Одна в двух мирах (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 26

На крыльце девушка оглянулась и обратила внимание на то, как убывает вода из подставленной под водосток бочки. Бедного Ангела мучила жажда, а она даже не догадалась напоить его перед полетом. Впредь надо будет проявлять заботу, а не… она оборвала себя: когда еще? Это последний полет. Она потребует, чтобы шаман закрыл для нее путь в этот мир! Решительно толкнув дверь, Юля вошла в дом и стала подниматься по лестнице. В прошлый раз Элих нес ее здесь на руках. Вопреки разочарованию после разговора с ним Ветрова вспомнила о парне с теплотой: как же приятно было находиться в надежных руках. Жаль, что он готов носить принцессу только с позволения ее матери, а переубедить ее лучистость не получится, та слишком уж надеется на Аполов и не рискнет отказать Зергэ в пользу бесталанного секретаря.

Навстречу никто не вышел. Юля наступала на очередную ступеньку и каждый раз вздрагивала, если та скрипела. Запахи высохших трав, развешанных в темноте под потолком, дурманили голову. Скудный свет из крохотного немытого оконца над входом позволял видеть лишь общие очертания предметов, остальное дорисовывало воображение. Дойдя до площадки с дверью, девушка остановилась, чтобы перевести дух. Покашляла. Постучала. Не дождавшись ответа, крикнула срывающимся голосом:

— Дюгор, к вам гости!

Тишина. Толкнула дверь, та не поддавалась. Налегла всем весом на потемневшие изъеденные временем доски. Сначала появилась щель, сквозь которую на лестницу упал яркий розовый луч, образовав изломанную ступенями дорожку. Лениво, словно преодолевая сопротивление воды, а не воздуха, дверь поползла вперед, увлекая Юлю за собой. Ослепительно яркий свет заставил щуриться, но источника девушка не нашла. Оглядевшись, заметила сидящего в позе Лотоса колдуна. Он парил в полуметре над полом в дальнем углу помещения. Глаза старика были закрыты.

Что делать? Ждать? А если он месяц так будет висеть?

— Дюгор! — позвала она.

— Сядь, — раздался низкий голос, — я скоро вернусь.

Ветрова ошарашено уставилась на шамана. Говорил, без сомнения, он, но лицо оставалось неподвижным, губы не шевелились. Ну и дела!

Поискав глазами подходящее сидение, Юля разочарованно вздохнула. Комната не была приспособлена для приемов. Шаткая табуретка около замусоренного крошками стола не внушала доверия, девушка опустилась на край лежанки. Тут она впервые очнулась, тут и исчезнет из этого мира. За стеной тикали часы, из приоткрытого окна тянуло сыростью, но в комнате было тепло, будто розовый свет неизвестной природы, согревал воздух. Юля разглядывала бревенчатые стены, низкий потолок, свои руки. Время тянулось, как советская очередь за дефицитом. Наконец раздалось старческое покряхтывание. Юля оглянулась и увидела шамана, стоявшего посреди комнаты.

— Какое дело привело тебя сюда? — забасил он нараспев.

Юля поднялась и, путаясь от волнения, заговорила:

— Прошу вас, Дюгор, отправьте меня домой и сделайте так, чтобы я не возвращалась. — Видя, что старик покачивает головой, а брови его сошлись на переносице, постаралась говорить убедительнее: — Мы оба знаем, что я попала сюда случайно. Вы уговаривали Юллу вернуться, а я всего лишь ее тезка. Почти. Так пусть она займет свое место. Освободите меня, пожалуйста.

— Видишь ли, мне запрещено колдовать, особенно с применением магии призыва души.

— Но ведь вы нарушили запрет тогда!

Шаман улыбнулся:

— Отказывать Райде очень сложно. Тем более что сначала она обратилась ко мне как к лекарю. Она надеялась, что после удаления яда из организма Юлла сама вернется. Однако…

— Меня не волнует, — Юля начинала раздражаться, — что и как вы делали, что собирались делать и вообще! Жить в двух мирах мне не по силам, и я вовсе не обязана разбираться с проблемами Райды, ее мужа и дочери!

— Тихо, девочка, — примирительно басил колдун, — криком делу не поможешь.

— Чем поможешь? — спокойнее спросила Ветрова.

