Пленница (СИ) - Ярош Татьяна - Страница 34

— Озабоченный.

— А ты самая сексуальная прислуга, что у меня только была.

Я цокнула.

— Не, ну точно, озабоченный.

Я встала и двинулась вместе с ним по коридору. Вихо открыл дверь в кабинет и, бросив на меня жаркий взгляд, скрылся в комнате.

Я вернулась, спустя несколько минут и, постучав в дверь, вошла. Вихо сидел вместе с гостем в креслах и что-то обсуждали между собой. С моим появлением они замолчали. Мужчина, которого я не знала, снова бросил на меня любопытствующий взгляд.

Я поставила поднос с чашками и только собралась уйти, как Вихо остановил меня и указал на кресло рядом с собой. Я села и непонимающе посмотрела на него.

— Так вот, значит, какая она, — неожиданно сказал незнакомец. — Я ее несколько иначе себе представлял.

В голове забил тревожный молоточек. Странно, что о моем существовании знает знакомый Вихо и при этом он еще и представлял себе, как я выгляжу.

— Дар, познакомься, — Вихо кивнул в сторону гостя. — Мой друг — Шартас.

Я приветливо кивнула. Мужчина приподнялся и, взяв мою руку, легонько коснулся губами костяшек.

— Очень приятно, — сказал он.

Я мельком глянула в сторону Вихо. Тот спокойно сидел и смотрел на друга. Лицо и глаза остались расслабленными. Ни ревности, не злости. Он повернулся ко мне и подмигнул.

— Мне тоже очень приятно, — спокойно сказала я.

— Солнце, почему ты себе не сделала? — Вихо кивнул на поднос.

— Я не хочу.

Он кивнул и взял с чашку с кофе.

У меня создавалось ощущение, что я, словно супруга Вихо. Тот знакомит меня со своим другом, называет солнцем в его присутствии. А самое главное, что никак не отреагировал на то, что Шартас поцеловал мне руку.

Видимо, они очень доверяют друг другу, что тот даже мельком не подумал о ревности.

Друг тут же переключил свое внимание на Вихо и принялся обсуждать с ним дела. Когда я попыталась уйти, меня остановили и попросили посидеть еще немного. Дела Вихо меня не сильно интересовали, и поэтому я не вникала в разговор. Лишь периодически смотрела на его друга. Не знаю даже, зачем это делала. Наверное, мне просто было интересно посмотреть на друга бессмертного чернокнижника.

Шартас имел довольно красивую внешность. У него были серые глаза, которые очень сильно выделялись на слегка смугловатой коже. Смотрелось необычно и очень красиво. Крепкое телосложение. Мышцы рук и плеч рельефно выделялись под темно-серой рубашкой.

Вихо что-то сказал, и они оба рассмеялись. Улыбка у Шартаса тоже была запоминающейся. Уверенной, сдержанной и привлекательной.

Я посмотрела на Вихо. Он сидел и, улыбаясь, рассказывал о сделке, что провел на прошлой неделе. Черные глаза и жесткие черты лица. Крепкие мышцы были, конечно, не такими выделяющимися, как у Шартаса, но мне нравилось так даже больше. Если бы у меня спросили, кого я считаю красивее, то без раздумий указала на Шартаса. Но…

Вихо закинул ногу на ногу и расслабленно откинулся в кресле. Он схватился за галстук и слегка ослабил его.

При взгляде на него сердце приятно участило ритм. Сразу в голове вспомнились моменты, что мы проводили вместе. Особенно последние две недели.

В один момент мне стало жарко.

После размолвки на кухне в первый день, я никак не думала, что еще раз засну рядом с Вихо. Один раз позволить себе с ним переспать я смогла, но, чтобы еще раз.

Я откинулась в кресле и посмотрела в окно.

Не думала я, что всего за четыре месяца так соскучусь по сексу. Уже ближе к вечеру тело снова начало ныть и жаждать внимания. И я снова провела ночь с Вихо.

Единственное, что могла я себе сказать в оправдание — только то, что это было полезно одинаково для нас обоих. И прекрасно снимало стресс.

Шартас запнулся на полуслове и мельком глянул в мою сторону.

— Ты, Дар, блок не ставил что ли? — спросил он.

— Нет, — ответил Вихо, — забыл.

Друг бросил на него укоризненный взгляд.

— А что? — спросил его Вихо.

