Пленница 2 (СИ) - Ярош Татьяна - Страница 36

Я закрыла рукам лицо и просто сидела в таком положении. Казалось не только надежды вокруг рухнули, но и целый мир. А ведь всегда считала себя достаточно сильной, чтобы не сломиться ни перед чем. Рабство, «смерть» брата, потом бегство, ментальные пытки в особняке Кира. И даже когда на глазах у Вихо мне влезли в голову и начали ворошиться там, словно у себя дома, я держалась, как скала. Боль, беспамятство, похищения. И сейчас эта новость меня действительно добила.

На плечо опустилась рука Тэя.

Я дернула рукой, чтобы тот ее убрал, но тот лишь сильнее сжал пальцы.

За спиной на кровать что-то упало.

— Это я купил, как только ты попросила тесты на беременность.

Я подняла голову и посмотрела на Тэя. Тот сложил руки на груди и посмотрел мне за спину. На кровати рядом лежала упаковка.

— Для прерывания беременности? — тихо спросила я.

Охотник кивнул.

Слишком решительный шаг. На него так просто не решишься.

— Ребенок нам сейчас не нужен.

— Почему же, — сказала я. — Если отпустишь, мне будет нужен.

— Я тебя не отпущу, — отрезал он.

Тэй кивнул в сторону подноса.

— Сначала поешь, а потом подумай над моим предложением.

— И ты позволишь мне его убить? — неверяще спросила я.

— Ему нужен будет достойный уход, условия, присмотр врача. Разве здесь все это он сможет получить? Отпускать тебя я не могу. Сам я слишком рискую.

Я зло фыркнула.

— Вот так всегда. Переспать вы всегда готовы, а за последствия отвечать не желаете.

Тэй мягко улыбнулся и подошел к кровати. Он взял меня за подбородок и чуть приподнял его.

— Мы заведем детей с тобой, но не сейчас.

Я отпрянула назад.

— Кто тебе вообще сказал, что я собираюсь их с тобой заводить?

— Все это лишь вопрос времени, малышка.

Он выпрямился и вышел из комнаты, оставив меня наедине со своими мыслями.

Мой взгляд остановился на упаковке. Предательские мысли о том, что стоит принять таблетку и смогу избавить от нежеланного ребенка от нежеланного мужчины. А потом сделать вид, что ничего не произошло.

Это действительно было выходом. В случае если меня найдет Вихо, то можно будет промолчать про это. За самим ребенком следить не нужно, да и он не будет напоминанием об измене.

Было только единственное НО, я не хотела так подло поступать по отношению к ребенку. Это фактически было убийством.

Хотя Тэй прав. Он меня не отпустит. И оставлять ребенка сейчас сродни глупости.

Я взяла упаковку в руки и повертела в руках.

Выбор был слишком тяжелым.

Вихо устало привалился к спинке кресла и потер воспаленные от недосыпа глаза.

Он перепробовал все, что только мог. Все виды поисков и выслеживаний. Его псы рыли носом землю. Проверяли камеры слежения, прослушивали телефонные разговоры. Даже с бывшим боссом Тэя успели поговорить, но результата никакого.

Он, словно испарился вместе с Дар.

Вихо впервые готов был признаться, что не знает, что делать. Предателя Шартаса он выпил досуха. Все его жизненные силы ушли на поиски, которые бы показывали ауру Дар. Но и это не дало результата.

Колдуна ему совершенно не было жалко. Наоборот, он пожалел, что тот слишком мало получил. Хотелось отомстить ему за пропажу жены сполна, но тот не выдержал и погиб.

Чернокнижник некоторое время думал о том, как долго был с ним знаком. Из каких тяжелых ситуаций они вместе вылезали. И все закончилось вот так. Но на то Вихо и бездушный, что не почувствовал даже сожаления, когда увидел посиневшее лицо бывшего друга. Только досаду, что не смог снова найти Дар.

Прошло уже больше месяца с ее пропажи, а он никак не мог нащупать ниточки, ведущей к ней.

Вихо провел ладонью по заросшему щетиной подбородку. Он чувствовал себя смертельно уставшим. Но от мысли, что он пойдет спать его грызла совесть. Ведь именно в этот самый момент Тэй может лезть к его Дар.

Чернокнижник ощерился и выпрямился в кресле.

Нужно было попробовать еще раз.

