«Первый». Том 8. Часть 1 (СИ) - Савич Михаил Владимирович - Страница 26

Степняков становится даже жалко. Это я поторопился. Жалко мне по настоящему их стало после того, как прояснилось для чего пираты бросали в воду и ведер некую субстанцию. Теперь я уверенно могу сообщить недогадливым о том, что это была приманка.

Каких-то монстров подводного мира они таким макаром заманили в порт и в виде компенсации за далекое путешествие накормили.

До сыта, судя по количеству всадников и лошадей, вокруг которых вдруг вскипела вода. Жуткие вопли, на порядок более громкие, чем все прежние, пронзили уши. Крики несчастных лошадей и людей, которых жрали заживо. Даже с башни было видно, что вода окрасилась в красный цвет.

И всадники и их кони пытались судорожными движениями прогнать невидимых для них существ. Не помогло. Но нескольких особей таким образом они извлекли из воды и подбросили вверх. Милые, беззащитные, с ладонь ребенка золотые рыбки. Так это виделось издали. Жуткие пираньи Южного Океана познакомили жителей степей с особенностями национальной рыбалки.

— Так. Новый план. У меня на берегу очень много срочных и важных дел. Меня ждут на каторге, в канцелярии, во дворцах, у меня замок в Чернолесье хиреет без хозяина. Тьма меня заждалась, богини ждут результатов. Афанасий, эльфы, Лизка добьет скоро всех окружающих. Пух, мелкая, Хаос, наконец.

Столько дел. Надо срочно найти того, кто будет воевать с пиратами. Нет, я согласен вступить с ними в бой, но на суше, и подальше от берега.

Пока я предавался малодушию, жуткая сцена стояла перед глазами. Лошадей жалко даже больше, чем людей. Ордынцы оставили в исторической памяти русских разные воспоминания о себе. Хорошие тоже были, но….

Половина акватории порта больше походила на кровавую кашу.

Сколько же утонувших и тут же съеденных? Тысячи.

До берега добрались многие, больше половины, а вот то, какая часть из них переживет ближайшую ночь, это вопрос. Князю придется потратиться на магов-лекарей и их переброску сюда. Гильдия магов хорошо заработает.

Та часть войск Бэльдара, которая осталась на берегу, застыла в неподвижности. Люди с ужасом смотрели в воду на смерть товарищей. Некоторые даже бросились на помощь, но и сами исчезли в кипящих и бурлящих водах. Умирающие рефлекторно цеплялись за еще способных выбраться, и тянули их за собой.

Кровь, тонущие люди, ржание лошадей, и среди всего этого изредка мелькающие над поверхностью золотые спины рыбок, которые могли бы украсить собой любой аквариум.

Кому бы их для этой цели подарить?

Я перенес внимание на корабли с большим трудом. Такие зрелища мне не нравятся, но невольно завораживают. Ужас, но какой-то сладкий. Ведь там не я, а мои враги. А что это чувство говорит обо мне самом?

Пираты тем временем, подобрали своих товарищей и подняли шлюпки на корабли, подняли якоря и часть парусов, поймали боковой ветер и очень медленно, по впечатлению, так и вовсе издевательски медленно, направились в открытое море.

Прав был Силыч. Им будет, что порассказать в портовых кабаках всех островов. А как мне использовать это событие?

Нужно поторопиться с этим. Но это уже в Столице.

–-–—––—––—––—––—–

Глава 20

— Мастер Юй, рад видеть вас в добром здравии.

— Приветствую вас, Ваше высокопревосходительство. Я тоже рад видеть вас в моей мастерской.

— У меня, как всегда, очень мало времени, а заказ срочный. Вы не моли бы отложить остальные дела ради меня?

— Позвольте мне угадать. Мундир?

— Вы просто маг с даром предвидения, мастер Юй.

— Смотрите — портной одернул занавеску, скрывавшую манекен. Жуткое ощущение. Моя копия, почти точная стояла в трех метрах от меня и смотрела мне в глаза. Я поёжился. Странное ощущение. Сомнение в том, кто из нас подлинный. Особенно сильное впечатление произвел сам мундир. Он всегда и всех впечатляет, для того и придуман. Придавать весомости и авторитета владельцу.

А этот конкретный в этом плане просто чудо. Невольно хочется снять шляпу и поклониться. Шляпы нет, кланяться саму себе — это клиника, но желание это сделать почти неудержимое.

