В последний раз спрашиваю по- хорошему: Ты на мне женишься? (дилогия) (СИ) - Николаева Раиса Борисовна - Страница 99

— Удивительно как в твоем мире вообще кто-то рождается, учитывая то, как вы там занимаетесь любовью, — фыркнула Марисса.

— О рождение ребенка настолько серьезное и ответственное дело, что немногие пары идут на это. Для начала, они уведомляют о том, что хотели бы воспитывать ребенка. С ними беседует психолог, потом они проходят курсы по воспитанию детей, потом особые психологические тесты, позволяющие убедится, что у родителей хватит, терпения, такта, мягкой настойчивости, чтобы привить ребенку самые важные духовные ценности…

— Да, смотреть в потолок во время занятий любовью, почти не обращая внимания на девушку, что рядом, — ехидно вставила Марисса. Эг посмотрел на Мариссу, хотел что-то возразить, но потом махнул рукой и продолжил:

— И только когда психологи дадут заключение, что пара может воспитывать ребенка, начинают проводиться тесты на генетическую совместимость.

— На что? — переспросила Марисса, услышав незнакомое слово.

— Ну, наши медики или лекари (чтоб тебе было понятнее) могут точно предсказать, с какими способностями родится ребенок, и если возможны отклонения, предупредят об этом будущих родителей.

— То есть вся подготовка, все обучение напрасно?! — поразилась Марисса. — Не проще ли сначала провести эти самые тесты, что ты назвал?

— Конечно, нет! — удивился Эг ее вопросу. — Найти пару, что может правильно воспитывать ребенка намного сложнее, а тут как раз ничего сложного. Паре предложат воспользоваться другим генетическим материалом — вот и все.

— Что значит другим материалом? — подозрительно спросила Марисса.

— Это значит, что можно взять семя другого мужчины или яйцеклетку…

— Семя другого мужчины?! То есть муж будет воспитывать не своего ребенка? — перебила его девушка.

— Ну и что? — удивился Эг. — Учитывая, сколько сил они потратят на воспитание, не кажется ли тебе, что лучше воспитывать такого ребенка, который будет стоить затраченных сил.

— Ты в своем уме? Какая отдача? Важно только одно твой это ребенок или нет!

— Я так не считаю, — буркнул Эг.

— Какой отвратительный мир, в котором ты родился! — с чувством сказала Марисса, и вдруг с интересом спросила:

— А твой отец, это твой настоящий отец, или он тебя просто воспитал? — Эг тяжко вздохнул:

— Учитывая, каким разочарованием я для него являлся, то, несомненно, настоящий. Если бы он выбирал, то выбрал бы не такого умника, как я, а такого же сильного, помешанного на совершенствовании собственного тела, каким был он сам. Вот и подтверждение моим словам, что нельзя оставлять такое важное решение о рождении ребенка на волю судьбы, иначе может ждать страшное разочарование.

— Все равно ужасный, отвратительный мир, — упрямо повторила Марисса.

— Ужасный или не ужасный, — с какой-то ленцой возразил Эг, но если бы так случилось, что наши миры сошлись в непримиримой войне, то этот мир не выстоял против моего и часа.

— Что?! — завопила Марисса. — Да ты не знаешь, какие у нас сильные маги!

— А ты не знаешь законов сохранения энергии, — спокойно возразил Эг.

— Какой еще энергии?

— Понимаешь, я уверен, что вот эта самая магия — всего лишь неизвестный пока науке вид энергии. Теперь сама подумай, какое количество энергии (неважно какой) может выработать один человек, пусть даже очень сильный, А теперь представь мощь оружия, энергию, для производства которого, вложили миллионы человек, пусть косвенно, пусть не на прямую. Ты не представляешь, какое оружие и сколько его создано в моем мире. Мы только начали освоение других планет, и никто не знает, с чем могут столкнуться наши первопроходцы, надо быть готовым к самому худшему. Так вот от вашего мира осталась бы только кучка астероидов и пыли.

— Какой мерзкий, злобный и отвратительный мир, — Марисса стиснула зубы, переубедить ее в обратном, Эг так и не смог. Они отправились по своим спальням, недовольные друг другом. Это было даже хорошо, поскольку у Мариссы были в отношении Эга свои планы, и они предусматривали (в первую очередь), ночевку в одной спальне и одной кровати.

