Одна в двух мирах (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 18

Тут же двери зала распахнулись, впуская стремительно шагавшего юношу. За ним следовал слуга с золотым подносом. Крупный цветок в узкой хрустальной вазе привлек всеобщее восторженное внимание.

— Цветок силы — вытаращила глаза Шелда.

— Что это? — не удержалась от вопроса Ветрова.

Фрейлина, не отрывая взгляда от бордового раскрывшегося бутона, пояснила:

— Растение из мифа о непобедимом воине.

Ответ ничуть не прояснил ситуацию, но расспрашивать Юля не могла. Зергэ остановился напротив трона и, удивленно изогнув бровь, покосился на сидящую в стороне Ясную зарю. Рокировка сбила его с толку. К кому обращаться? После заминки начал:

— Лучистая радость, благодарю за позволение участвовать в отборе и рад предложить в дар вашей дочери — красивейшей и умнейшей девушке — цветок, выращенный мной для нее. — Теперь он обернулся к Юле: — Ясная заря, счастлив передать вам легендарный цветок и надеюсь, что больше никакие хвори не огорчат вас.

Придворные и гости зашептались:

— Ему удалось невозможное?

— Тот самый?

— Неужели!

Едва шум улегся, Ветрова спросила:

— Как он работает?

Не успев договорить, услышала неодобрительный гул, прокатившийся по рядам. Зергэ улыбнулся уголками рта и пустился в объяснения. Оказалось, что достаточно поместить неувядающий цветок в покоях и вдыхать его аромат, силы будут прибавляться день ото дня. В экстренном случае достаточно развести в стакане воды порошок, полученный из засушенных лепестков, выпить, чтобы силы удесятерились.

В завершении речи первый претендент выразил надежду на то, что в скором будущем, став супругом Юллы, укоренит в ее цветнике еще несколько таких растений. Раскланявшись, Зергэ Апол направился к ближайшему свободному креслу.

— Ума не приложу, — наклонилась к Ветровой Шелда, — где он раздобыл семена.

Ее шепот заглушили слова правительницы:

— Благодарю, Зергэ, подарок великолепен!

Словно по команде раздались аплодисменты. Юля, поддавшись общему восторгу, тоже хлопнула раза два. Ее несколько задел самоуверенный тон первого претендента. Невольно вспомнила разговор мамы и тети Лизы о Солодовникове — похожем на Зергэ парня из ее родного мира. Здешний зеленоглазый «Аполлон» тоже не сомневался в своем обаянии.

— Следующий претендент, — объявил распорядитель, — Арык Додж.

Двери открылись с небольшой задержкой. Юля спросила у соседки:

— Что за чел?

— Наследник старшего князя Болотных трясин, — прошипела Шелда.

Возмутиться Ветрова не успела, неспешно шагая, в центр зала вышел необычайно высокий молодой человек. Лицо его было удлиненным, подбородок выдавался вперед, темные волосы доставали до плеч. Одет княжич был в кремовую рубаху и расклешенные коричневые брюки. Поверх рубахи — длинный до пола жилет с разрезами по бокам и спереди. Такие, кажется, называют шазюблем. Двигался юноша плавно, как будто окружал его не воздух, а толща воды. Остановившись, оглянулся, словно поджидал кого-то. Не обнаружив позади себя поддержки, претендент глубоко вздохнул, как перед нырянием, и повернулся к Юле, безошибочно отыскав ее глазами:

— Ясная заря, долгий нерушимый мир между нашими народами дает мне право претендовать на вашу руку. В знак восхищения хочу подарить вам амулет.

Неуловимым движением парень вытащил из-за пояса кожаный мешочек на шнурке. По залу прошелестели шепотки. Ветрова поднялась и шагнула навстречу плывущему к ней Арыку. От окутавшего ее аромата закружилась голова. Пахнуло сочными подтопленными травами, разогретым илом, нежной ряской. Княжич вложил ей в руку свой дар и прошептал:

— Укротит на необходимый срок любую водную гладь, стоит только высыпать порошок на поверхность.

Юля поблагодарила кивком и вернулась в кресло. Арык Додж без лишних объяснений отправился к своему месту.

— Вы его понимали? Откуда знаете язык болотных? — фрейлины таращили глаза на Ветрову. Та лишь пожала плечами.

