Не искавшие приключений (СИ) - Яблоня Дикая - Страница 7

— Пойдем домой, малыш, — сказала я Тууфи и понесла его к каменному шалашу. Большой тролль брел за нами.

Под вопли перепуганных птиц и треск сломанных веток мы добрались до камней, и тут оказалось, что измученный Тууфи крепко спит. Будить его снова было бы слишком жестоко. Я мысленно помолилась о том, чтобы не нарушить какие-нибудь особо священные тролльи традиции и полезла вместе с малышом в гнездо. Что еще оставалось? То-ли-Тойво-то-ли-Сойво молча уселся неподалеку. Судя по тому, что он не возражал, традиции не пострадали. Гнездо было на удивление комфортным, и незаметно для себя я задремала.

Из тревожного сна без сновидений меня вырвал крик "Папа!!!" и жуткая вонь.

— Пап'де'т'был?! — от волнения Тууфи подавился словами, а потом чуть спокойнее добавил:

— Ты пахнешь рыбой!

После этого вопрос о происхождении вони отпал: мой наниматель побывал в бергюзском порту. Причем не просто побывал, очевидно — облазил все склады и причалы сверху донизу. Выглядел господин Олгот из'Эхэ ужасно: лицо осунулось, костюм испачкан и разорван в нескольких местах, некогда щегольские туфли теперь не спасет даже самый трудолюбивый лакей.

Я вдруг поймала себя на странной мысли, озвучить которую следовало истошным воплем: "Где ты шлялся всю ночь, подлец?!" Абсолютно не типичное для меня поведение, словно мысль прилетела из каких-то других миров.

Тролль мрачно взглянул на меня поверх головы Тууфи. Не знай я наверняка о своих убогих магических способностях — подумала бы, что умею передавать мысли. В ответном взгляде явственно читалось:

"Не лезь не в свое дело, женщина!"

— Разумеется, вы получите сверхурочные, — бросил тролль вслух, и уже более мягко добавил:

— Благодарю вас за заботу о моем сыне.

Я тряхнула головой, отгоняя наваждение: сейчас точно было неподходящее время выяснять, как моему нанимателю себя вести, и где мне жить. Но один вопрос все же должен был прозвучать. Если я права…

— Вы нашли то, что искали?

Тролль отдал мне малыша, которого держал на вытянутых руках, чтобы не испачкать, отвернулся и пошел прочь. Остановился, постоял немного, обернулся снова:

— Увы, да, — слова дались троллю с большим трудом. — Прошу, побудьте еще немного с Тууфи, — тихо добавил он и скрылся за деревьями.

— Что нашел папа? — растерянно спросил мальчик.

— О! — сказала я самым небрежным тоном, на какой была способна. — Это связано с папиной работой. С товаром. Кто-то его стащил, а папа нашел. Эм-м… Тууфи?

— Да, няня Ала?

— Кому ты сказал, что мама умерла?

Малыш уставился на меня и легонько ткнул пальцем в лоб.

— Тебе!

— А еще кому?

Не представляю, сколько прошло времени, прежде чем явился дворецкий и дал знак следовать за ним. Я передала задремавшего Тууфи то-ли-Тойво-то-ли-Сойво и отправилась в кабинет своего нанимателя. При этом я очень надеялась, что сюжеты романов дамы Карнеолы Миллер на троллей не распространяются. Только пьяного рыдающего вдовца мне не хватало.

Тролль не рыдал и не напивался — просто сидел за столом, сжав голову руками. Он умылся и переоделся, но лучше выглядеть не стал. Вместе с ним в кабинете был второй то-ли-Тойво-то-ли-Сойво, безмолвно возвышаясь в углу, как зловещее изваяние. Олгот из'Эхэ жестом предложил мне кресло, отпустил дворецкого и уткнулся лицом в ладони. Несколько минут тишину кабинета нарушало только тиканье каминных часов.

— Ее похитили, — вдруг сказал тролль. — Прямо из дома. Потребовали выкуп и запретили обращаться в полицию. Я заплатил. Ее не вернули. Я обратился в полицию. Они предложили, гм, воззвать к общественности через газеты. Я так и сделал. Меня высмеяли. Я искал сам — уже зная, что ее нет в живых. В отличие от людей, — последнее слово тролль буквально выплюнул, — мы способны чувствовать такие вещи. И — нет: она меня не предавала, так поступает человек с человеком. Сегодня мы нашли мертвое тело. Оно в соседней комнате. Почему я вам это рассказываю?!

