Одна в двух мирах (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 44

Зал приемов оказался не таким большим, как ожидала Юлька. Стены, украшенные изразцами, выглядели красиво, но не богато. Овальный стол, венские стулья, вдоль окон жардиньерки с цветущими каланхое — вот и все убранство.

Юлькины кавалеры беседовали в глубине помещения. Первой, кто встретил вновь прибывших, была невысокая подтянутая брюнетка, в которой нетрудно было узнать Элеонору Давыдовну. Она приторно улыбнулась, успев бросить вопросительный взгляд на сына, и подала руку:

— Рада знакомству. Мое имя Элоия.

— Юля. — Ветрова тронула холодные тонкие пальцы, едва сдержалась, чтобы не стиснуть их со всей силы.

Одного взгляда на заставленный блюдами стол хватило, чтобы почувствовать головокружение. Хорошо, что ждать не пришлось. Уже через минуту все расселись и приступили к трапезе.

Арык ел спокойно, не поднимая взгляда от тарелки. Уэлер задумчиво ковырял вилкой кусок белой рыбы. Ватс поддерживал беседу с правителем, систематически отправляя в рот кусочки запеченных овощей. Берт смотрел на Юльку и ни к чему не притрагивался. Санш расположился в сторонке с лютней, вдумчиво перебирал струны и чуть слышно насвистывал минорный мотивчик.

Ветрова не стала строить из себя светскую даму, наворачивала рагу с кусочками баранины и едва не причмокивала.

Отец произнес тост за доброе здоровье гостей и пригласил всех остаться в замке хотя бы на неделю. Ветрову это не устраивало, поскольку она и так задержалась в шкуре принцессы. Наспех промокнув губы салфеткой, она схватила бокал белого вина, заботливо протянутый обслуживающим стол пареньком, и высоко подняла, привлекая внимание:

— За здоровье гостей выпью с удовольствием, а вот оставаться здесь никому не надо.

— Что такое? — хозяйка склонила голову на бок.

— Парни давно не были дома. Там наверняка волнуются. Пусть уезжают и ждут приглашения в Росистые луга.

— Разве ты не выберешь жениха? — Жерло наклонился, чтобы видеть девушку, сидящую за Хорхом и Доджем.

— Не сейчас, — Юля растерялась только на секунду, но тут же собралась: — Я должна посоветоваться с матерью, вы же в курсе.

— Но здесь твой отец, — встряла Элоия.

Ей-то что за дело — рассердилась Ветрова. Она лишь покачала головой и стала пить вино. Все последовали ее примеру. Желая сгладить неловкость, его лучистость обратился к сыну:

— Спой нам, Санш. Что-нибудь бодрое.

Тот не заставил себя упрашивать, ударил по струнам и запел приятным энергичным баритоном. Слова были смешные, произносил он их скороговоркой, Юля не успевала разбирать. Зато припев подхватила, выбравшись из-за стола:

Эх-да-лихо, Эх-да-лехо,

Эх-да-лехо Э-хо-хо!

Нам с друзьями не до смеха!

Нам до смеха далей-Хо!

Бессмысленные выкрики подняли настроение, уже со следующего припева к Юле и Саншу присоединились Арык, Берт и Ватс. Уэлер остался за столом и постукивал вилкой, отбивая такт.

Прощальный вечер удался. Юля организовала змейку, подключив к остальным женихам упирающегося Хорха. Братец лупил по струнам со всей силы, как только они, бедные, выдержали. Танцующие «подцепили» и парнишку-разносчика, и служанок-хохотушек, даже хозяйка присоединилась к веселью. Только его лучистость, замахав руками, остался в стороне, не забывая притоптывать под музыку.

Беспокойство отступило, притаившись в дальних отделах Юлькиного сознания, но стоило перевести дух, как выползало из засады.

Если уж быть откровенной с самой собой, Ветрова сожалела, что придется навсегда расставаться с Арыком, Уэлером, Ватсом и Бертом. Однако промедление могло стоить ей жизни в родном мире. Девушка надеялась, что она по-прежнему в клинике, а Элеонора присматривает за «спящей красавицей», но затягивать с пробуждением не стоило.

Все пошли провожать ее до гостевых покоев. Парни собирались выехать на заре, чтобы до заката успеть на паромную переправу, расположенную выше по течению Беспощадной реки.

