!!», когда Жека небрежно предложил:

– Ну что, ребята, может, по паре пива с чем-нибудь солененьким?

Нет, все-таки пиво – оно сближает людей.

А вот мы с Джоном пива не пили. Мы по очереди время от времени прикладывались к бутылке с очень неплохим «скотчем». Уж не знаю, где Адамс ее взял, но это был настоящий «скотч», не синтетический.

– Ага! – Мой собеседник вытащил из воды приличных размеров сазана и с гордостью показал его мне. – Во зверюга какая! Веса добрых фунта три будет, не меньше!

Он, сопя, выдрал крючок из рта рыбы и бросил ее в объемное ведро с водой, стоявшее неподалеку. В ней плескалась наша будущая уха.

– Красив, – согласился с ним я. – Но мой, что я до этого поймал, не хуже будет.

– Да ты спорщик! – засмеялся Джон, наживляя нового червя на крючок.

– Не-а, – помотал головой я. – Чего не люблю – того не люблю. В споре есть две стороны, и всегда одну из них занимает идиот, а вторую – подлец. Не хочу быть ни тем, ни другим.

– А если сторон три? – уточнил Джон. – Бывает ведь и так, согласись? Кто тогда третий?

– Умник, – подумав, ответил я. – Он подождет, пока те двое разберутся между собой, а после решит, что делать дальше.

– Правильно. – Джон махнул удилищем, а после уставился на поплавок, застывший на водной глади. – Мне когда про тебя Мэнси рассказал, так я сразу ему и заявил: «Этот Сват – он не дурак, похоже». И оказался прав. Да ты и сам это только что подтвердил. Вот только кто же мы тогда? Идиоты или подлецы?

Ловок, старый хрыч. Как он тонко подвел разговор к недавнему столкновению «атомщиков» и воинов Степи. Не придерешься.

– Вы победители, – ответил ему я. – А победителей не судят.

– Пусть так, – согласился со мной повелитель Атом-Сити. – Ну, так что дальше делать будешь? Что решишь?

– Двинусь вперед, – показал я рукой в сторону гор, которые высились совсем неподалеку. – Согласно ранее намеченному плану.

Смеркалось, и неширокий проход между скалами был почти уже неразличим, хоть до него было рукой подать от того места, где мы встали на стоянку. Но я достаточно неплохо его разглядел еще тогда, когда мы подошли к месту нашей с Адамсом встречи.

По рассказам Марики, которая несколько дней назад наведалась сюда на «зодиаке», мне этот проход представлялся более широким, чего скрывать. Если говорить образно, это были не большие ворота, ведущие к дому, а некая калиточка, открыв которую, можно попасть на задний двор.

Но никаких проблем это нам не должно было создать, по крайней мере, визуально. Течение хоть и ускорялось немного, но не настолько, чтобы назвать его «бурным потоком», а запас места для маневра «Василька» был более чем достаточен.

Не факт, что там, между скалами, все будет так же радужно, но пока не заглянешь за дверь, не узнаешь, что находится в комнате.