Испытание мечтой или подруги поневоле (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 37

Поскольку с балкона не было видно лиц, кружащие по паркету нарядные пары смотрелись симпатично. Много бы я дала, чтобы оказаться среди них в объятьях Лекса. Вместо этого я стояла, сжимая кулаки и старательно сдерживая слёзы. Теперь я очень хорошо понимала Диану де Бельфор[1] из комедии «Собака на сене». Даже если ты сто раз пыталась себя убедить, что не можешь быть рядом с любимым мужчиной, видеть его рядом с другой невыносимо. Я заставила себя отвести взгляд.

Принц — мечта Прилучной, а не моя. Конечно, влюбилась я, не зная, что он принц, да и сердцу не прикажешь, но, как бы то ни было, оставаться в этом мире я не собиралась, значит, надо бежать.

Приблизительно так я рассуждала, пятясь к выходу. Успела заметить, как паренёк из старшекурсников подошёл к Домне. Улыбка слетела с его лица, когда девушка обернулась, отвергая его приглашение. Бедный парень отскочил, будто в него кипятком плеснули. «Да уж, Домна строга, не то что некоторые», — с грустью подумала я и припустила прочь из зала.

Опомнилась в парке. Чуть сознание не потеряла, увидев скамейку, где мы с Алексом общались последний раз. Да-да, последний — я в этом не сомневалась. Именно тот откровенный разговор о любви останется в памяти как самый бесценный момент жизни. В соцсетях мне часто попадались рассуждения на тему «какую встречу вы бы хотели повторить», а я только посмеивалась. Теперь-то в моей копилке будет день, о возвращении в который хочется мечтать.

Задрав голову, я смотрела в темневшее небо в надежде заметить хоть одну нарождавшуюся звезду. Лишь бледный месяц скромно светился над верхушками пихт. В траве надрывались сверчки. Ветер мягко касался моих щёк, словно желая утешить. Я набрала в лёгкие как можно больше воздуха, резко до самого донышка выдохнула и сдавленно прошептала:

— Прочь глупые мысли. Мне нужно возвращаться домой.

Бросив прощальный взгляд на ставшую мне дорогим местом полянку, я побрела в общежитие. Пора искать заклинание переноса в Большой мир. В его существовании я теперь не сомневалась: раз Ясмина с дочкой смогли сбежать отсюда, значит, и у меня получится. Для начала собралась внимательно просмотреть книги, увезённые из башни графа Верова — вполне возможно, что именно там найдутся необходимые подсказки. Как я жалела о потерянном времени! Слишком много усилий потрачено на разгадку пророчества. И всё, как выяснилось, зря.

Перебирая книги, наткнулась на сборник стихов. Удивилась, пролистав небольшой томик: зачем я его прихватила? Вообще, я любила поэзию, вероятно, в тот момент мне захотелось познакомиться со здешними стихотворцами. Наивная. Я не предполагала, что этот мир проклят, вот и надеялась, что вирши слагают здесь, как и положено, о любви. Но если нет любви, о чём писать поэту? Читая одну героическую оду за другой, я убедилась, что мне такая литература не близка. Даже природа не вдохновляла автора, сухие, неэмоциональные строки выбивали чёткий ритм, перекликались удачными рифмами и совершенно не трогали душу. Единственная поэма зацепила своей непохожестью на остальные. Это было обращение к дракону. Немного необычное, как мне показалось. Запнулась я на строках:

Полыхает пламя драконье,

Отворяет дверь между мирами.

Познаю пространства законы

Через огонь драконьего пламени.

Пламя... Огонь... Я задумалась. В сарае, где нас держали похитители, мы с Прилучной чуть не сгорели. Выбрались из огня и оказались в другом мире. Получается, нас перенёс пожар? Или огонь лишь открыл эту самую дверь, а прошли мы через неё благодаря чему-то ещё? Чему? Я бы предположила, что в дело вмешался кто-то третий. Подозревать Алину в том, что она из любви к фэнтези всё подстроила, я не стала. Если бы пёс не разбудил нас...

Пёс! Вот кто был третьим! Бред, конечно. С другой стороны, в поэме пишут о драконах как проводниках между мирами, почему им не может быть собака? Собака-поводырь — вполне разумная версия. Да только где взять этого поводыря? Остаётся дракон. Как бы попасть в Чёрный замок? Для этого нужна избранная. Всё как всегда: чтобы вернуться домой, необходимо приручить дракона, приручить дракона может только избранная, чтобы пригласить избранную, надо попасть домой. Замкнутый круг.

