Не искавшие приключений (СИ) - Яблоня Дикая - Страница 81

"В конце концов, мы — практикантки. Наша задача — слушать босса и делать, что говорят. Можно расслабиться и не пытаться думать за всех.

Черт, черт, черт! Я же — нудная, я так не смогу…"

— Нам проверить, нет ли поблизости эльфов? — спросила я у инспектора.

Он, мы с Зи, трое "ищеек" и четверо магов отправились к нашей конечной цели в фургоне с драным брезентовым верхом. Лошадьми правил маг, Тервюрен занял место слева от кучера. Приходилось обращаться к его спине.

— Шестой раз за сорок минут. Когда снова потянет спросить, — он достал блокнот, что-то написал и вручил мне листок, — читайте это.

"НЕТ! УСПОКОЙТЕСЬ!"

"Наверное, я — единственный в мире человек, на которого Квинтон Тервюрен наорал письменно. Буду гордиться. Сама же хотела автограф."

Спрятав трофей в карман, я стала любоваться видами, благо нам выделили места позади инспектора, это позволяло смотреть не только по сторонам, но и вдаль. Полицейские и ликвидаторы устроились так, чтобы видеть все, даже небо через прорехи. Они были готовы защищать нас с Зи, если понадобится. Прочие члены "экспедиции" ехали в таких же фургонах — впереди и позади, груз из контейнеров — по другой дороге. Смотрелись мы бедненько, неприметно и точно не вызывали желания нас ограбить. Все эти меры предосторожности отлично работали, столкнись мы с людьми.

"Вот только жуки — не люди."

— Барышня Горшковиц, отсядьте от подруги, поменяйтесь местами с сержантом, — негромко велел Тервюрен.

— Я ничего не делала! — Зи на всякий случай прикинулась дурочкой. Инспектор вздохнул:

— Ничего, если не считать, что вы с ней постоянно норовите схватиться за руки, используя дар. Сами не замечаете. Это даже хуже, чем вопросы барышни Ронды.

"Как он увидел?! Хотя, о чем я. Он — это он."

Дварф в темных очках и клетчатом картузе занял место напротив меня. Зи молча плюхнулась на скамью и выудила из кармана куртки вязание. Сержант взглянул на Зи с неодобрением. Вполне понятно: фургон то и дело подпрыгивал на камнях и ухабах, а спицы — довольно острая штука.

— Отличная сталь, — заверила Гортензия, перехватив его взгляд. — Легко воткнуть жуку в глаз. Авла так считает.

Инспектор снова вздохнул. Вздох подозрительно напоминал стон.

Дорога шла по склону холма, с него открывался прекрасный вид на поля и лес вдалеке. Виды, которыми я любовалась, были хороши во все времена года — с одним исключением. Сырая, лишенная снега зима — бездарнейший декоратор. Поля, расчерченные каменными изгородями, голые деревья, дороги — все было серо-буро-унылым. Оставалось совсем немного времени до радостного момента, когда серо-бурый сгинет под натиском красок весны. Нарциссы, гиацинты, крокусы расцветут не только на клумбах — везде: в лесу, в полях, у обочин. Весна здесь прекрасна. Нам же досталось то, что местные зовут "дризлинг", а одна моя знакомая в колледже издевательски переделала в "грязьлинг". Это не наш дождь, который в Бергюзе не редкость, но все же исправно заканчивается. Это странное, слегка чокнутое явление, с которым никогда не понятно: открыть зонт или не стоит? Вроде, не каплет… но одежда при этом уже вся мокрая и волосы повисли сосульками. И такое островитяне считают вполне сносной погодой. Вот когда наползает местная гордость — туман, тогда — да, не везет. Выйти из дома без фонаря значит — заблудиться, еще не дойдя до калитки.

Не удивительно, что у местных есть забава "Ориентирование в тумане". Очень травмоопасный спорт. Что ж… зато здесь не холодно. Хорошая земля, богатые урожаи… Сырая земля, которая не промерзает. Вполне возможно, сейчас ее роют жуки. Прямо под этой дорогой.

— Ой, мама!..

— Читаем записку, — сухо бросил Тервюрен, обернувшись ко мне.

— Я не об этом! Земля!..

