Отбор со смертельным исходом (СИ) - Хайд Хелена - Страница 21

— Да нет же! — отчаянно воскликнула я. — Салли вела себя не просто странно. С ней было что-то не так! И эти ее слова, которые она сказала мне: «Я не хочу». Разве они не значат, что она не хотела прыгать? Не хотела умирать?

— Либо они значат, что она не хотела, проиграв, покидать Отбор и возвращаться домой побежденной, — предположил мужчина, пожав плечами.

— Либо они значат, что кто-то заставил Салли прыгнуть! Может шантажировал, манипулировал, или еще что-нибудь. Уж как-то слишком много молодых девушек кончают жизнь самоубийством в стенах этого дворца. Вам это не кажется странным? — едко поинтересовалась я, и даже не сомневаюсь, что он понял: я имею ввиду и покойную королеву.

— Не спорю, кажется, — тяжко вздохнул следователь. — Но вскрытие показало, что стороннего вмешательства не было. Ни заклятий, ни артефактов контроля, ни даже следов зелий или ядов в крови. Просто девушка, испытывая сильный стресс, на глазах у десятков людей спрыгнула с балкона. И еще раз нет, мы уже опросили всех, кого могли. Но никто не дал показаний, которые указали бы на хоть малейшую возможность того, что на это трагическое решение леди Скай кто-нибудь повлиял.

Разъяренно встав со стула, я вышла из кабинета дворцового филиала стражи, громко хлопнув дверью. И широким шагом поспешила обратно в крыло, где проживали участницы Отбора.

Это все — не иначе, как полное безумие. Просто бред.

Самоубийство, говорите?

Уже третье подряд самоубийство выбывшей участницы?

После случая с Салли девушки были не просто напуганы, среди участниц началась настоящая паника. Потому что теперь почти не оставалось сомнений: на вылетевших охотится какой-то таинственный безумец, и проигрыш на Отборе значит смерть. Так что грядущего следующего испытания (до которого все же еще оставалось порядком времени) все теперь боялись как огня. Ведь то, что проигравшая его умрет, казалось уже если не стопроцентным фактом, то по меньшей мере — крайне высокой вероятностью.

Конечно, следователи, которые успокаивали участниц, наверняка сейчас вели бурную деятельность по расследованию версии «безумный убийца, непонятно как заставляющий девушек совершать самоубийства». Но боюсь, прогресса у них пока не предвиделось, и это пугало.

Впрочем, лично для меня поражение на Отборе прежде, чем останемся только мы с Элеонорой, в любом случае значило смерть, но уже от Темной клятвы. Тем не менее, я не хотела, чтобы умерла еще кто-нибудь их участниц.

Только вот что я могу сделать в этой ситуации? Пока единственное, что было в моих силах, это выполнять распоряжение короля и поглядывать за девушками, надеясь узнать что-нибудь полезное, что могло бы сдвинуть с мертвой точки весь этот сумасшедший дом.

Однако самым безумным мне казалось то, что «шоу продолжалось». Конечно, никто не спорил, что Отбор невест для короля — это важное событие, которое должно состояться, несмотря ни на что. Но ведь уже три девушки умерло! И при этом они не отменяли, даже не задерживали не только испытания, но еще и торжественные мероприятия в рамках Отбора! То есть да, смерти смертями, а приемы, балы и прочее по расписанию.

Ну и конечно же следующее такое мероприятие должно было состояться уже сегодня вечером. Всего через два дня после того, как Салли спрыгнула у всех на глазах. И этим мероприятием был коктейльный раут, основной целью которого являлось свободное общение оставшихся участниц с прессой, дабы те удовлетворили интерес обычных граждан на тему девушек, соревнующихся на Отборе.

Естественно, еще прошлым вечером Нейтан провел со всеми строгую беседу, во время которой проинструктировал касательно списка табуированных тем. Среди которых, конечно же, были самоубийства проигравших участниц. Если пресса будет задавать нам вопросы, касающиеся этого мутного дела, каждая из девушек обязана отвечать, что следствие идет, а сама она не считает себя компетентной давать какие-угодно комментарии по этому поводу. Ну а чтобы никто из девушек вдруг не вздумала изобразить супер-эксперта в этом вопросе, всем раздали тонкие золотые браслеты. Каждая девушка должна будет надеть их перед началом вечера. И если вдруг она коснется в разговоре с прессой табуированной темы, каждое ее слово станет известно дворцовой службе безопасности.