Он провел пальцами по граням шкатулки и направил магический взор сквозь паутину жизненных связей других людей.

Найти что-то среди этой путаницы было трудно, но реально.

Долгие минуты поисков не приносили результатов. Вихо чувствовал, что начинает терять контроль над силой. Слишком много он ее в последнее время тратил.

Раздался звонок. Чернокнижник выругался, потеряв всю концентрацию. Теперь уже сосредоточится не получиться.

Он посмотрел на экран телефона, и некоторое время раздумывал над тем, чтобы не отвечать. Телефон продолжал настойчиво жужжать на столе и, наконец, Вихо не выдержал и ответил.

Когда он узнал голос звонящего, то не мог поверить, что это именно тот человек.

— Нужно поговорить, — сказали ему, а следом прозвучал адрес.

Дверь в комнату открылась, и зашел Тэй. Он посмотрел на пачку таблеток, что дал мне и укоризненно покачал головой.

— Я их не приму, — отрезала я.

— Дар, не делай глупостей.

— Я не буду их пить. Можешь отпустить меня и снять со своей шеи эту ношу. Можешь сделать так, чтобы мы с ним ни в чем не нуждались.

— Или заставить их выпить, — хмуро продолжил цепочку Тэй.

Я подняла глаза на охотника. Тот явно не шутил. Ему этот ребенок не нужен. И он может подмешать таблетки в еду.

Стало обидно за себя, хотя тот так еще не сделал.

— И ты говоришь, что любишь меня, а сам готов убить ребенка.

— Он сейчас только будет помехой.

— Помехой чему? — завелась я. — К тому, чтобы держать меня в подвале?

Разом вдруг захотелось разрыдаться и спрятаться под одеялом, словно маленькая девочка. Клубок нервов, словно скопился в груди и требовал выхода. Никогда еще прежде не хотелось так сильно заплакать.

— Почему ты просто не можешь оставить меня в покое? — горько спросила я.

Тэй не ответил. Он стоял около двери и смотрел на меня, о чем-то размышляя. Долгие несколько минут в комнате царила тишина, пока охотник не отошел от стены и не встал напротив меня.

— Скажи, — сказал он. — Тебе нравилось быть со мной до того, как ты все вспомнила?

Я подняла на него вопросительный взгляд. Тэй выглядел спокойным, только в глазах появилось какое-то странное выражение.

— Сложно сказать, — неохотно ответила я. — И нравилось, и нет. Порой ты пугал характером и взглядом.

Охотник понимающе усмехнулся.

— Но, — я запнулась. — Я все равно чувствовала себя не на своем месте. Казалось, что меня тут не должно быть.

Тэй не ответил. Он провел ладонью по щеке и задумчиво посмотрел в пол. Понять о чем он думал было сложно. Но мысли явно крутились возле неожиданного подарка.

— Что ты решила с ребенком? — снова он перевел внимание на больную тему.

Я тяжело выдохнула и покачала головой.

— Я не хочу от него избавляться. Пусть он даже от тебя. Переживу.

Все в жизни можно пережить. Не мне ли об этом знать.

Охотник долго рассматривал мое лицо, словно пытался найти подвох. Его глаза выражали странную печаль и злость. Внутри него словно происходила борьба.

— Хорошо. Раз ты решила.

Я облегченно выдохнула. Хотя это не гарантировало того, что он может попробовать подмешать таблетки в еду. Но не есть совсем у меня не получиться. Поэтому придется доверять.

Тэй вышел из комнаты и через некоторое время вернулся с соком, едой и фруктами. Он не стал стоять над душой и решил принять душ, пока я ем.

Первые кусочки еды шли неохотно. Боялась, что тот не сдержит обещание и подмешает, что в еду. Но есть хотелось нестерпимо, и поэтому я опустошила тарелку, съела яблоко и выпила сок.

В душевой все еще слышался звук льющейся воды, а меня вдруг начало клонить в сон.

Я потерла глаза и посмотрела на дверь. В голове совершенно не укладывалось, как Тэй сделает так, чтобы не отпускать меня и не убивать ребенка. Наверное, он ожидал, что ближе к его рождению я передумаю.

Эта мысль мне показалась вполне здравой, но не верила, что смогу его когда-нибудь полюбить. Мое сердце уже принадлежало Вихо. И мысль о том, что нам уже больше не жить вместе приносила горечь в сердце.