Общая борьба (СИ) - "julian_eyn" - Страница 10

— Мерлин и Моргана, Поттер, это твоя реакция на меня?

Спросил колдомедик, поднимая голову и встречаясь глазами с зелёными глазами главного аврора.

— Просто…давно не было…

Малфой промолчал, а потом сказал.

— Это нормально, Поттер, и это ничего не значит. Эрекция бывает спонтанная, и ты сейчас находишься в стрессе, это не значит, что это реакция на меня.

Поттер засмеялся, запуская пальцы в волосы.

— Ты меня убеждаешь или себя?

Малфой закатил глаза и прошептал диагностическое заклинание, направив палочку на боксеры.

— Поттер, там небольшое повреждение, приспусти резинку, я вылечу.

— О, Мерлин, какой же это неловкий момент.

Малфой засмеялся и махнул рукой.

— Это обычный момент, я видел мужской член, не волнуйся, — брюнет завозился, пытаясь как-то прилично оголить порез, — Так, хватит возиться, спусти их нахуй.

Член Поттера одобрительно дернулся, на что Малфой фыркнул.

— Не ругайся матом, Малфой, — хрипло возмутился Поттер, спуская трусы и оголяя стоящий член.

Холодные пальцы дотронулись до пореза, палочка слегка надавила на кожу, и член дернулся вновь.

— Поттер, ты слишком чувствительный, — хрипло сказал колдомедик, не отрывая взгляда от красной налитой головки и облизывая губы, ненадолго замешкавшись, — Я…тут всё…надевай все обратно.

Аврор взмахнул палочкой, и белье вместе со штанами сразу же заняли свое место, Малфой все ещё сидел перед брюнетом и смотрел на уже закрытый, но ещё напряженный член.

— Нравлюсь, Малфой?

Колдомедик от этих слов дёрнулся и вскочил на ноги.

— Это не то, что ты подумал, — хрипло начал тот.

Поттер пожал плечами.

— Я об этом не думал, давай закончим с этим проклятием, пока не открылись ещё порезы.

Колдомедик кивнул и взял со стола исписанный пергамент, начиная читать контрзаклятие.

Прошло два часа, после окончания процедуры снятия проклятия, но Малфой и не думал начинать ритуал.

— Завтра, Поттер, — сказал он, наливая огневиски в бокал и кидая травы в камин, — Мой рабочий день уже закончен.

— Ты планируешь вернуться на дежурства? — спросил брюнет, вертя в пальцах стакан с янтарной жидкостью.

— Конечно, — колдомедик кивнул и уселся в кресло, — Дежурства — большая часть моей зарплаты. Я взял отпуск от них, в следующем месяце я должен вернуться.

— Не думал, что ты это делаешь из-за зарплаты.

Малфой фыркнул.

— Не все сказочно богаты, как ты. Министерство забрало достаточно денег, чтоб я понял, что наказан.

Они замолчали; потрескивающий огонь в камине, запах трав и тепло, разливающееся по кабинету, все это придавало их встрече налет чего-то домашнего, родного и в то же время интимного.

— Хочу, чтоб ты мне честно ответил, Малфой.

Блондин вздрогнул и нахмурился.

— Какой мне в этом интерес?

— Я тоже честно отвечу на твой вопрос.

— Хорошо, — со смешком в голосе сказал Малфой и взмахнул палочкой, из которой полилось голубоватое свечение и оплело руки мужчин, — Мы закрепили это магией, Поттер. И в случае обмана никто во всем Мунго не спилит твой клюв.

— Это в твоём стиле, Малфой, — рассмеялся Поттер, — «Никому не доверять», вот твой девиз?

— «Чистота одержит победу» — вот девиз Малфоев, — вскинул подбородок блондин, и в этом жесте аврор увидел того заносчивого мальчишку, что он знал в школе, а не этого сломленного и усталого взрослого мужчину, пытающегося бороться со своей тьмой.

— Что было в Дурмстранге?

— Чего только там не было, — устало вздохнул блондин, тряхнув головой так, чтоб пряди челки упали на глаза, — Нас было трое таких — иностранцев, тем более блондинов. Ученики веселились как могли. Там я узнал много заклинаний, которыми теперь могу пытать людей месяцами. Но применить знания негде.

Поттер внимательно всматривался в лицо блондина, оно было уставшее, но спокойное, под глазами залегли тени, а длинные пальцы тёрли виски.

— Теперь моя очередь, Поттер, — спокойно продолжил маг, — Что с твоим браком?

