Пленница (СИ) - Ярош Татьяна - Страница 28

Стало до смерти страшно. Он шел на меня, и в его глазах было столько злости, что в голове помутилось, а сердце болезненно застучало в груди.

— Я с ним не спала, — выкрикнула я.

— На тебе мужская футболка! Думаешь, я идиот, чтобы не понять, кому именно она принадлежит?!

Он опрокинул стол, что стоял рядом со мной.

Я отошла еще на один шаг и зацепилась ногой о что-то твердое. Не удержав равновесие, я упала. Руку пронзило болью, словно в ладонь вошли тысячи маленьких иголок.

Дыхание Вихо приобрело рычащие нотки. В глазах было столько бешенства, что Тэй по сравнению с ним смотрел на меня ласково. Дымка вокруг мужчина сгустилась и потянулась ко мне.

Я испуганно вдохнула и отползла назад. А когда уперлась спиной в стену, закрыла себя руками и поджала колени к груди. По правой руки потекло что-то горячее. Ладонь засаднило.

Спокойствие.

Хрустнуло стекло под ногами Вихо.

Спокойствие.

Снова хруст, но теперь он слышался как будто издалека. Сознание окутала тьма, которая сомкнулась так неожиданно, что я даже не успела понять, что произошло.

В сознание я приходила долго и неохотно. Жутко болела голова, а мысли были тягучими, словно кисель. Ладонь больше не болела, но время от времени появлялось странное ощущение, словно кто-то ее слегка щиплет.

Я промычала что-то невразумительное и открыла глаза. Но потом снова закрыла, потому что к горлу неожиданно подкатила тошнота.

Когда мне стало лучше, я вновь открыла глаза. Кабинет был разгромлен так, словно здесь как минимум прошелся ураган. В разброс лежали стекла, книги, осколки статуэток. Вихо сидел на диване, усадив меня к себе на колени. Обняв за плечи, он одной рукой держал мою ладонь, а другой пинцетом вытаскивал стекло.

Он мельком глянул на меня и молча продолжил вытаскивать осколки.

Голова кружилась, поэтому я положила ее на плечо Вихо.

В кабинете царила звенящая тишина.

— Я с ним не спала, — тихо сказала я.

Пока он был спокоен, то появилась возможность оправдать себя.

— И не хотела. Он поставил мне такие условия. А я просто тянула время, чтобы успеть сбежать, прежде чем у него крышу снесет.

Вихо молчал.

— Прежде чем уйти и бункера, но порвал мне футболку, и мне пришлось искать новую. Это была единственная, которую я нашла.

На его скулах снова заиграли желваки, но, думаю, это относилось уже не ко мне. Он отложил пинцет в сторону, взял в руки марлю и принялся стирать кровь. Пальцы на его руках засветились, и раны стали заживать прямо на глазах.

Вихо оставил мою руку в покое и молча уставился в стену напротив.

— Спасибо, — поблагодарила я его за руку.

Несколько секунд он молча смотрел вперед. Лицо его было спокойным, а взгляд лишь слегка напряженным.

— Почему ты сбежала?

Я выдохнула и закрыла глаза. Несколько секунд я так сидела, чтобы немного успокоиться.

— Ты моего брата убил.

Брови мужчины поползли к переносице.

— Я его не убивал.

— Ты перекрыл его счета и попросил разобраться с ним, — удивительно спокойно сказала я. — Я слышала, как ты говорил в кабинете с Холтом.

Вихо резко повернулся ко мне, но я уже не могла бояться. Просто устала. Ощущение, словно внутри перегорели все предохранители, и теперь мне было все равно разозлиться он или нет.

Некоторое время он смотрел мне в глаза, но я лишь гордо смотрела в ответ. Он осторожно перенес меня на диван, а сам подошел к небольшому столику и взял в руки несколько листков. После чего вернулся и протянул их мне.

— Я не перекрывал его счета, Дар, — устало произнес он. — Я перекрывал СВОИ счета, потому что их пытались взломать. А разобраться я просил с хакером, который собирался это сделать.

Мое лицо удивленно вытянулось. Я дрожащими руками взяла в руки листки и посмотрела на заключения банка.

— Глюк, — глухо произнесла я. — Глюк в системе?

— Да. Деньги Рэна вернулись к нему на следующее утро.

Получается, брата убил не Вихо. Его убила я. Своим звонком.

