Испытание мечтой или подруги поневоле (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 15

— Есть, — неожиданно для самой себя выкрикнула я, — когда мы ещё увидимся?

Вопрос прозвучал двусмысленно, Прилучная хохотнула в кулак. Хорошо, что, кроме неё, никто не обратил на это внимания. Всего одну секунду серые глаза смотрели на меня, но уже в следующий миг Лекс сфокусировал их на Алине.

— Буду время от времени навещать каждую группу. Если кому-то понадобится что-то срочное, воспользуйтесь внутренней почтой. Мой ящик, как нетрудно догадаться, называется «куратор Лекс».

Я собралась с духом и, рискуя показаться полной лохушкой, спросила:

— Подскажите, пожалуйста, несведущим, как пользоваться внутренней почтой.

— Вы ведь в четвёртой группе, леди Морковина? — уточнил куратор, по-прежнему рассматривая Прилучную, — первым уроком очень кстати у вас стоит предмет «Средства связи». Вам всё растолкуют.

Всё тем же мягким тоном он пожелал нам успехов и вышел из аудитории.

Алина приблизилась ко мне и шепнула:

— Ты на него запала!

— Отстань, — резко дёрнулась я и встала, чтобы пойти следом за другими девушками. Не хватало ещё заблудиться и опоздать на урок.

Курс по средствам связи читала Клотильда Власовна — дородная дама за полтинник, имевшая очень большую голову, из-за отсутствия шеи лежавшую прямо на плечах. Впрочем, короткая шея всё же была, раз преподавательница умудрялась поворачивать голову, просто из-за брылей и тройного подбородка, опускавшегося до ключиц, он был неочевиден. Клотильда Власовна оправдывала имя, разговаривая зычным голосом: слова клокотали, вырываясь из её гортани. Первое, что я подумала, после того как преподавательница поздоровалась, входя в класс — зачем ей вообще какие-то средства? Эта женщина могла докричаться до кого угодно без дополнительных усилений.

После короткого вступления о том, что на свете нет ничего более ценного, чем непосредственное общение, и призыва всегда разговаривать лично, она всё же допустила, что случается такое, когда средства связи могут пригодиться.

— …Потренируемся кулуарно, девы! — провозгласила она, доставая из учительского стола коробочку, похожую на пульт для телевизора, где вместо кнопок были уже знакомые мне диски. — Надеюсь, все имеют портативные таймеры?

Наши одногруппницы зашевелились, вытаскивая устройства. У некоторых крохотные коробочки лежали в карманах, у кого-то крепились на ремешках, как наручные часы, у кого-то висели на шнурках за пазухой. Мы с Алиной ничего подобного не имели.

Клотильда Власовна мигом вычислила нерадивых учениц, подошла к нашей парте и постучала ногтем по деревянной поверхности, обращаясь ко мне:

— Назовите себя, леди!

Я встала и произнесла, с трудом ворочая языком:

— Елена Морковина.

— Почему явились на урок неподготовленной? Здесь изучают заклятия, милочка! Как вы собирались обходиться без таймера?

— Но я… но у меня… — мямлила я, борясь с сухостью в горле. — Где можно его взять, Клотильда Власовна?

Учительница отклонилась назад, вытаращив на меня глаза, словно я только что пыхнула на неё огнём.

— Из дома, конечно! Или… — она чуть понизила голос, — князь не обеспечил вас?

Я отрицательно покачала головой. Клотильда Власовна понимающе кивнула и, поманив меня, направилась к своему столу, где вручила два запасных пульта. Прилучная, подняв руку, спросила с места:

— А в принципе, где эти штуковины можно добыть?

— После уроков зайдите в магазин. Полагаю, Лука Лукич подберёт для вас что-нибудь.

На этом тема была исчерпана, и урок продолжился.

Оказалось, что с помощью заклинания можно отправлять и принимать звуковые сообщения, пользуясь любой безделушкой, хоть из утюга будет вещать твой голос. Всего-то и требовалось произнести «иом аволс юлшоп» и добавить адресата. После этого надо было проговорить сообщение, стараясь не выйти за лимит таймера. Во время урока мы заколдовали кучу побрякушек и развлекались, посылая друг другу шуточки и подколки. Время прошло весело.

