Птицы знают лучше (СИ) - Яблоня Дикая - Страница 14

— Сегодня ДэРэ, — мрачно бросил Юрий, притормозив на секунду. — Без фоно, зато с мелкотней, которая только что откинулась из детского садика.

— Вот, держи! — Мила вручила Саше помятые листки. Ты — новенькая, значит тебе играть с этими бесенятами. Выучи наизусть, отступать от правил не советую.

Саша рассеянно пробежала глазами по тексту. Судя по играм, день рождения будущего первоклассника был тематический, и все вертелось вокруг авиации.

— Почему самолеты? — поймала она за руку Ульяну. Та тяжело вздохнула:

— Папаша юбиляра работал на севере. Очень хорошо зарабатывал, вся семейка мечтает, чтобы сын продолжил трудовую династию.

— А почему "зарабатывал", он что — ушел из семьи? Умер?

— Ты не слушаешь меня, что ли? — Уля плюхнулась на продавленный диван рядом с Сашей. — Север, понимаешь? Который за полярным кругом. Человек долго-долго летал в темноте, дошло? И — да: в каком-то смысле он умер.

Уля снова куда-то убежала. Саша молча кивнула и прикусила губу. До нее не просто дошла — раскрылась во всей красе очередная сторона этого кошмарного мира. Полгода полярной ночи. Для людей это, должно быть, — настоящий ад на земле.

— …зато заработал… просто слов нет — сколько. Отгрохал особняк в элитном районе на одной улице с мэром.

— Если они уже богаты, зачем желать подобную участь сыну?!

— Не знаю, — Уля замерла на месте, озадаченно глядя на Сашу. — Хотят еще больше денег? О-о-очень жадная семейка, кстати, будь готова, что поесть задарма не получится.

"Может быть — жадность, — покачала головой Саша. — А может быть — что-то гораздо страшнее…"

Развить мрачную мысль ей не удалось: раздались такие проклятья, что даже сова Смоки, дремавшая на спинке стула, подскочила и зашипела. Степлер поддержал ее звонким лаем.

В комнату вошел Юра с совершено убитым лицом.

— Все пропало! — сказал он.

— Что это за кусок творчества? — поинтересовалась Саша, разглядывая кучу обломков.

— До того, как некий идиот уронил свою идиотскую гитару? Это была очень крутая модель самолета, гвоздь программы и прочее. У нас осталось два часа и не осталось ни материалов, ни красок. Нам конец. Потеряем Сереженьку — потеряем всю уважаемую клиентуру.

— Совсем-совсем не сталось? — вид распластанных крыльев и полого корпуса с трещиной навел Сашу на интересную мысль. Но удастся ли ее реализовать?..

— Только черная, зато много. Никому никогда не нужна черная, зачем ее вообще кладут в наборы?.. — пожала плечами Ульяна. Саша ухмыльнулась:

— Черная — то, что нужно. Есть идея. Но придется отказаться от авиационной тематики. Расскажите-ка мне о юбиляре.

***

В чем прелесть жизни под девизом "Все свое ношу с собой"? Сашины ценности умещались в небольшом рюкзаке. Ополоснувшись возле колонки, она поразмышляла чуть-чуть и достала из рюкзака зеленое платье. Было еще маленькое черное, но что-то подсказывало ей: мир тьмы не оценит мамин подарок. А зеленое оказалось кстати и даже чуть больше — судя по недовольному взгляду Милы. Туфли, чуточку макияжа — вполне респектабельный вид для устроителя праздника.

Увы, автомобильчик, появившийся из гаража, наводил на мысли о клоунах, которые из подобных машинок выскакивают дружной толпой. А еще — что команда "Огонек" рискует вообще никуда не доехать. Саша заметила детали, приклеенные синенькой изолентой. И ей совершено не хотелось выглядеть клоунессой.

— Дамы, прошу на борт, — окликнул их Юрий. Четыре человека и две совы явно были пределом возможностей автомобильчика. К счастью, Защитники не устроили потасовку: Степлер все еще жужжал, но Смоки не велась на провокации. Она вообще была на редкость тихой. Саша мысленно скрестила пальцы два раза: чтобы они доехали, и чтобы их поделка не свалилась по дороге с крыши. Ее новые коллеги тем временем выковыривали из-под ногтей клей и черную краску.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — примерно в двадцатый раз сказала Саше Ульяна.