Столпились у дверей. Юля печально улыбалась, разглядывая серьезные лица в неярком освещении коридора. Рядом стоял Каук. Поддавшись порыву, Ветрова резко шагнула к нему и обняла. Почувствовала, как окрепли его мышцы, парень совершенно изменился, точно вату в его теле заменили сталью.

— Спасибо за все, Борян! — шепнула ему девушка. — Держи себя в форме. Никаких пирожков, обещай!

Он довольно крепко прижал ее к себе, отпустил и спрятался за спины товарищей, украдкой вытирая щеки.

Юля обернулась к Доджу. Тот стоял прямой как нацеленное в небо копье, широко расставив ноги в неизменно широких штанах и заложив руки за спину. Девушка улыбнулась княжичу, сделала шаг:

— Обнимашки, Арык!

Лицо парня осветилось такой радостью, что стало теплее всем. Он заключил Ветрову в кольцо рук и сказал:

— Ты самая необыкновенная из всех людей, Ясная заря.

— Спасибо за амулет, Арык. Он нас здорово выручил! Прощай.

— Жду письма, — упрямо ответил он и отступил.

Жерло Ватс подошел сам:

— Откройте секрет. Как вы с Кауком умудрились нас опередить, Юлла? И я, и остальные, покинули дворец задолго до вас. — Он положил руки ей на плечи и по-отечески расцеловал в обе щеки.

— Прошли путем контрабандистов. Но не советую повторять, — ответила Юля и взглянула на Хорха:

— Иди сюда, Валерка! Не кусаюсь.

Скулы Хорха вспыхнули. Потупившись, он сделал шаг навстречу и обнял девушку так осторожно, словно это была бабочка или маленькая птичка. Она ощутила, как парень тонок и хрупок. Надо же! Не подумала бы. Сколько он выдержал при таком хлипком телосложении.

— Ну, мальчики! — она попятилась к двери и прочистила горло. Из-за волнения голос сел, — всем спасибо, до свидания. Не удивляйтесь, если в следующий раз встретите другую Юллу.

Не дожидаясь реакции и не взглянув на растерянные лица, она скрылась.

Усталость от долгого и утомительного дня перевесила волнение, уснула Юлька, едва коснувшись головой подушки.

Ночью ее мучили кошмары. Сначала летела на фитре, спасаясь от погони. Кто за ней несется, так не поняла, но кричала Ангелу: «Быстрее! Быстрее!» С размаху они наткнулись на скалу, уходящую в небо. Юлька соскочила на высокогорное плато. Фитр исчез, бросив всадницу на произвол судьбы. Она, чувствуя опасность, нырнула в тоннель. Бежала в темноте, выставив руки, чтобы не наткнуться на преграду. Летучие мыши проносились мимо с пронзительным визгом и задевали лицо черными крыльями. Впереди показался свет. Ветрова побежала быстрее, но слышала шаги за спиной. Преследователь не отставал. Выскочила к воде. Не сбавляя темпа, помчалась по волнам, те замирали прозрачным мостиком, лента которого уходила за горизонт. Ноги скользили, разъезжались в стороны. Казалось, еще шаг и она рухнет в холодную воду. Тот, кто бежал следом, дышал в спину. Обернувшись, Ветрова увидела размытый силуэт, тонким маревом парящий над водой. Сопровождавшие его движение шаги были тяжелы для призрака. Не имея сил продолжать бесконечный бег, Юля остановилась и выставила руки, защищаясь. В правой ладони прямо из воздуха материализовался меч, подобный тем, какими сражались претенденты на последнем испытании отбора.

Началась битва. Призрак вооружился таким же мечом и орудовал им весьма ловко. Светлые просторные одежды трепал порывистый ветер. Размытое пятно лица напоминало театральную маску печали. Юля защищалась, отступая. Соперник напирал. С каждым новым приемом очертания его проступали все отчетливей, фигура приобретала знакомый вид. Вот и лицо проявилось. Ветрова с ужасом осознала, что сражается сама с собой. Она закричала, увернулась от очередного удара и упала в воду. Холод мгновенно сковал тело. Не в силах пошевелиться Юля шла ко дну. Одежда прилипла, срастаясь с кожей, и только волосы подобно подводным растениям шевелились медленно и беззвучно.

Ее разбудили, довольно грубо тряся за плечи:

— Юлла! Звездочка моя, проснись. Что с тобой?

— Папа… — она с трудом разлепила веки и вглядывалась в размытое как на экране неисправного монитора изображение, — ваша лучистость. Дайте, я встану.