Я заметила, как у чернокнижника заинтересованно блеснули глаза.

Шартас мельком глянул в мою сторону.

— Да, даже мне стало жарко от ее мыслей.

У меня отвисла челюсть.

Откуда он знает?

Вихо повернул ко мне голову и игриво вздернул бровь.

— Солнце, — сказал он. — Подожди меня, пожалуй, на кухне. Я скоро закончу и спущусь к тебе.

Я слабо кивнула, после чего на негнущихся ногах пошла на кухню, где уселась за стол

Что это только что было?

Шартас мысли читать умеет?

Значит,..

Я закрыла рот рукой и почувствовала, как к лицу прилила кровь. Ведь я не только о Вихо думала, но и о Шартасе тоже.

Я закрыла лицо руками и попробовала успокоить себя. Лицо пылало, словно я натерла кожу перцем. Одновременно хотелось смеяться от глупости ситуации и плакать.

Почему Вихо не предупредил меня?

Хотелось провалиться от стыда сквозь землю. И вроде не сделала ничего такого плохого. Все мы взрослые люди. Это были просто мысли. Многие ли могут похвастаться чистотой своих.

Зачем Вихо вообще оставил меня в кабинете?

Я замерла и резко отняла руки от лица, оставшись сидеть с приоткрытым от неожиданной догадки ртом.

Действительно, что это у нас в доме делает мужчина, которого я за эти три года ни разу не видела с Вихо. И главное то, что Шартас не просто друг, но и, оказывается, мысли читать умеет. А Вихо просто забыл меня предупредить.

Я встала и подошла к одному из шкафов, где нашла пузатую бутылку с темно-коричневой жидкостью внутри. Вскрыла ее и налила жидкость в кружку, из которой, как правило, пьют чай. Не задумываясь, сделала большой глоток и поморщилась.

Коньяк, который я нашла, оказался слишком крепким. И поэтому мне пришлось срочно искать еду, чтобы перебить жар во рту.

Послышался хлопок двери и шаги по лестнице.

Я вытащила их холодильника гроздь винограда. И закинув несколько виноградинок в рот, снова сделала глоток. Коньяк в этот раз пошел намного легче.

— Дар?

Я повернулась и посмотрела на Вихо, что стоял, опершись плечом о косяк двери. На его губах играла загадочная улыбка, а глаза странно поблескивали.

Значит, Шартас все рассказал. Да уж. Мне он другом теперь вряд ли станет.

Я сделала еще один глоток.

— Интересные у тебя мысли оказывается, солнышко, — начал Вихо.

Мне это напомнило шахматную игру, где чернокнижник только что сделал ход.

Захотелось расколотить о пол бутыль коньяка, потом кружку, а дальше все, что только найду на полках шкафов. Но я просто молча смотрела на него. Знала, что если молчать и смотреть на человека, тот начинает нервничать и сам все рассказывать.

От Вихо я, собственно, этому и научилась.

Мужчина сощурился и, подойдя к столу, оперся о него руками.

— Я и не думал, Дар, что ты так заводишься от мысли обо мне.

Если бы не коньяк, я бы точно смущенно отвела глаза. Но градус уже потихоньку прокрался в голову, и теперь я готова была бить в ответ.

— Значит, он рассказал, что я вас сравнивала, — спокойно сказала я.

Вихо заметно напрягся. Глаза нехорошо блеснули.

— И, наверное, сказал, что ты проиграл, — ударила я по больному.

Под кожей чернокнижника заходили желваки.

— Нет, серьезно, Вихо, — я плеснула в кружку еще коньяка. — Шартас очень даже милый.

— Дар!

— Красивый.

— Дар!

— И глаза у него такие, что даже утонуть в них хочется.

Вихо тут же оказался около меня.

— Хватит!

Я попыталась отпить еще из кружки, но у меня ее забрали и поставили на столешницу.

— Или что? — спокойно спросила я.

Все-таки зря я не пью время от времени. Не помню ни одного дня, чтобы я с такой смелостью смотрела на Вихо и даже не шелохнулась от страха.

Он приблизил свое лицо к моему.

— Солнце, я тебя предупреждал.

— И я тебя тогда, Вихо, тоже предупреждаю, — перебила я его. — Что если будешь страдать провалами в памяти и приводить «друзей» читающих мысли, и мне не говорить, то я буду продолжать озвучивать свои мысли вслух.