Я пожала плечами:

— Наверное, потому что доверяете мне. И вам придется доверять еще какое-то время, даже ответить на несколько вопросов.

— Вы забываетесь! — повысил голос тролль.

— Шшш! — одернула я его. — Разбудите прислугу, а этого не нужно.

Тролль притих — то ли я его заинтриговала, то ли он просто оторопел от моей наглости.

— Вы нашли убийц или убийцу?

Тролль молча мотнул головой.

— Ловушки во дворе и дворники-громилы были у вас до похищения?

Зловещая статуя в углу шевельнулась и странно хмыкнула. Олгот из'Эхэ вздохнул:

— Охранники — до. Ловушки — после. Мне угрожали. Я, знаете ли, — единственный тролль, поставляющий что-то из Серых земель. Большая часть денег уходит обратно на родину, на разные нужды. Те, кто ненавидит троллей, надеются это прекратить.

— Да-да, понимаю. Политика. С ней мы прямо сейчас не справимся. Давайте поговорим о менее сложных вещах. Вы ведь догадываетесь, что похитители не обошлись без помощи кого-то из домашних. Так. Это у нас кто? — я кивнула на серого великана.

— Я — тролль, — насмешливо сообщила мне статуя. — Громила, дворник и все такое.

"М-да. Похоже, пора вводить в оборот новую пословицу: не суди о тролле по цвету его."

— Простите меня, пожалуйста. Я просто хотела узнать ваше имя.

— Сойво, барышня, — охранник снова усмехнулся, но уже чуть дружелюбнее.

— Сойво, будьте любезны, разбудите зверовода. Скажите: хозяин узнал, что это именно он предложил позвать меня вечером к Тууфи. Что хозяин растроган и хочет отблагодарить его прямо сейчас. Все запомнили? И — главное: пожалуйста, не перебудите остальных слуг.

— Понял, не дурак, — буркнул тролль и неожиданно покинул комнату как тень, не скрипнув ни единой половицей. Это впечатлило бы меня, если б не усталость.

— Вдруг это не он? — бесцветным голосом спросил Олгот.

— Тогда наградите.

Зверовод не поднял шума и не пытался сбежать. Я бы сочла подозрительным то, что он был рабочих штанах и свитере, но — черт возьми! Может быть, человеку просто не хватает денег на пижаму. Это еще не доказательство вины. Поздновато же я поняла, что у меня ничего нет, кроме догадки. Сойво аккуратно закрыл дверь и встал возле нее, напрочь перегородив выход широченной спиной. Я уставилась на зверовода, отчаянно соображая, что делать. Тот недоуменно переводил взгляд с меня на хозяина, с хозяина на Сойво у двери.

В романах дамы Карнеолы Миллер такие ситуации называют блефом. Меньше всего я рассчитывала на что-то подобное.

— Смышленая, сука! — вдруг бросил мне зверовод. — Любишь с выродком нянчиться? Жаль, не успел и его прикончить.

Круглую веснушчатую физиономию зверовода, обычно такую дружелюбную, исказила гримаса жуткой ненависти. На кучу личинок, вывернутых из-под сырого камня, было бы приятнее смотреть, чем на это лицо. Я невольно отвернулась и не увидела, как Олгот из'Эхэ оказался перед звероводом. Несколько бесконечно долгих мгновений мгновений ничего не происходило. А потом пальцы тролля сомкнулись у человека на горле.

Это не походило на убийство. Это было казнь.

Если я и не сбежала в панике, так только потому что Сойво уронил лапищи мне на плечи. Тут уж не только не убежишь — на ногах бы устоять.

Все закончилось очень быстро. Тело зверовода упало, дернулось в последний раз и застыло. Олгот опустился на пол рядом с трупом, не просто бледно-серый — белый, как настоящий призрак.

"Вот и шути после этого о привидениях!"

— Оставьте меня! — я оттолкнула руки Сойво и села на пол рядом с Олготом. Легонько тряхнула его за плечо. Тролль поднял на меня глаза, моргая, словно спросонок.

— Вы понимаете, что убили человека?!

Секунду казалось, что Олгот меня ударит.

— Да нет же! — поспешно добавила я. — Не то! Я не имею в виду, что вы убили челове-е-ека, — я помахала рукой, подчеркивая пафос последнего слова. — Я хочу сказать, вы убили человека!