— Мастер, вы уверены, что вы не маг или прорицатель, и что магии нет в этот вашем творении?

— Спасибо. Вы, как никто, умеете всего несколькими словами заставить меня гордиться своей работой.

— Да тут и слова бесполезны. Нужно только один раз взглянуть. Мне самому поклониться хочется и этому мундиру и его автору. Шедевр. Хочется надеть и никогда больше не снимать.

— Благодарю, но хотел бы увидеть его на вас. Вдруг я что-то не учел.

— Это невозможно, но одел бы я это совершенство, даже если бы шел в баню, а не на заседание Государственного Совета Империи посвященного обсуждению бюджета. Кстати о деньгах. Мне в банке Горт сказал, что вы не забираете те деньги, что я вам должен за вашу работу. Почему?

— Причин несколько. У меня по причине большой семьи никогда не было достаточных средств, чтобы открыть там свой счет. Сейчас, благодаря вам, я надеюсь накопить нужную сумму и взять в банке кредит. Жена давно мечтает переехать в более престижный квартал, новый дом, сад. Женщины, вы же понимаете.

Тут я задумался. А понимаю ли? Света пропала и желания жить во дворце или в замке никак не проявляет. Хотя я ей об этом еще не говорил, но слухи-то должны ходить по всей локации. В Чернолесье я не был давно, нужно выбраться. Вот только когда?

— Мастер, если вам нужны деньги, то я готов заплатить авансом любую сумму в счет моих будущих заказов. А их будет много, это я вам твердо обещаю.

— Спасибо, Ваше высокопревосходительство, мне лестно ваше предложение, но прежде, чем его принять с благодарностью, я бы хотел обсудить его с супругой.

— Конечно. Это естественно.

Я всё еще беседовал с мастером, но руки уже сами тянулись к мундиру. Никогда раньше за собой подобного не замечал. Быть может это общее у всех людей? Мы с детства видим серьезных дядей в красивой форме, видим, как этим дядям и этой форме выказывают почет и уважение. Младшие по званию вытягиваются в струнку и приветствуют по уставу и рысью бегут выполнять приказ, если таковой будет отдан.

— Принеси ка ты мне, голубчик, чаю.

И вот он чай.

Может это и во мне есть? Чинопочитание. И если есть, то нужно ли это в себе вытравливать?

Мундир на мне — как влитой. Да. Мастер Юй — великий человек. Даже на меня действует, что же будет, если вот так в мундире на улицу выйти? Сразу захотелось проверить. Куда бы мне по срочному делу сходить? Вот же срочное и важное дело. Нужно в Имперской канцелярии поприсутствовать. Был лет полтораста назад среди российского чиновничества такой термин — присутствие. Надо — значит надо. Государственная необходимость.

— Мастер Юй, вы гений. Я не могу удержаться от того, чтобы прямо сейчас на ком угодно проверить воздействие вашего творения на психику чиновников.

— Спасибо, я понимаю, что вы таким образом намекаете на срочность и важность ваших дел. Но мне всё равно приятно. Надеюсь вскоре вас опять увидеть у себя.

— Это я вам благодарен, но надеюсь, что мой следующий визит состоится уже в вашу новую мастерскую. Распоряжение на выплату вам аванса я дам Горту, а вы уже сами решайте, будете ли вы им пользоваться. До встречи. Мастер Юй.

Телепортом я шагнул к входу в уже знакомое со времен регистрации клана «Белая Гвардия» здание Имперской Канцелярии. И где? Где фурор, поклоны, ахи и охи? Одинокий швейцар спокойно поклонился и открыл мне дверь. Ладно, может быть внутри?

Я вошел и тут же ко мне чинно подошел довольно скромно одетый чиновник. Открылась бездна. В вестибюле этого средоточия власти всей Империи было полно чиновников и все в мундирах. С деловым, спокойным видом они все шествовали в разных направлениях с папками и документами в руках или без оных. Поодиночке или парами, молча, или тихо переговариваясь между собой. На меня внимания никто не обратил кроме:

— Ваше высокопревосходительство. Наконец-то я вас дождался. Позвольте представиться. Я статский советник Александр Данилович Меньшиков. Ваш временный столоначальник. Буду рад проводить вас в ваш кабинет и выполнить ваши указания.