Испытание мечтой или подруги поневоле (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 17

— Вы слышали вопрос, леди Морковина?

Опять… Как бы я хотела вернуть свою Зайцеву. Повезло же Алинке. Леди Верова даже благозвучнее чем её прежняя фамилия.

— Простите, — сказала я, поднимаясь.

— Сядьте, — махнула рукой учительница и вернулась к своему столу. — Итак, повторяю: можно пользоваться справочниками, но гораздо удобнее помнить необходимые заклинания наизусть. В случае если память отказала, а справочника под рукой нет, можно сочинить временное заклинание. Кто готов ответить, каким словом следует начинать временное заклинание? И чем оно отличается от постоянного?

Руку подняла Ефросинья.

— Синичка-всезнайка, — шепнула мне Прилучная, но, перехватив суровый взгляд лягушачьих глаз, выпрямилась, состроив невинную рожицу.

Фрося тем временем поднялась и чеканила:

— Временные заклинания действуют не дольше пяти минут и не требуют таймера.

— Совершенно верно, — кивнула Пелагея Бенедиктовна, — слово?

— Могим, — почти выкрикнула Синичка.

Прилучная не удержалась и прыснула в кулак. Она согнулась над партой, плечи подрагивали в беззвучном смехе.

Учительница подошла ближе, нависла над веселушкой, обращаясь к Ефросинье:

— Прекрасный ответ, леди. Так и есть: временное заклинание следует начинать словом «могим». Этот маркер необходим для того, чтобы не засорять магическое пространство всевозможным мусором. — И она обратилась к Прилучной: — Вы успокоились, леди? Воды не желаете? Каким заклинанием можно наполнить стакан питьевой водой?

— Предпочитаю наливать из кулера, — выпрямилась Алина, не вставая с места.

— Из графина, — поправила я, заменяя незнакомое слово местным.

К моему удивлению, Жаба одобрительно кивнула и направилась к учительскому столу.

— Как верно заметила леди Верова, если есть возможность, нужно обходиться обычными средствами и не прибегать к заклинаниям, особенно выдуманным наспех…

***

Следующий, последний в этот день урок, вёл мужчина приблизительно шестидесяти лет, седовласый, располневший, но вполне привлекательный. Звали его Карп Порфирьевич. Стоило проклясть его родню за имя-скороговорку. Обведя притихших девушек взглядом, учитель истории сказал:

— Понимая, что произнести это практически невозможно, разрешаю обращаться ко мне Королевич.

— А вы королевич? — вскинулась Прилучная, округлив глаза.

Карп Порфирьевич с приятной улыбкой посмотрел на неё, откровенно любуясь, и покачал головой:

— Всего лишь граф, но меня так прозвали в студенческие времена, и прозвище стало привычным.

Королевич не стал мучить нас заданиями и опросами, а уселся за кафедру и начал повествование о прежних временах. Многое я уже прочла в книгах, поэтому отвлеклась, размышляя о несправедливом устройстве этого мира.

Прекрасно помня о том, что великая заклинательница не сама придумала заразить девочек вирусом уродства, я всё-таки разделяла бытующее здесь мнение и тоже винила её. Можно же было сделать заклятье временным?! Почему бы не остановить это безобразие, когда опасность миновала? Раз рождались нормальные мальчики, можно добиться и того, чтобы на свет появлялись хорошенькие девочки!  Мысли мои переметнулись к дракону: как он выглядел, где жил, куда уносил несчастных красоток? Вернулась к действительности, только услышав слова Карпа Порфирьевича, завершавшего урок и немного повысившего голос:

— У кого есть вопросы? Леди Елена?

Я с удивлением заметила свою поднятую руку. Пришлось вставать:

— А куда делся дракон?

Преподаватель, успевший выйти на свободное пространство перед доской, покачался на каблуках, разглядывая меня и выгнув густую бровь:

— Дракон заточён в Чёрном замке. Мало кто об этом помнит. — Студентки разом загалдели — новость их шокировала. Королевич поднял руки, будто сдаваясь перед градом посыпавшихся вопросов: — Спокойно, девы! Заклятье стоит намертво, дракону не вырваться, даже если он умудрился выжить. Вам ничего не угрожает.

— Нам-то конечно, — зло сказала Домна и выразительно посмотрела на Прилучную.

Впрочем, и на меня тоже, ведь, помнится, дракон требовал двух красавиц ежегодно.

— Уже май, — обернулась к ней Алина, — до следующего апреля я собираюсь выйти замуж и уже не заинтересую ужасного ящера.

— Говорят, он был очень эффектным, — заметила наша синичка-всезнайка.

