«Первый». Том 8. Часть 2 (СИ) - Савич Михаил Владимирович - Страница 59

Лет пять гитару в руки не брал, свою первую и единственную из юности разбил, когда был в запое. Я тогда едва всю жизнь себе не разбил. Спасибо Наташке. Но тут вдруг все вспомнилось. Три аккорда, вообще-то пять, но не принципиально.

Пара куплетов из Высоцкого, Мио чао. Все. Странно, сам удивился, никогда так хорошо не получалось. Неужели и это ОСТРОВ? Мне похлопали, хоть больше из вежливости, но и не сказать, что уж совсем в грязь лицом. Потом активная невеста объявила, что на сиесту мы все идем на море. Будем купаться.

Странная она. Не то чтобы красивая, но живая, подвижная, как ртуть. Я этой гадости как-то в детстве нанюхался из любопытства, эксперимент один был неудачный, почему — то вспомнилось. Это я о ртути.

Старики отказались, что ожидаемо, молодые поддержали и мы шумной толпой быстро добрались до моря. И пяти минут не потребовалось. Лодочный причал виден был вдали, а здесь прекрасный пляж. Чистый песок, вода прозрачная, как нигде, пальмы вокруг. Экзотика.

Жених бросился в воду первым. Почему-то остальные задержались. Должно быть, давали парню покрасоваться перед невестой и даже не столько перед ней, а на ее глазах перед всеми и перед гостем из далекой и загадочной России.

Плавал парень неплохо, но самоучка. У нас это называется саженками. Крепкий, мускулистый, загорелый. Невеста смотрела на него с гордостью и с любовью. Тут ко мне подбежала малолетка, младшая сестра невесты и насела с нахальным требованием показать себя и доказать, что Россия еще что-то может. Симпатичная мерзавка, что-то из нее лет эдак через пять вырастет? Выпитое домашнее вино на меня подействовало и я разделся.

Судя по их лицам, и этого уже было вполне достаточно, но меня понесло. За державу обидно. Это Россия-то еще что-то может?

Ну я дал. Эдак я скоро буду не плавать стилем дельфин, а как он выскакивать целиком из воды. Вышел на берег минут через пять, но смотрели на меня уже иначе. Может Россия. Все может. Дураков наших только чуток отодвинуть надо и все дела. Их и так-то немало, но они последнее время ещё и группируются и все как-то неудачно. Не в тех местах. Всего то и надо — передвинуть в места другие.

Но это надежды на будущее. Сейчас же я местным, похоже, все доказал. Жених слегка помрачнел, но невеста бросилась к нему на шею, рассмеялась, что-то нашептала на ухо и все опять стало нормально. Вот умеют это женщины, дар у ну них врожденный. Могут мужиков и примирить и рассорить. Так — походя, чтобы доказать и себе и всем, что могут.

После купания мы вернулись и продолжили. Вечерело, жара спала и начались танцы. Это уже под музыку другую. Пока мы прохлаждались у моря приехала группа с инструментами, оборудованием и белозубыми улыбками.

На медленный танец, названия которого я не расслышал, меня пригласила все та же мелочь пузатая. Вообще-то, если честно, стройняшка и лет через пять будет мужиков с ума сводить, но это через пять лет. Прижималась ко мне так, что ее старшая стала с тревогой на меня поглядывать. Я ей подмигнул и улыбнулся. Вроде успокоилась.

Но, чтобы не портить себе и людям праздник, я после этого быстро свернул свою программу.

— Пабло, спасибо за чудесный вечер, но мне уже пора. Довези меня до места. Ты не слишком пьян?

— Нет, совсем не пьян.

— А это ничего, что тебя качает?

— Я же сидеть за рулем буду, там качка не чувствуется. Все будет ок. Довезу с ветерком.

— Давай, но без ветерка. Я хочу полюбоваться на вечернюю Кубу и желательно не в последний раз.

— Полюбоваться — это я одобряю. У нас самая красивая в мире страна.

Глава 38. Буй

Доехали мы быстро, но любовался я в основном дорогой перед нами и держал руку наготове, чтобы в критической ситуации взять управление на себя. Пабло пел всю дорогу, не орал, как это бывает у нас на свадьбах, от широкой русской души, а так мелодично напевал от хорошего кубинского настроения.