— Любишь сплетни, Малфой, — усмехнулся аврор.

— Люблю владеть информацией.

Брюнет одним движением опустошил бокал огневиски, наблюдая, как зачарованная бутылка наполняет его снова.

— Не знаю, что с моим браком. Я устал и она устала. Я хочу развода и забрать детей. Чего хочет она, я не знаю. Бумаги уже готовы и лежат в столе.

Малфой покачал головой.

— Ты же знаешь, что приличные чистокровные семьи не разводятся? «Гуляй с кем хочешь, но от жены не уходи» — вот девиз всех чистокровных семей.

— Наша семья не чистокровная. Да и ты же развёлся, — спокойно парировал брюнет.

— Я это другое дело.

— Это почему?

— Поттер, это слишком личное, — отрезал блондин, опустошая бокал и со стуком ставя его на подлокотник кресла.

— Ладно, тогда другой вопрос, Малфой, — Поттер хищно улыбнулся, — С кем ты встречаешься? Я не нашел никаких сведений об этом, как будто у тебя нет личной жизни.

Малфой устало закрыл глаза, не переставая массировать виски и лоб пальцами, ответил:

— А у меня ее и нет. Обычно это одноразовые связи и не с магами.

Аврор ойкнул, чем заслужил смешок колдомедика.

— С маглами что-ли? Почему?

Блондин кивнул и равнодушно пожал плечами:

— Раскинь мозгами, маглы не побегут в «пророк», чтобы продать информацию о размере моего члена и качества секса со мной. Да и маглы не сбегают из гостиницы, видя у меня на руке метку пожирателя, принимая ее за тату. Мне не нужны такие отношения, а одноразовый секс — хороший вариант.

Блондин закрыл глаза запрокинул голову на спинку кресла дивана.

— О, Мерлин, как же болит голова.

Внезапно он почувствовал прикосновение горячих пальцев к вискам и ощутил, что на пальцах нанесена какая-то мазь, тонкий запах ландыша ударил в нос.

— Что это? — не открывая глаза, спросил блондин. Под глазами сверкали звёзды, в ушах рокотало море, унося с каждой волной частичку боли.

— Новая разработка, прямиком от медиков Аврората.

Блондин ощутил шёпот у самого уха, по телу разливалась горячая волна магии, возбуждение закручивалось в тугой узел внизу живота. Из груди непроизвольно вырвался громкий стон, заставляя аврора вздрогнуть, но не отстраниться.

«Нравится, Малфой?» — пронеслось в голове у блондина — «Я тебе нравлюсь?»

Блондин резко открыл глаза и наткнулся на хитрый прищур зелёных глаз, его губы почти касались губ аврора.

— Не надо, Поттер, — тихо прошептал Малфой — Просто не надо. Будет больно, а я не хочу.

Поттер подался вперёд и слегка мазнул губами по чужим губам.

— Больно не будет, я обещаю тебе.

Взяв лицо блондина в ладони, он заглянул в глаза, в которых плескалось отчаяние и надежда. Брюнет аккуратно и медленно приблизился, прижимаясь сильнее к чужому телу и ощущая, что его возбуждение такое же сильное, как и возбуждение блондина. Он осторожно провел языком по нижней губе колдомедика и приблизился к чужим губам, аккуратно и почти невесомо целуя. Блондин подался вперёд и выдохнул в чужой рот, зарываясь пальцами в волосы на затылке и прижимая сильнее, углубляя поцелуй.

«Мерлин и Моргана, что же ты сделал, ебаный Поттер.» — пронеслось в голове у аврора.

Языки сплелись в своем танце, исследуя чужой рот, под глазами сверкали звёзды, и где-то в районе груди взрывались фейерверки счастья.

Когда воздуха перестало хватать, брюнет отстранился и внимательно посмотрел в затуманенные глаза блондина.

— Я буду жалеть об этом, — прошептал блондин, — Очень буду жалеть, и мне будет больно.

Поттер провел большим пальцем по губам колдомедика.

— Тебе не будет больно, Драко. Я не сделаю этого с тобой.

Серые глаза внимательно всматривались в зеленые.

— Ты уже это делаешь, — тихим голосом блондин и опустил голову, упираясь носом в шею аврора.

Рука Поттера тут же зарылась в волосы на затылке блондина, вторая гладила по спине, он чувствовал, как по шее скользят капли слез. Пальцы чувствовали шрамы под рабочим халатом и рубашкой, на спине, и главному Аврору Британии хотелось знать, кто это сделал, а главное как, найти этого человека и вырвать его ебаное сердце.