— Совы! — в тон мне ответил инспектор. Подождал несколько мгновений и сжалился:

— Зачем, по-вашему, маг в роли кучера? Периметр, — он указал рукой на дальний лес. — За ним — холмы. Те самые. На сегодняшний день есть ряд способов вычислить присутствие эльфа с большой вероятностью, хотя совиный патруль — самый надежный. Жуки покидают свою территорию по одному-два, такое отслеживаемо. Когда придет время, вы покажете нам их всех.

— А что потом? — осторожно спросила Зи.

— Примем меры.

Стало ясно: больше об этом Тервюрен ничего не расскажет.

— Смотрите, уже видна деревня, где обоснуется наша группа, — любезно пояснил Гортензии сержант-дварф. С того момента, как Зи убрала вязание, он явно посматривал на нее с интересом. Гортензия взглянула — без особого интереса, и я догадалась, почему. Не всякий знает, что у туманников в каждом втором случае деревня — это маленький город А красный кирпич — вовсе не признак бедности, глорианской архитектурой здесь гордятся, что, впрочем, неудивительно. Мы миновали дорожный указатель с названием, мертвый прошлогодний плющ позволил разобрать только окончание"…нбери".

— Надеюсь, в деревеньке есть, ну… постоялый двор или типа того?

— В нашем распоряжении — и дома, и замок, — дварф охотно взял на себя роль экскурсовода. Он указал на серые башни вдали. — Остров покинули почти все, даже местный лорд уехал на материк, хотя у его семьи со способностями полный порядок.

— Это не значит, — прервал экскурсию Тервюрен, — что среди оставшихся не окажется одержимых эльфами. От охраны — ни на шаг.

— Ясно! — мы, не сговариваясь, кивнули.

— А будет минутка, чтобы взглянуть а замок? — робко спросила Гортензия.

— Нет! — это позвучало неожиданно резко. Впервые на моей памяти инспектор повысил голос. — В замке размещен полевой госпиталь, — пояснил он спокойнее. — Искренне надеюсь, что вы туда не попадете.

Массивное, словно крепость, здание, возле которого остановился фургон, неуловимо напоминало Равенстерн. Гостиница "Невеста дракона" была очень старой, возможно — старше Второй Магической. Никаких красных стен в глорианском стиле, только дерево и песчаник.

— Не-е-е… — скептически протянула Гортензия. — Она засиделась в невестах. Какая-то драконья бабуля.

Но, как только перед нами открыли двустворчатые тяжелые двери, настроение сразу улучшилось. В просторном, занимавшем весь этаж холле было очень тепло. Не сговаривались мы поспешили к камину — такому огромному, что в него удалось бы въехать верхом, и отнюдь не на пони. Высоко над головами, в сумраке, с которым не справлялось множество ламп, терялись толстые балки и мелькали какие-то тени. Пока я пыталась понять, что или кто это, Гортензия с сердитым "Засранцы!" отпрыгнула в сторону.

Совы. Десятки сов, на фоне камня и дерева почти не заметных. Одни летали, другие расселись на балках, на перилах галереи, которая опоясывала зал. Очевидно, на втором этаже располагались комнаты, а внизу постояльцы ели, беседовали, развлекались… В прошлой нормальной жизни. Сейчас бо'льшая часть зала была заставлена ящиками с парохода. Несколько обеденных столов сдвинули вместе, вокруг них уже собрались маги с "ищейками", они что-то рассматривали и обсуждали.

— Барышни, — подошел наш спутник-дварф, — идемте, я провожу вас. Кстати, — добавил он, подхватив саквояжи, — меня зовут Рубен. Сержант Рубен Гроот, к вашим услугам.

Я мысленно вздохнула:

"Багаж взял у обеих, но обращается только к Зи. Интересно, это потому, что я выгляжу, как мальчишка-газетчик, или из-за гибели Ларса?.. Нет. На самом деле — не интересно. Все равно ничего уже не исправить."

— А вот это вы прекращайте.

— Й!

Инспектор возник за спиной. Подскочив, я прикусила язык от неожиданности.

— Знаете, к кому в душу прежде всего лезут эльфы? — невозмутимо продолжил Тервюрен, идя со мной рядом. — К задавленным собственными проблемами. Люди из дилижанса были такими. Учительнице поставили скверный диагноз, к слову — ошибочный. У студента не сложилось на личном фронте. Лавочник жил мыслями о грядущем банкротстве, скрывая все от жены, та заметила перемены в муже, но решила, что он ей изменяет.