Шаман уселся на колченогую табуретку, Юля опустилась на край широкой лавки. В тишине снова стали слышны ходики, за окном, постукивая ставнями, баловался ветер. После продолжительных размышлений, Дюгор заговорил. Он не мог отпустить Юлю просто так, даже если бы хотел. Освобождение Призванной зависело от того, кто мог ее заменить. В этом случае от Юллы. Захочет ли принцесса вернуться? Сомнительно. У нее была такая возможность каждый раз, когда Юля просыпалась в собственном мире. Раз до сих пор этим беглянка не воспользовалась, значит — не желает. Вероятность поймать кого-то еще ничтожно мала, да и проводить запретный обряд во второй раз колдун не решался: слухи наверняка поползут, а там и до суда дело дойдет.

— Пожалуйста, хотя бы попробуйте. Обещаю, что никто-никто не узнает!

— Ложись, — велел старик, — закрой глаза, дыши глубоко и ровно.

Ветрова выполнила просьбу. Как была — в сюртуке, штанах и ботинках — растянулась на жестком тюфяке и постаралась расслабить мышцы. Спустя минуту ее ноздри уловили ароматы благовоний. Шаман постукивал в бубен и завывал.

Юлька села и огляделась: родная комната, темно. Сквозь шторы пробивается свет от фонаря во дворе. Дома! Ура! Получилось! Захотелось петь. Мыча беспорядочный мотивчик, девушка потянулась за мобильным, взглянула на время. Четыре сорок пять. Раненько, однако. Потянулась со сладкой улыбкой и снова опустила голову на подушку. Повозилась, устраиваясь. Как же хорошо дома-то!

Юлла

Они хотят, чтобы я вернулась. Снова поступать так, как нужно другим? Стать бессловесным воплощением чужих желаний? Но мне хорошо здесь. Интересно наблюдать за незнакомкой, поселившейся в моем теле. Она такая необычная, смелая и находчивая. Она умеет сопротивляться магии матушки. Единственная из всех, кого я встречала. Лишь теперь я в полной мере поняла отца. Слишком тяжело жить с женщиной, готовой руководить каждым твоим шагом, особенно, когда она пользуется магией убеждения. Пусть твои поступки кажутся логичными и необходимыми, но они на поверку вовсе не твои, а ее. Для меня это оказалось утомительным, что же говорить о взрослом мужчине, правителе, владеющем фитрами, того, от кого зависит благополучие целого государства. Жаль, что я не умею отлучаться от тела. Полететь бы к отцу, взглянуть, как он живет. Теперь, благодаря подаренному Ватсом зеркалу я могу быть уверена, что с отцом все хорошо. И все же я скучаю. Колдун кричит. Тогда он тоже звал меня, и сопротивляться зову было сложно. Ах, если бы он не вмешался! Если бы отпустили меня тогда! Я бы отдыхала в обителях Праматери, забыв о предавшей меня подруге, о навязанном женихе, о деспотичной матери. Нехорошо так говорить? Быть может, Призванная права: Диин случайно отравила меня? Быть может, Зергэ Апол не так плох, а матушка печется о моем благе? Опять! Опять я поддаюсь убеждению. Надо учиться у Призванной, она всегда находит силы для борьбы, даже если это борьба безнадежна, даже если все вокруг считают ее поступки лишенными смысла. Она действует сама. Сама! Я тоже смогу. Молчи, Дюгор, ты не проведешь меня.

Юлька наслаждалась темнотой. Так же, как и раньше, ей ничего не снилась и, осознавая это, она радовалась избавлению от чужого мира. Будет ли она скучать? Не больше, чем по интересной книге, переворачивая последнюю страницу.

Спустя миг она опять услышала бормотание шамана и глухие удары в бубен.

— Бу-ум… Юлла… Бум-бу-у-ум… Юлла…

Нет! Нет! Не хочу! Сжимая до боли веки, Юля не шевелилась, забирая в грудь и медленно выпуская воздух. Ребра ходили как кузнечные меха. Пожалуйста! Нет!

После молчаливой паузы снова раздался бас Дюгора:

— Видно, не судьба.

— Юлла! — заорала Ветрова, вскакивая с постели и кружась по комнате. — Ты подлая! Подлая!

Она знала ругательства покрепче, но разочарование настолько ошеломило ее, что первое пришедшее на ум застряло надолго. Дюгор терпеливо пережидал ураган. Выбившись из сил, Ветрова оперлась на стол и свесила голову.

— Что же мне теперь, так и жить две жизни? — спросила она.