Не искавшие приключений (СИ) - Яблоня Дикая - Страница 72

— А мы здесь зачем? — Зи больше не улыбалась.

— Мы попытаемся расшевелить номер второй, а вы будете смотреть — на случай, если тварь снова станет невидимой.

— Можно спросить? — я повернулась к канцлеру.

— Почему вы? — невесело усмехнулся он. — Барышня Ронда, барышня Горшковиц, вы вовсе не глупы, ответьте же себе сами.

— Потому что кроме нас некому, — убитым голосом прошептала Гортензия.

Канцлер опустился на стул неподалеку от двери, по обе стороны от него встали гвардейцы: двое здоровяков, превосходивших ростом даже высоченную тварь. Кроме них правителя охраняли "ищейки" и маги — красноречивый намек на уровень вероятной опасности. Я мысленно съязвила, что мы с Зи для твари, должно быть, пустое место. Ошиблась: в ту же секунду у нам тоже шагнула охрана.

"Канцлеру — двое, нам — четверо?! Что теперь — гордиться или паниковать?.."

Моя внутренняя авантюристка ненадолго воскресла, поздравила меня с убийственным приключением и сбежала писать завещание. Судя по тому, как Зи вцепилась мне в руку, ей было не лучше.

— Барышни, приготовьтесь, — сказал де Стеррэ. Желание язвить испарилось. Хотелось одного: оказаться подальше от этого места.

"Эй! соберись, размазня! Подруга трясется, но не истерит же."

Пока я препиралась сама с собой, маги приступили к работе. Я не пыталась вникать в суть их действий: для этого нужно годами изучать специальную литературу и практиковаться. Нам с Зи проще: достаточно взяться за руки, стиснуть зубы и смотреть прямо перед собой.

И будь что будет!

В маслянистой жидкости, окружавшей тварь, замерцали разноцветные искры: красивое, почти завораживающее зрелище. Тварь по-прежнему не шевелилась. Вдруг некстати пришла в голову идиотская мысль: гадину спрятали в сувенирный шарик со снегом. Я снова отвлеклась и едва не пропустила момент, когда искры начали сливаться, формируя разноцветные сферы. Шесть сфер, четыре из которых, кажется, обозначали стихии, оставшиеся же две были монохромны: сияюще-белая и черная, как сама суть темноты. Их смысл и назначение угадывать было бессмысленно. Лишенным способностей ничтожествам, наподобие нас с Гортензией, вечно быть на вторых ролях, вечно выполнять чужие приказы. А ведь мы — тоже личности, мы сильны, когда вместе, мы нужны Институту, городу и правителю, а не наоборот…

"Минуточку. Что я такое несу?!"

Зи дернула меня за руку. Прищурилась, окинула взглядом. Перевела взгляд на куб, который переливался огнями, и гневно рявкнула:

— Вот же ты, сволочь!

Теперь и до меня дошло, что происходит.

"Что там сказал древний философ насчет разглядывания бездны? Не-е-ет! Не выйдет, гадина мерзкая. Не лезь к людям в мозги, пожалеешь!"

Я уставилась на тварь, как будто моим долгом было не просто присматривать за ней, а провертеть взглядом дырку насквозь.

Сферы-стихии заняли верхние углы куба, черная и белая повисли справа и слева от твари. Из сфер протянулось множество сияющих нитей, те впились в укутанное плащом тело. Монохромные сферы начали с видимым усилием отдаляться друг от друга, стихийные не двигались, но стали расти, наводя на мысли о клубках пряжи. Тварь задергалась. Ей явно не нравилась роль старого шерстяного носка.

"Ага! Получай, гадина!"

Нити продолжали тянуть тварь в разные стороны. Два, три удара сердца…

Плащ распахнулся.

Зи даже не взвизгнула, как обычно, когда пугается, — заорала во всю мощь легких. Я лишь выдавила гадливое "Фу!" — сразу после того, как отпрыгнула подальше от куба. Имела полное право: любой менее подготовленный человек упал бы в обморок при виде всех этих жвал, хитиновых пластин и фасетчатых глаз. Зато наконец стало понятно, что я принимала за острые уши: никакие это не уши — усы. А плащ — огромные крылья, целых две пары.

Маги выдержали зрелище — не шарахнулись прочь. Краем глаза я заметила: канцлер вскочил со стула. В следующий миг куб полыхнул ядовито-зеленым. Гвардейцы среагировали мгновенно, загородив нас собой, но ничего не взорвалось. Когда мы выглянули из-за их спин, все было по-прежнему — только тварь исчезла.