А так они проснулись утром пусть и не в очень хорошем настроении, зато без всякой неловкости друг перед другом. Эг, честно говоря, был уверен (в большей степени из-за уверений Деттера), что Марисса выгонит его утром (это в лучшем случае), а в худшем убьет, но ничего этого не произошло. Эг, несомненно, нравился Мариссе, и она не собиралась с ним расставаться.

— Хочешь, я покажу тебе мои самые любимые места? — спросила она Эга, в полной уверенности, что он ухватится за ее предложение, но Эг молчал, а потом спросил очень неуверенно:

— Марисса, а что если я тебя о чем-то попрошу?

— О чем? — сразу же насторожилась она, не замечая, что ее глаза мгновенно стали колючими и враждебными.

— Марисса, — просительно сказал Эг, — Деттер очень хочет увидеть замок, в котором Страг держал его тело. Он хочет увидеть, что с ним стало…

— Как же я об этом сама не подумала! Ну, то есть не о теле твоего Деттера, а о том, чтобы еще раз обследовать замок, в котором держали Шертеса в камере. Молодец! — хлопнула она Эга по плечу.

— Ты там уже бывала? — удивился Эг.

— Да, — призналась Марисса. — Уж очень мне хотелось доказать, что жена Шертеса лгунья, для этого я туда и отправилась. Замок разгромлен, верхние этажи разрушены, — стала описывать она. — Я со злости молотом разбила бороздки на алтарном камне, чтобы никто и никогда больше не мог его использовать. Сейчас мы туда и отправимся. Только, чтобы не возникло никаких непредвиденных обстоятельств, возьмем с собой провожатого и парочку наших парней для охраны.

— Какого провожатого? — решился спросить Эг, не ожидавший, что его просьба найдет такой горячий отклик.

— Одного мага, — небрежно махнула рукой Марисса. — Я когда пыталась спасти Шертеса, нечаянно его спала. Он тоже был у Страга в плену, жил в том самом замке, и наверняка, поможет нам найти какие-нибудь следы этой Лорри, — Марисса с отвращением произнесла ненавистное имя. — А может магистр что-то знает и о теле Деттера или укажет, где оно находится.

Сборы заняли ровно пять минут. Марисса была легка на подъем, А еще через пять минут они были в доме мага.

— Ничего ему о Деттере не рассказывай, — шепнула она Эгу. — Эти маги такие непредсказуемые, узнав, что у Страга есть засушенное тело шагарра, он, быть может, захочет скрыть его от нас, чтобы сохранить для своих опытов…

— Как "засушенное тело"?! — завопил Эг таким хриплым чужим голосом, что Марисса догадалась, что это крик владельца тела, то есть Деттера.

— А, что тут удивительного? — она безразлично пожала плечами, поскольку Деттер ее совершенно не интересовал. — Страг мертв, кроме него заботиться о теле было не кому, если он, конечно, не наложил какого-либо заклятия. Скорее всего, тело мертво. Но мы его найдем в любом случае, хоть живым, хоть мертвым, — великодушно успокоила она Эга.

Магистр Хегет, совсем не обрадовался предложенной возможности вновь посетить замок, где его держали в плену. Марисса могла его припугнуть и заставить пойти с ними, но она поступила хитрее, намекнув, что после смерти такого великого мага, как Страг, наверняка осталось множество вещей способных заинтересовать такого великого ученого, как Хегет. А еще она намекнула, что со дня гибели Страга этот замок посещала только она, но ничего оттуда не забирала, только осматривала, так что… Глаза Хегета загорелись. В них светился огонь, присущий всем расхитителям гробниц и кладоискателям.

В отличие от Мариссы и Эга Хегет собирался долго и основательно. Целая сумка пустых склянок для зелий, еще одна сумка с защитными амулетами и амулетами поиска, Хегет твердо решил вычистить замок Страга от всех магических сокровищ, что могли там находиться.

Глава 6

— Этот коридор ведет в подвалы замка, — кивнул головой Хегет на полутемную лестницу, ведущую вниз, направляясь в противоположную сторону.