Добрались без приключений. И в самом деле не так далеко, километров двадцать. Как и было обещано, что удивило. Приврать и приукрасить местные горазды, но не по хитрому умыслу, а от темперамента. Куба красива? Нет. Прекрасна.

— Ну вот. Прибыли. Помочь не надо, а то место уединенное и помощника найти трудно будет?

— Спасибо, Пабло, дальше я сам.

— Тогда я поеду. Там ещё праздновать молодежь до утра будет. Это моя визитка. Если куда ехать, то примчусь быстро.

Мы распрощались. Через пять минут я остался один.

Все же здесь океан совершенно другой, а побывал я на всех четырех, дышится свободно и радостно. Настроение здесь на берегу безлюдного пляжа приподнятое. Бриз колышет волосы, вечереет и уже не жарко.

Дом я подробно обследовал, хотя особого смысла в этом нет, возвращаться сюда в ближайшее время я не планирую. Прошелся по комнаткам, осмотрел спартанскую обстановку. Пожалуй, я бы здесь пожил пару месяцев, чем-то мне все это нравится. Чем именно, сразу не скажешь, но что-то в этом есть.

Возможно, это просто воспоминания о прочитанных уже давно рассказах Хемингуэя, в таком домике мог бы жить старик, в море он мог бы выходить отсюда с этого причала. Мог бы и сам старина Хэм надираться здесь в одиночку. Истину в вине он искал постоянно. Не нашел, но книги писал хорошие.

Приехал я налегке, в сумке почти ничего нет, разве что рулон с лекалами, баллончики и тюбики с краской, кисти и прочее. Большую часть всего этого я купил еще в Питере, кое-что уже здесь в Гаване. Пабло подсказал, где лучше все это приобрести и мы по дороге заскочили на пару минут к очередному его знакомому. Общительный парень и бизнесмен неплохой.

Лекала — это удавшийся эксперимент, точнее его последствия. Когда я выяснил, что портал можно рисовать и мне самому, не прибегая к услугам профессионалов, то это стало очевидным решением. Все просто. Программа на базе скринов Пуха чертит заготовки, потом их нужно распечатать и вырезать аккуратно лишнее. Полученные лекала нужно по очереди приклеивать к стене поэтапно нанося краску либо баллончиком, либо кистями.

Здесь на побережье океана в солнечной стране это все тоже нужно применить. Опытов сейчас я проводить не планирую, но в каждом удобном месте, особенно в штатах, буду делать порталы. На перспективу. В том, что их можно будет использовать в дальнейшем я уже почти уверен, а сама возможность мгновенно переместиться в другую страну… Кто от такого откажется?

Кровь из вены лучше всего брать обычным шприцем. Грамм триста не более. Кровь я добавил в красную краску и приступил к творчеству. Хотя нет, творчество это слишком громкий и значимый термин. Больше подходит — ремесло или рутина. Слой за слоем, лекало за лекалом.

В процессе я оставлял под слоем краски свои отпечатки ладоней, пальцев, пяток…. В общем, всего, что носит индивидуальный характер и делает портал именно моим. Есть ли от этого толк пока не понятно, но не вредит — это точно.

Наконец портал готов. Краской измазался не хуже мелкой, но я это сделал умышленно. Часть меня в портале и часть его на мне и въелась в кожу, да и растворитель у меня с собой. Некое родство. Все оттер и потом еще долго отмокал в океане, чтобы окончательно избавиться от запаха красок и растворителя. Вроде все. Где-то на том берегу Америка. Ждет?

На берегу я посидел на песке, не думая ни о чем, просто так давая возможность всему окружающему овладеть мной. Ветер, шум прибоя, запах водорослей, безоблачное небо и океан.

ОКЕАН.

Все же здесь он какой-то особенный. Не тихий, а спокойный. У причала к запахам океана добавился запах рыбы, должно быть, прежний владелец здесь на берегу выгружал улов из лодки, сортировал, упаковывал и переносил на грузовичок, после чего отвозил на рынок в столицу.

Грузовичок этот ребята тоже купили вместе с домом, возле которого он сейчас и стоит. Как и все вокруг он выглядит как минимум старым, обшарпанным и заброшенным. Мне он не нужен, но пусть будет, если кто-то из внуков или из моих здесь появится когда-либо, то транспорт еще может пригодиться. Антон, самый продвинутый в сфере ремонта древних авто среди внуков, его тщательно осмотрел и даже заменил десяток деталей.