Птицы знают лучше (СИ) - Яблоня Дикая - Страница 32

"Забавно, — отметила Саша про себя. — Я — одна, и не боюсь тьмы именно благодаря компании условного мрети… Глупые люди!"

— Мунечка, скажи "Невермор", — попросила Саша, протянув ворону половинку консервированной крысы.

— Кто так строит, — отделался Мунин: он явно был не в настроении.

— Ладно, скажи "Я есть грут".

— Нет! — отрезал ворон голосом доктора Литанова и улетел завтракать на самую верхнюю присаду.

Видимо, это утро не было создано для уроков вороньего, как не было оно создано для мероприятия в одном из детских садов — спасибо глупой выходке Юрия. Время после обеда принадлежало двойнику, а совершенно свободные часы можно было потратить с пользой. Например, попытаться спасти ванную.

— Ага, счас! — мрачно буркнула Саша, окинув взглядом свой личный постап. Вернуть кафелю и сантехнике божеский вид могло только чудо.

— Чудо… — задумчиво пробормотала Саша. — Чудо-чудо-чудо. Я волхв или где?!

— Дура! — не преминул съязвить в ответ Мунин.

— Ничего ты не понимаешь. Слово "чистота" — очень позитивное. Главное — не зачистить все вокруг до уровня белой дыры, иначе придется и дальше умываться в кухне. Но сначала…

***

Определенно, Варвару Ильиничну следовало отблагодарить за гостеприимство. Саша взяла три пакерта замороженных ягод, пирожные, подумала и добавила в корзину любимые Тимофеем кроличьи головы.

— О! Ваш любит крольчатину? Ее нечасто берут, — кассирша скучала и была не прочь поболтать. — Где же это вас, голубушка, угораздило столкнуться с мерзопакостным мрети?

Саша удивилась и понюхала воротник куртки. Либо у кассирши было обоняние бладхаунда, либо речь шла совсем не о грибах.

— На мужа как-то раз напал ворон, так ему повезло гораздо меньше, чем вам, — женщина указала на Сашину руку, где красовались следы клюва и когтей Мунина. — Чуть не лишился глаза, все лицо было в ранах и ссадинах — словно ножом изрезали. Хоть бы они все передохли, эти проклятые твари!

— Аминь, — пробормотала Саша, спрятала руку в карман и торопливо ушла из магазина. Ноги сами несли ее в сторону дома, в то время как мысли были заняты событиями прошедших суток.

"Бред какой-то. Нет. Не может быть. А вдруг может?.. Я, как выяснилось, не знаю собственную семью, что же говорить о Юре…"

— Юрка — придурок! С утра разругалась с ним вдрызг: представляешь — наотрез отказался поехать в травму! В общем… кажется, мы расстались, — на скамейке возле Сашиного дома сидела Мила с большой дорожной сумкой и живописно потекшей тушью. — А чем так воняет на твоем этаже? Ох, только не говори, что у тебя прижигали. Чертовы Крылья!

— Прижигали — не то слово, — честно ответила Саша. — И еще у меня злой попугай на передержке… — она покосилась на родное окно, но Мунин, похоже, не любил разговаривать сам с собой. — Прости. В гости не приглашаю.

— Что ты будешь делать! — Мила драматично всплеснула руками. — Опять придется вернуться к родителям.

"Опять, — мысленно усмехнулась Саша. — Сколько же раз они расставались и снова мирились? Смешные… Да ладно. Не может быть, чтобы они оказались связаны с тьмой!"

— Идея! Пойдем со мной на природу: посмотришь, как позорится будущий волхв-недоучка, — сказала она вслух. Мила тут же повеселела и показала Саше пакет:

— А я как раз прихватила пиво и снеки.

— Нет-нет-нет. Без меня. Если уж я трезвая распылила стол…

— Прям взяла и распылила? Начинаю тебя бояться! — Мила подмигнула ей, сделавшись похожей на подругу Веру из прошлой жизни. Саша поймала себя на мысли, что не знает, горевать ей из-за этого, или радоваться.

***

— Ишь ты, — хмыкнула Варвара Ильинична, забрав угощение. Она даже не подумала сказать "Спасибо", и Саше показалось это совершенно нормальным. В платке, повязанном, как бандана — чтобы скрыть пластырь на затылке, с Тимофеем на плече соседка походила на Бабу Ягу. Чрезвычайно урбанистическую Ягу, разумеется, и усиленно молодящуюся. А Баба Яга не благодарит людей за пустяки, она просто им помогает — если, конечно, они заслуживают. Мила заслужила разрешение оставить в прихожей сумку, а в виде бонуса старуха дала кусок клеенки — для пикника. С таким снаряжением можно было устроиться на опушке леса и заняться волшебством. Или посплетничать о том, о сем.