Машинка рванула с места. Саша открыла рот от удивления.

— Не ожидала? — Юра довольно захохотал. — Карл-Призрак, да. Классика жанра.

В этом мире существовал Ремарк. Или, по крайней мере, кто-то вроде него. Стало немного радостнее на душе.

***

Ей хотелось, чтобы их команда вошла в ворота особняка гордо, в режиме слоу моушн, как герои "Торчвуда", или, на худой конец, — "Корпорации монстров". Вместо этого пришлось бежать, только что не закинув язык на плечо, и то — потому что на плечах они тащили бывший самолет в простыне.

— Конфеты! — крикнул Юрий кому-то из прислуги вместо "Здравствуйте!". — Нам потребуются все конфеты, приготовленные для праздника.

— И дубина, — вступила Саша. — О, разумеется, у нас есть собственные, но важно, чтобы ребенок использовал знакомый ему предмет, понимаете?

— Ручка от швабры? Бита для городков? — хозяйка дома ничего не понимала, но пыталась сохранить лицо — не слишком успешно. Она постоянно возвращалась недоуменным взглядом к Саше. Саша энергично кивнула:

— Да, я — она, та самая родственница. Если вы обо мне слышали, полагаю, вы также слышали, что я — школьный психолог. Гарантируем: сегодняшний праздник ваш сын не забудет!

Уля осторожно коснулась ее руки:

— Не разбрасывалась бы ты подобными обещаниями, а? Единственное, что не забывает этот мелкий жлоб — цены подарков.

— В этом и смысл, — пожала плечами Саша. — Ударим городошной битой по тьме и жлобству.

***

Когда заляпанная красками простыня соскользнула с бывшего самолета, пару секунд держалась по истине драматическая пауза, достойная большой сцены.

Потом кто-то из детей охнул "Мамочка!" и заплакал.

Пухлый, кучерявый мальчишка, довольно рослый для семи лет, утратил все свое самодовольство. Секунду назад он смотрел на пеструю тряпку почти презрительно. Теперь явно хотел составить компанию плачущему гостю — держался из последних сил и только за счет высокомерия.

Пиньята действительно получилась чертовски страшная. По большей части она напоминала ворона — ворона, у которого в роду были драконы и объекты из Зоны-51.

— Сергей, — торжественно обратилась Саша к мальчишке. — Подлое порождение тьмы присвоило все твои сладости. Ты — единственный, кто справится с мерзкой тварью. Уничтожь тьму! Покарай чудовище! Ты — наш герой, мы в тебя верим! — с последними словами она впихнула биту мальчишке в руки.

Толстячок робко махнул дубиной.

— Ниже — прошипела Саша, обернувшись. Юрий выглянул из-за угла и немного стравил леску. Мальчишка наконец попал по вороне.

— Да! Молодец! Поддержим героя! Да-вай! Да-вай!

Сначала вразнобой, потом — все слаженней гости принялись скандировать. Вошедший в раж мальчишка замахал битой так энергично, что Саша испугалась: не покалечился бы. Седьмой или восьмой удар прикончил бывший самолет, конфеты брызнули во все стороны, но мальчишка и не думал останавливаться, вколачивая останки врага в землю. Пришлось Саше схватить его за плечи и развернуть к толпе болельшиков.

— Вот наш борец с силами тьмы! — объявила она, вздернув руку с битой, словно это был не толстый лопоухий семилетка, а чемпион мира по боксу. — Храбрец, сын, достойный своего отца!

Человек, наблюдавший за мальчишкой из инвалидного кресла, пошевелился. Кажется, на его пустом бледном лице промелькнуло что-то, похожее на радость. Врочем, это могла быть просто тень от ветвей дерева.

Толстый Сереженька обернулся.

— Вырасту — женюсь на тебе! — заявил он Саше.

***

Команде "Огонек" даже не пришлось устраивать игры: Сереженька так намахался дубиной, что ушел отдыхать, разбирая подарки. Их допустили до фуршета — вот уж поистине чудо. Пока Юрий и Уля уписывали все, что попадалось на глаза, Мила принимала заказы: "уничтожение тьмы" пожелали целых двенадцать раз, правда, при этом настойчиво просили "не такую ужасную".