Руки упали на колени. Листки выскользнули из пальцев. Я откинулась на спинку дивана и закрыла ладонью глаза. Веки снова обожгло слезами, но я смогла найти в себе силы не плакать.

— Это все из-за тебя, — горько прошептала я.

В душе начала разгораться злость. Я вскочила с дивана и сделала шаг к Вихо.

— Ты мало того, что незаконно забрал меня в рабство! — прокричала я. — Так еще и потребовал отдачу долга! Удерживал меня в своем особняке, надел рабский ошейник! — Я всплеснула руками. — По-моему собственному желанию! А теперь еще и спрашиваешь, почему я сбежала!

На лице Вихо отразилось удивление. Он явно не ожидал, что я в курсе о том, что он забрал меня незаконно.

— Я могла не соглашаться, — остановить меня теперь было сложно. — И все было бы хорошо. Да, что там! Я сейчас имею полное право уйти!

Мужчина снова нахмурился.

— Ты никуда не уйдешь!

— О, еще как уйду! И ты меня теперь не удержишь!

Вихо сделал шаг на встречу и навис надо мной грозовой тучей.

— Стоит тебе переступить порог, и ты тут же попадешь в лапы Тэя.

— Ничего, справлюсь, — слишком смело заявила я.

— Он тебя нашел за сутки, когда не было совсем никаких следов. А сейчас висит маячок, который я снять не могу. Пока ты тут тебе ничего не грозит.

— Я рискну.

Вихо натужно вдохнул. В глазах пробежала искорка злости. Выражение его лица менялось слишком быстро. В нем происходила борьба. Дыхание стало тяжелым, что на мгновение в голове проскользнула мысль, что он опять начнет рушить кабинет.

— Хорошо, — неожиданно согласился он. — У тебя есть выбор, солнышко.

Я сощурилась и подозрительно уставилась на него.

Для начала меня смутило то, что он так просто меня отпустил и даже не стал сажать на цепь. Но также удивило то, что он меня назвал солнышком.

— Считай, — Вихо неопределенно взмахнул рукой, — это… моим извинением перед тобой.

Мне показалось или он только что извинился.

— У тебя есть два варианта, Дар. Первый, ты остаешься здесь и мы с тобой решаем, что нам делать дальше. И второй, — Вихо помедлил, — я разрешу тебе уйти с базы, но при условии, что ты наденешь ошейник.

Я в шоке уставилась на него, так как на несколько секунд потеряла дар речи. А мужчина выжидающе смотрел на меня.

— Ну, п…ц выбор! — вырвалось у меня.

Настала его очередь терять дар речи.

— Ты совсем офигел?!

Я возмущенно выдохнула.

— Три года в рабстве! Ты думаешь, я с тобой была, как на курорте?! Да, ты…

Дыхание от злости перехватило.

— Да ты… Имеешь представление, как это унизительно!

Теперь уже мне хотелось взять что-то и расколотить об пол. Или об его голову.

Вихо спокойно смотрел на меня.

— Дар, в этом случае, он тебя не тронет.

Я вспомнила момент в машине, где Тэй сказал, что жалеет, что я чья-то собственность. Тогда он был осторожен и дальше «заигрываний» с когтями не ушел.

— Ну, помучается пару дней, — прорычала я. — А потом отстанет. А я останусь в ошейнике навсегда!

— Зато в безопасности!

Вихо снова начал выходить из себя.

— Может, еще запрешь под замок и на поводок! На всякий случай!

— Если надо будет, посажу!

Не знаю, что на меня нашло. Стало ужасно обидно за себя. Злость помутила рассудок. В один шаг я оказалась рядом с Вихо и с размаху влепила ему звонкую пощечину.

Его голова дернулась вправо, а на щеке остался красный след.

В комнате воцарилась тишина.

Внутренности болезненно сжались от страха, но теперь поздно отступать. Если уж он разозлиться, то и пусть. В этот раз изображать из себя ласковую рабыню я не собираюсь. Надоело. Хочет, чтобы я осталась. Ладно, но теперь пусть в полной мере увидит, кого он решил пригреть на груди.

Вихо медленно провел рукой по щеке. Он был до страшного спокоен. Лишь глаза блеснули в полутьме комнаты.

Я гордо выпрямилась и упрямо посмотрела ему в глаза.

— Легче? — спросил он.