Шум шагов и многоголосый девичий разговор вывел меня из задумчивости. Соседки по общежитию рассредоточились по своим закуткам, Прилучная зашла ко мне и замерла в шаге от кровати, где я сидела. Я взглянула на неё.

— Ну, извини, что ли, — пожала плечами Алина, пристроилась рядом со мной и выставила мизинец, как маленький ребёнок, предлагающий мировую: — Мир?

Я хмыкнула, дёрнув плечом, но игру приняла, зацепилась своим за мизинец подруги.

— Заметила? — спросила Прилучная, указывая взглядом на свой указательный палец. Там сиял золотой перстенёк с крошечным бриллиантом.

— Он сделал тебе предложение?

Голос мой был осипшим, во рту всё пересохло. Алина вздохнула, не скрывая разочарования, и покачала головой:

— Всем такие подарили. Зря ушла, тебе тоже полагается. — Она повертела перстенёк на пальце и стала его стягивать. — Хочешь, тебе этот отдам, а себе другой спрошу?

— Мне не нужно. — Я облизала губы и поднялась, чтобы налить воды. На этажерке стоял графин и пара стаканов. — Будешь?

Она отказалась, я же выпила с огромным удовольствием. Вода здесь была необычайно вкусной.

— Что значит — не нужно? — рассуждала Алина, любуясь игрой света на гранях камушка. — Не захочешь носить — продашь. Много не выручишь, но всё-таки подспорье на первое время. Кто знает, что тебя ждёт в Большом мире, может, и с работы погнали давно.

А она права! Я испуганно воззрилась на Прилучную. Разумеется, на моё место взяли кого-то другого! Занятая мыслями о бегстве в свой мир, я не задумывалась о том, что ждёт меня там.

— Ничего страшного, — ответила я, успокаивая, скорее, себя, чем подругу. — У меня бабушки и дедушки, родители, в конце концов, Верочка. Не пропаду.

— Да-да! Конечно! — вскочила Алина и обняла меня. — Это я так просто сказала, не обращай внимания.

— Понравился бал? — сменила я тему. — Как всё прошло?

— Норм. — Прилучная отступила от меня, явно не желая продолжать разговор.

Меня же так и подмывало подколоть её:

— Удалось очаровать принца?

Алина обернулась на выходе и с чувством выдала:

— Я прямо ему заявила, что так поступать нечестно!

— Так и заявила? А он?

— Посмеялся только. Мол, и вы, леди Верова, не всё о себе рассказываете. Так, знаешь, сказал «леди Верова», будто наверняка знает, что это не я.

— Разумеется, знает.

— Ты проболталась? — выпучила глаза Алина.

— Нет, — вздохнула я, — просто у Полины синие глаза — ректор видел её малышкой. Не выцвели же они за семнадцать лет.

— Чего сразу выцвели? — обиделась Прилучная. — У меня красивые серые глаза.

— Не парься, ничего тебе не грозит. Будешь Веровой, раз тебе так хочется.

— Это лишь до замужества!

— Ну да, — согласилась я и спросила: — а тебя не смущает, что в этом мире нет любви?

— Засада, конечно, — вздохнула она, — но со мной-то всё в порядке. Я буду любить своих детей и уверена, что они тоже будут любить меня.

— А муж?

— Чего? — насторожилась Алина. — Мужа любить? Странная ты, Ленка! Выти за принца и не любить его — это же полная глупость! Буду-буду, не переживай.

— Любого? Какой бы ни взял тебя в жёны? — не унималась я.

— Вообще-то я надеюсь получить наследника.

— А Мефодий тебе разве не понравился?

— Он смешной. Понравился, — кивнула Прилучная и насторожилась: — Ты это что же, на Александра нацелилась? Раздумала домой возвращаться?

— Нет. Просто спрашиваю. Ты же не знаешь пока, кого они выбрали.

Алина развела руками, подтверждая неопределённость ситуации, и подмигнула:

— Короче, понадобится помощь, чтобы домой свалить — обращайся. Я всегда!

— Иди уже! — засмеялась я.

Наконец, подруга ушла к себе. Я осталась в полном хаосе чувств. Не то чтобы растеряла убеждённость в правильности собственных целей, грустно было от расставания с новыми подругами, с магией, с порядком и красотами здешних мест. Казалось, ещё немного — и я привыкну здесь жить. Привыкну, захочу остаться, но будет поздно. Ведь цесаревич выбрал не меня, а жить в этом мире без него я точно не смогу. Значит, надо вышвырнуть глупые мысли из головы. Домой! Домой! Там я буду искать своё счастье, а сказку оставлю сказке.