Осень неожиданно расщедрилась и подарила людям день без дождя. Солнце выглянуло из-за грузных серых облаков, осветило лес за пустырем, и он полыхнул уцелевшими алыми листьями, словно объятый пламенем без жара и дыма. Абсолютно неземное зрелище: так, наверное, должны выглядеть клены, появись они на Марсе, думала Саша. Она с удовольствием прогулялась бы среди краснолиственных деревьев, но, едва они углубились на пару десяток шагов в тень, Мила бросила клеенку в жухлую траву и отрезала:

— Все! Я — пас, дальше слишком темно, а мы — без Защитников.

Саша вздохнула. Потенциальный Защитник прямо сейчас от скуки наверняка хулиганил и разносил ей комнату. Вера бы обязательно одобрила ворона, но Мила к подобным идеям была не готова.

— Ты доставай припасы, а я немного потренируюсь.

Слово "чистота" оказалось теплым и хрустящим, похожим на бисквит, но дальше преобразования звуков в цвета она не продвинулась, сколько ни повторяла, глядя на заляпанные грязью джинсы. "Конечно, какая же я дура! Нужны сильные эмоции, без них я — ноль…" Саша тряхнула головой и решительно подошла к подруге:

— Давай — огорчи меня!

Та молчала несколько мгновений, а потом вдруг с размаху влепила Саше пощечину:

— Бездарность! — презрительно бросила Мила.

Саша и предположить не могла, что будет настолько обидно. Кровь прилила к шекам, злые слова сами собой рвались на язык. Отчаянным усилием воли она заставила себя думать о правильном слове. Вложила в него всю ярость, при этом абсолютно забыла, что волшебство следовало направить на конкретную цель, а не выбрасывать в мироздание и окрестности.

"Опять накосячила…" — похолодела Саша, глядя, как метрах в пяти от нее прямо в воздухе разрастается сияющий круг.

***

— Вот это волшба… С ума сойти!

Мила застонала от восхищения. Саша не разделяла ее восторги, она понятия не имела, что делать дальше. Сияющий круг раздвинулся почти до размеров окна в ее комнате, истончился в центре, а затем от него осталась только рама из чистого белого света. Круг стал окном не только по размеру — по сути. Сквозь него Саша увидела дорогу. Самую обычную асфальтированную дорогу, по которой двигались самые обычные машины. Проведя в мире тьмы несколько месяцев, она все еще не запомнила местные марки авто и логотипы. То, что было позади окна, оказалось до боли ей знакомо. Вот проехала вечная жертва юмористов Лада, следом — красный Дэу Матиз, его обогнал внедорожник Ниссан, рявкнув сигналом, в котором отчетливо слышалось "Овца!". Никуда не торопясь, никого не ругая, продребезжала старенькая "Копейка".

— Ты прорубила окно в заграницу! — выдохнула Мила. — Смотри, какие у них тачки!

— Что?..

В мире, полном волшебства, никому не приходило в голову увлекаться фэнтези — такого жанра вообще не было, только сказки для детей и научная фантастика. Никто не придумывал истории о попаданцах.

"Она не заметила номерные знаки, — поняла Саша. — Что ж, логично. Я тоже скелет в такси не сразу увидела…"

Какой-то беспечный водитель выбросил из машины мусор. Ветер подхватил его, и прямо к Сашиным ногам прилетела обертка батончика "Марс".

Окно не просто показывало. Оно пропускало.

"Я стою. Почему я все еще стою на месте?! — изумленно спросила себя Саша. — Почему не бегу домой с дикими криками счастья?.. Потому что выпаду из окна под колеса машин? Или, все-таки, потому что…"

Тело двинулось вперед, не дожидаясь, когда разум закончит мудрые рассуждения. Саша уже чувствовал на лице воздух родного мира, когда что-то врезалось ей в грудь с громким сердитым мяуканьем. От неожиданности она взмахнула руками, поскользнулась и уселась прямо на землю. В тот же миг окно исчезло — абсолютно беззвучно, словно выключилось. В траве перед Сашей валялся бумажный стаканчик из Макдоналдса, он был мокрый, мятый и — аккуратно перерезанный пополам.