Незадолго до звонка Алинка поинтересовалась:

— А видеосообщения можно передавать?

Заметив, что вопрос её не понят, я пояснила:

— Леди Верова говорит о передаче изображения.

Клотильда Власовна застыла, внимательно рассматривая отважную студентку, немного поразмышляла, а потом объявила:

— Полагаю, на следующем уроке мы попробуем составить подходящее для этого заклинание. Но нам потребуются зеркала.

На этом нас отпустили. Обед ожидался только через час, а пока все студентки побежали во внутренний двор подышать воздухом и размяться после долгого сидения за партой. Мы же с Алиной отправились на поиск магазина.

Чтобы не смущать первокурсниц, Клавдия Семёновна вела нас на встречу с куратором чуть позже начала первой пары. Лекс тоже отправил группы по кабинетам во время урока, и даже Клотильда Власовна отпустила на большую перемену, не дожидаясь звонка. Неудивительно, что мы путешествовали по коридорам учебного корпуса, не сталкиваясь с другими потоками. Теперь же пришлось пробираться сквозь толпу парней, высыпавших из других кабинетов. Девушки тоже попадались, но они были наперечёт — ещё в общежитии я заметила человек пять, одетых не в цыплячий наряд, а в сарафаны сиреневых тонов. Это были аристократки, кто продолжал учёбу на втором курсе вместе с юношами.

Отделаться от пристального внимания двум офигенным красоткам, оказавшимся волей случая среди представителей противоположного пола, было за пределами наших возможностей. Несмотря на природную скромность и вполне адекватную оценку собственной внешности, мне пришлось признать, что на фоне здешних дурнушек, я перешла в наивысший разряд по красоте, даже находясь в компании уверенной в себе Алины. Каждый второй встречный студент предлагал помощь, и довольно скоро мы выяснили, где находится магазин. От провожатых пришлось чуть ли не отбиваться. Если бы не грубые выражения, используемые моей подружкой, за нами наверняка волочился бы весь второй курс и большая часть третьего — те ребята, кто ещё не обзавёлся невестами. Допускаю, что успевшие обручиться скрежетали зубами от осознания своей поспешности.

Наконец, учебный корпус остался позади, мы ступили в галерею, ведущую в мужское общежитие, пустовавшее во время занятий. Правый корпус, где жили девушки, был существенно меньше, ведь уже после года обучения почти все отправлялись к мужьям. Юношам, прежде чем жениться, следовало получить диплом, поэтому ротация происходила медленнее, и мест требовалось больше. В левом корпусе, кроме спален для трёх курсов, размещалась библиотека, лекарская и магазин. Немудрено, что мужской корпус простирался вдоль всего главного, а девичий занимал лишь треть площади. Дальше располагался небольшой сквер с фонтанами и скамейками, где можно погулять во время перемены. Отделавшись от свиты, мы шли по коридору левого корпуса, и я заглянула в проём раскрытой двери одного из общежитий — там мыла полы пожилая горбатая уборщица. Красных линий на полу в огромном зале я не заметила, вероятно, парням не позволяли возводить стены даже на ночь, а может быть, им этого и не хотелось.

— Что вы потеряли в чужом корпусе, леди? — раздалось за спиной.

Я сразу узнала приятный баритон и замедлила шаг, забыв как дышать. Прилучная же резко обернулась, прожигая преследователя гневным взглядом:

— Какого... — начала она, но проглотила окончание фразы.

Мы обе остановились, глядя на куратора. Тот повторил вопрос:

— Зачем вы здесь?

— Нельзя? — приподняла правую бровь Алина.

— Не возбраняется, — сухо ответил лучший мужчина из всех возможных и уточнил: — Но не приветствуется. Разве что в случае острой необходимости. Итак, какое дело у вас появилось в первый же день занятий?

Видя, что подруга собирается выдать нечто едкое, я собралась с духом и пролепетала:

— Ищем магазин. Нам нужны мобильные таймеры... то есть переносные...

— Портативные, — поправил куратор. Я кивнула, Прилучная отвела взгляд, рассматривая видневшийся кусок мальчишечьей общаги. — Я вас провожу.