Стоит ли говорить, что такой жесткий контроль не вызвал ни у кого бурного восторга? Тем не менее, все мы понимали, по какой причине нас сейчас так контролируют. Все же, дело было нешуточным, мутным и непонятным. Так что королевскому двору однозначно не были нужны раздутые в прессе слухи, порожденные легкомысленной болтовней какой-нибудь чрезмерно впечатлительной участницы. Да и будущая королева должна знать, когда разглашение (а уж тем более — всенародное разглашение личных догадок) нежелательно и язык лучше держать за зубами.

Но даже с пониманием всего этого, от предстоящего порядком тянуло душком.

Добравшись до своих покоев, я буквально влетела в гостиную… чтобы замереть.

И опять с легким опозданием — будто специально! Чтобы выждать, когда я немного оклемаюсь сначала после испытания… а затем — после ужасного происшествия на приеме.

Тем не менее, это опять случилось: на моем журнальном столике стояла корзинка с цветами и фруктами, в которой я так же нашла кулон с маленькими розовыми бриллиантами, которыми выложена лилия. Но самым главным была гравировка с обратной стороны. Всего три слова:

«Я не забывал».

Он просто безумец. Совершенно безнадежный безумец.

Устало вздохнув, я буквально рухнула в кресло и запрокинула голову, закрыв глаза. Так прошло несколько минут, прежде чем я поднялась и начала разбирать корзину, пока ее не увидели служанки, которые должны были скоро прийти, чтобы начать собирать меня к рауту.

Я как раз закончила расставлять цветы по вазам, когда в гостиную вошла Рейчел с шелковым изумрудным платьем в руках. Длинное, струящееся, оно переливалось мягким матовым блеском и уже даже из рук служанки обещало нежно обнять мое тело.

Не желая задерживаться, я занялась подготовкой, и в скором времени грациозно вышла из своих покоев в направлении комнаты общего сбора. Где, как ни странно, была далеко не радостная беззаботная атмосфера! Буквально все девушки шептались между собой с тревожными лицами, оглядывались по сторонам, потирая плечи, будто они замерзли. И конечно же постоянно невольно касались тонких золотых браслетов на своих запястьях.

— Леди, пора, — сообщил Нейтан… и словно специально посмотрел прямо на меня! Поняв, что он поймал мой взгляд, я остолбенела и ощутила, как краска заливает лицо.

Неужели… неужели он в самом деле — тот мужчина в маске домино? И сейчас так смотрит на меня, потому что знает, что я это поняла… или по крайней мере, догадываюсь об этом.

Хотя что, если меня кто-то водит за нос, стараясь заставить думать, будто тем типом был Нейтан? А на самом деле все — просто умело обставленная иллюзия, в которой некто мастерски играет на моем воображении, направляя его хаотичные потоки в нужное русло?

Пока я размышляла об этом, строя теорию за теорией, перед участницами открылась дверь одного из дворцовых залов. Относительно небольшого (по крайней мене, по меркам дворца), но при этом невероятно роскошного. С приятными интерьерами, которые лишь подчеркивало мягкое, не слишком яркое (а кое-где даже тусклое) освещение.

Конечно же первым, что бросилось в глаза, едва я переступила порог, была стайка расположившихся тут и там журналистов. Все они были буквально на низком старте, готовясь выхватывать участниц и сражаться за возможность взять у них интервью. Как ни странно, больше всего корреспондентов очевидно метили на Ферчайлд, Элеонору и Хармони. Многие так же собирались сражаться за разговор с Ларой. Ну и конечно же я, вместе с двенадцатой невестой Вандой Брейк, была у них на самом дне списка приоритетов. Подозреваю, некоторые журналисты со мной все же пообщаются — те самые, кто оказался в самом конце «очереди» на фавориток отбора. И если кому-нибудь из них повезет в итоге выхватить кого-то из основных звезд, интервью со мной наверняка выбросят в ее пользу. Но меня такой расклад все равно устраивал — пусть меньше обращают внимание на меня и больше пишут об Элеоноре.