Распорядитель на сей раз, прежде чем пригласить очередного претендента, подкатил к Ясной заре и негромко напомнил:

— Вам не следует приближаться к юношам и, тем более, собственноручно получать дары.

Юля посмотрела прямо в широкое лицо мужчине, ничем не выдавая: приняла она к сведению его внушение, или нет. Распорядитель тряхнул щеками, словно закрепляя сказанное, и вернулся в центр:

— Уважаемые свидетели отбора, сейчас перед вами предстанет, — он сделал паузу, справляясь с дрожью в голосе. Проглотил комок и продолжил: — Берт Каук.

Вошедший толстый паренек нес переплетенную в малиновый кожаный переплет книгу. До Юли, несмотря на значительное расстояние, донесся запах талька. По-видимому, этим нехитрым средством Берт боролся с потливостью. Безуспешно. Лоб под торчащим рыжим ежиком волос покрылся крохотными и частыми капельками пота.

— Дорогая Юлла, — обратился как к давней знакомой очередной претендент: — специально для тебя я изобрел эту книгу. Любое произнесенное тобой слово появится на ее страницах. Достаточно раскрыть и положить ладонь туда, где ожидаешь увидеть запись.

Протараторив заученный и сто раз отрепетированный текст, парень, следуя полученным инструкциям, взглянул на распорядителя. Тот подскочил, забрал подарок и передал Ветровой.

Юля на секунду задумалась, дотронулась до первой страницы и продекламировала:

— Крутой получается экшн! Лампово тут посидеть, позырить на сасных чувачков.

Захотелось приколоться, почему нет?

Убрав ладонь, она увидела ровную строку изящно выписанных букв. Без опечаток и ошибок. Класс! Вот бы домой такую штуку — курсовые работы готовить.

Претендент и распорядитель ошарашено переглянулись, а правительница спросила:

— Стереть как-то можно?

— Об этом я не позаботился, — промямлил Берт.

— Каждое слово, произнесенное Юллой, — вмешался распорядитель, — имеет цену для истории. Стирать их не придется.

В поисках одобрения он повернулся к Райде, та усмехнулась, благосклонно кивнула и милостивым жестом отправила претендента в его кресло. Берт поспешно ретировался, а распорядитель снова принял напыщенный вид и объявил:

— Уэлер Хорх!

В парне, вошедшем в зал, Юля узнала Валерку Прохорова. Не только внешне, но и манерами претендент напоминал ее одногруппника. Приветственная речь звучала складно и казалась не заученной, как у других, а вполне импровизированной. Но смотрел Уэллер исключительно в пол, словно рисунок паркета и структура ковровой дорожки интересовали его куда больше реакции окружающих. Лишь пару раз парень коротко взглянул на Ветрову и один раз, выслушивая ответ Райды, на нее.

— Где же дар? — насмешливо поинтересовалась правительница.

Уэлер потупился, в его скованной позе чувствовалось напряжение, но двери зала снова распахнулись, впуская бежавшего с отрезом белой ткани в руках слугу. Тот, споткнувшись, едва не растянулся в ногах у господина. С тяжелым вздохом претендент забрал ткань и слегка дернул головой, отдавая молчаливый приказ. Неуклюжий слуга бросился прочь.

— Предлагаете сшить для Ясной зари свадебное платье? — не меняя тона, спросила Райда. Уэлер лишь пожал плечами.

Тем временем слуга вернулся. Он катил круговую ширму на крохотных колесиках. Оставив сооружение, напоминавшее кабинку для переодевания, он метнулся к своему господину за отрезом, положил ткань на колени Юле и унесся прочь. Во время этой суеты претендент довольно складно объяснял суть своего дара. Человек, набросив на себя ткань, должен подробно представить будущий наряд: покрой, цвет, отделку. Через минуту полотно превратится в платье или костюм — по желанию.

— Он предлагает прямо тут переодеваться? — наклонилась к фрейлине Ветрова.

Та пожала плечами:

— Всего минута.

Райда указала на ширму:

— Полагаю, это не уместно. Поверим вам на слово, Уэлер.

— Почему же? — вскочила Юлия: — Можно и сейчас. Шелда и Лита мне помогут.

Она устремилась к ширме, фрейлины с достоинством шествовали следом.

— А обувь можно поменять? — спросила Юля набегу.