— Скорей, Зи! — я тряхнула подругу за плечи. — Надо проверить зал.

Размазала рукой кровь, текущую из носа, принялась озираться. Трудновато пропустить мерзость, которая выше любого из людей в зале, но — мало ли. Мои старания не увенчались успехом: очевидно, зеленая вспышка означала самоуничтожение, о котором говорил де Стеррэ.

"Кстати. А что он делает?"

Ректор бросился к одному из щитов и нажал какие-то символы. С грохотом, заставившим всех вздрогнуть, поверх единственной двери опустилась сплошная плита из камня.

— Объяснитесь! — потребовал канцлер тоном, от которого мурашки пробежали по коже.

Де Стеррэ упал на стул, услужливо пододвинутый подчиненным, и вяло махнул рукой:

— Все в порядке, я не сошел с ума и не одержим этими… существами. Сработал рефлекс, простите: безопасность города — превыше всего, — он потер виски, стало заметно что у него дрожат руки. — Я знаю, с кем мы имеем дело.

— Да мы все знаем, — фыркнула Зи. — С омерзительными тараканами. Фу, гадость какая!

— Больше похоже на медведку, — подал голос доселе молчавший Тервюрен. — Тот еще паразит, давил их в детстве у тетки в саду.

— И снова — край маятника, — задумчиво пробормотал канцлер.

— Если бы все было так просто!

Де Стеррэ обвел нас взглядом, в котором усталость смешалась с отчаяньем. Остальные маги тоже выглядели подавленными. Инспектор подошел к другу и положил руку ему на плечо. "Совсем как мы с Зи", — невольно подумалось мне. Увы, судя по лицу господина ректора, дружеская поддержка помогла мало. Ректор достал из кармана флакон с успокоительным и основательно приложился к нему.

— Ты был прав, Квинтон, — вздохнул де Стеррэ, спрятав флакон, — когда упомянул паразитов, выползающих из-под земли. Все хотя бы раз слышали или встречали в сборниках мифов слова "Полые холмы", не так ли? Вот только на самом деле это не дивные чертоги, а банальные гнезда на Туманных островах — точь-в-точь, как у самых обычных жуков. До сего дня это считалось лишь смелой теорией…

— Вот эта срань — легендарные эльфы?! — Зи растеряла манеры от волнения, но я ее не осуждала — сама была в шоке. И явно не я одна.

Невозмутимыми остались только гвардейцы, что вовсе не удивляло: им полагается быть такими по службе. Маги и полицейские из спецотдела возбужденно обсуждали увиденное. На лице канцлера было странное выражение. Пусть у меня пока немного жизненного опыта, зато есть знания — спасибо госпоже Циник. И я могла поспорить: Его Сиятельство выглядит довольным, как будто он увидел именно то, что и ожидал. Кто не был доволен, так это Зи.

— Мне нравились легенды об эльфах Туманного архипелага, — пожаловалась подруга. — А оно вон как обернулось. Что ж теперь делать?..

— Теперь, — я обняла Зи за плечи, — ты знаешь, что эти твари лгут на каждом шагу. Предупрежден — значит вооружен. Встретишь красавчика-блондина с острыми ушками — бей мухобойкой по морде, не сомневайся!

— Если эта пакость сродни медведкам, тогда бить по морде лучше связкой чеснока или тухлой рыбой, — присоединился с утешениями инспектор. — Жуки не выносят запах, проверено лично.

— Чеснок — от вампиров же, нет? — удивилась Зи.

— Нечисть — она и есть нечисть, — строго сказал Тервюрен. Я не была уверена, что инспектор не шутит, но Гортензия кивнула ему в ответ с самым серьезным видом.

"Ой-ой.

Кажется, вместо еловых гирлянд нашу квартиру украсят совсем другие… Но лучше бодро шутить, чем рыдать от ужаса!"

— Правильно ли я понял, барышня Горшковиц, — вдруг обратился к Зи канцлер, — что вы не ожидали увидеть подобное существо?

Должно быть, это одна из его способностей — заставлять слушать себя в любых условиях. Так или иначе, негромкий голос Его Сиятельства легко перекрыл шум обсуждений и споров. Стало тихо и неуютно — на сколько вообще может стать еще более неуютно в подобном месте. Все взгляды устремились к нам с Зи.