Снова поднялся шум. Я уже не рада была тому, что сунулась со своим вопросом. Карп Порфирьевич, пробормотав прощальные слова, выскочил из класса, спасаясь от разбушевавшихся первокурсниц. Не представляю, что их больше раззадорило: новость, что дракон, хоть и изолирован, всё же реально существует, или то, что эффектный ящер вряд ли бы ими заинтересовался. К счастью, в класс вошла Клавдия Семёновна и резким окриком прекратила галдёж.

— Что здесь происходит, девы?

Мы успели собрать сумки и застыли, глядя на воспитательницу. Прилучная, десяток раз задавшая вопрос, но так и не получившая ответа, по инерции повторила его, голос её прозвучал в наступившей тишине:

— Говорят, в Чёрном замке похоронена какая-то знатная женщина, а Королевич сказал, что там дракон. Кто же прав?

— Какая ещё женщина? — искренне удивилась Клавдия Семёновна.

— По имени Любовь, — пожала плечами Алина.

— А-а-а... — воспитательница отступила к двери, давая нам пространство, и жестом велела построиться, — присоединяйтесь к остальным, девы, весь поток ждёт четвёртую группу. В общежитии я отвечу на ваш вопрос, леди Верова. Полагаю, всем интересна тайна Чёрного замка.

Снова сорок «цыплят» потянулись за «наседкой». Прилучная не преминула заметить, что чувствует себя первоклашкой. Строго говоря, так оно и было, и всё же хотелось надеяться, что Клавдия Семёновна не станет постоянно опекать нас так плотно.

На этот раз коридоры не пустовали, но и толпы не наблюдалось. Встречались группы студентов постарше — вероятно, третьекурсников, по-нашему — дипломников. Возможно, это были те из них, кто ещё оставался без пары, вот и присматривал себе спутницу жизни среди подопечных Клавдии Семёновны. Парни хоть и проявляли любопытство, но вели себя скромно, сторонились, поймав цепкий взгляд нашей квочки. Многие приветствовали меня и Алину улыбками и взмахом руки, видимо, те, кто во время перемены встретился нам на пути в магазин. Не знаю, как остальные, а я ждала рассказ о Чёрном замке. Чувствовала уверенность, что его тайна связана с Большим миром. Хотя логически не взялась бы это объяснить. Не то чтобы я была совсем не права, но... не права.

Дождавшись, когда мы разбредёмся по своим ячейкам, Клавдия Семёновна встала в центре зала и, усилив голос уже знакомым нам заклинанием, начала рассказ. Кто-то слушал сидя, кто-то лёжа, как Алина, я же не могла не расхаживать по своему закутку, спрятав сжатые кулаки в кармашки. Воспитательница говорила о том, что дракона пытались одолеть многие: и богатыри, и воины, и родовитые юноши, и мужики из простых. Кто-то желал выручить невесту или сестру. Кого-то тянуло на подвиги. Кто-то мечтал прославиться...

— …Но в одиночку никто не мог справиться с ним. Людям пришлось объединиться. Они построили замок и хитростью заманили туда ящера, заявив, что не хотят больше отводить девушек в лес, а предпочитают оставлять их под крышей. Замок был ловушкой.

— А как же Любовь? Её привели туда как последнюю жертву? — спросила Прилучная. Она лежала на боку, подставив под щёку ладонь и опираясь на локоть.

Кроме меня, мало кто услышал её вопрос, Клавдия Семеновна быстро пошептала очередное заклинание и обратилась в нашу сторону:

— Повторите для всех, леди Верова. — Когда вопрос Алины прозвучал на весь зал, воспитательница ответила: — Девушек не отдали дракону в тот раз. А жертвой стала любовь. Такую цену пришлось заплатить за необратимость заклятья.

— В смысле — любовь? — села Прилучная.

— В обычном смысле, Полина, — сказала Клавдия Семёновна как-то по-родственному, так бабушки говорят с любимыми внучками. — Наш мир проклят. Этого чувства не испытывает никто... — Немного подождав, когда переглядывавшиеся воспитанницы успокоятся, она продолжила: — Не представляю, как видели будущее те, кто решились пожертвовать любовью ради спокойствия, но вряд ли они предвидели все сложности. Пришлось издавать множество законов, чтобы людской род не прекратился. — Голос Клавдии Семёновны снова приобрёл скрежещущие металлические нотки: — Завтра у вас первым уроком стоит «Право». Там узнаете подробности. А теперь, будьте добры, переодевайтесь и спускайтесь к ужину. Полагаю, провожать вас уже раз не нужно.