Спаси мою жизнь (СИ) - Баянъ Олеля - Страница 26

Неторопливо приближалась к возвышению и отсчитывала про себя шаги. На восемьдесят седьмом слева послышался шорох и ко мне обратились:

— Рад вашему возвращению, ваше высочество, — раздался голос толи старшего толи младшего Нэссельфольде. И у отца, и у сына были одинаковые голоса. И оба — черные маги.

Черные маги — единственные маги, которые могут воздействовать своей силой на все другие ее виды. Даже на стихийников. Их сила уникальна, поэтому они держатся обособленной группой даже среди магов — Черная гвардия.

Из-за их особенной силы им многое прощается. Законы и правила для них не писаны, и даже монарх — не указ. Право сильнейшего — вот что они чтут и чему подчиняются. Пойдут за тем, кто прижмет их к земле в прямом смысле слова. За кем стоит Черная гвардия, за тем — вся Скаршия. Они — сила нашего королевства. Редкостные мерзавцы. И семья Нэссельфольде занимает не последнее место в гвардии. Что им нужно от меня сейчас? Они никогда ничего не делают просто так. У них есть цель. Но какая?

Я протянула левую руку для положенного поцелуя.

— Быстрее, — поторопила я мага. — Меня ожидает отец, — нетерпеливо добавила.

— Торопыжка, — чувственно прошептал Нэссельфольде, чем выдал себя.

Это был единственный отпрыск графа. Его отец не позволил бы себе таких намеков — для этого у него есть жена, которую он безумно любит. В этом чувстве черным магам нет равных.

Когда чужое дыхание коснулось тыльной стороны моей ладони, я полностью положилась на свои рефлексы, отточенные долгими годами тренировок. Хватаю его левой рукой сзади за шею, сильными пальцами правой зажимаю кадык. Он замер. Но успел схватить меня за правое запястье, где в бешенном ритме билась жилка. Пульс поведал ему о моих эмоциях и волнении. В тишине мне послышался звон упавшей капли воды на пол. Я немного нагнулась к нему.

— Еще одна выходка, — пауза. — Оскоплю! — мои слова прозвучали твердо, и я отпустила мага.

И тут поняла, что забыла, сколько сделано шагов! Восемьдесят с чем-то. И едва не запнулась об подол платья. В животе внутренности скрутились в тугой узел. Глубокий вдох… и выдох. Восемьдесят пять, восемьдесят шесть, …

Больше никто не подошел поприветствовать меня. Только молча наблюдали. И ждали.

И все-таки со счета я сбилась, потому что на сто пятьдесят втором шагу носком туфли ударилась об ступеньку подножия. Отступила назад.

— Никакого уважения к наместнику, — прошипела ее светлость.

Слова Веары пролетели мимо меня. Все свое внимание я сконцентрировала на глубоком реверансе, получившем название «рионский». Его придумали аракшинские близнецы — Алларион и ее сестра Иллирион. Главное его отличие от других в том, что сесть нужно практически на пол, а после встать без посторонней помощи. И грациознее, грациознее! Нечего махать так руками!

В кромешной тьме легко потерять равновесие. Не каждый долго простоит на одной ноге с закрытыми глазами. У меня нет выбора. В другом же реверансе усмотрят грубость и непочтение к отцу. И я опустилась.

Очень плавно подхватила руками юбку платья с боков, локти в стороны и присела. Голову слегка отвернула вправо и наклонила ее. И застыла. Теперь слово за сыном королевы — его высочеством, первым наследником, принцем Риклардом крон Скаршией.

— Добро пожаловать домой, — сказал отец.

Шуршание одежды подсказало, что он спускается, и последовавшая через пару мгновений тишина — что наместник приблизился ко мне. Его высочество обхватило прохладными пальцами мой подбородок. Уверенно повернул влево, вправо. Отпустил и отошел.

— Верно доложили, — твердо проговорил Риклард. — Нет ни зрачков, ни радужки, — шелест тканей. — Какая жалость! — воскликнул будущий король. — Погибло столько надежд!

С меня хватит! Я не цирковая мартышка, чтобы показывать меня достопочтимой публике. Грациозно поднялась и выпрямилась. Левой рукой подозвала Наиму, и в мою ладонь лег свиток. Вытянула договор перед собой и шагнула вперед. Я уперлась в грудь отца и выпустила документ. Он упал на пол.

Я же отступила назад.

— О неоправданных надеждах поговорим позднее, — я демонстративно разулась, из-за чего мой рост значительно уменьшился, и наклонилась, чтобы правой рукой нащупать и подхватить туфли. Левой подобрала подол платья и выпрямилась. — А пока наслаждайтесь договором об отчуждении Драгхваром восточных земель за Великоградом в пользу Скаршии, — громко ответствовала я отцу и походкой от бедра направилась к двустворчатой двери слева от трона, ведущей в крыло, где проживали члены правящей семьи.

Ее расположение нас (сестру, брата и меня) заставила выучить с завязанными глазами сама королева. Дело в том, что сразу за этой дверью на полу располагался портал, активируемый каплей крови любого члена королевской семьи. В случае нападения мы могли бы добраться до него и перенестись в безопасное место. Таких порталов было немало во дворце. И о них знала только кровные родственники.

Двери за моей спиной захлопнулись, и силы покинули меня. Мои ноги подкосились. Упасть мне не дали сильные мужские руки, которые подхватили меня у самого пола.

— Тихо-тихо, — над головой у меня раздался голос Эрлана. Это он не позволил мне свалиться. — Знаешь, сестренка, — меня удобнее перехватили, чтобы нести на руках. — Ты, кажется, схуднула, — единокровный брат негромко хмыкнул. — Хотя по твоим формам и не скажешь, — принц крепко прижал меня. Я едва ощутила момент, когда мы провалились вниз. — Кстати, где твой любовничек? — спросил у меня талантливый маг, выходя из портала.

— Не зубоскаль, — мягко ответила я ему. — Ты это не умеешь, — меня осторожно уложили на мою кровать. Это я поняла по легкому запаху жасмина, поднявшегося в воздух, когда смялись покрывала и взбились подушки.

Матрас рядом со мной прогнулся, и брат лег рядом. Он положил мне на солнечное сплетение левую руку. От нее по моему телу стали расходится теплые приятные волны магии.

— Что ты делаешь? — спросила я е него.

— Магическую диагностику, — быстро ответил Эрлан.

— Это я поняла, — отмахнулась я от него. — Почему не остался в зале? — этот вопрос меня интересовал больше других.

— Ты все сказала и показала, — маг вернул ладонь на место и продолжил прерванное занятие. — Мне там делать нечего.

— Как это нечего? — вспылила я. — Титул второго крона теперь перейдет к тебе, — отчитала его за безалаберность. — Тебе нужно искать людей, готовых поддержать тебя.

— Пока еще ТЫ второй крон, — вскакивая с постели, принц возразил мне, чего не случалось раньше. — Почему вы никогда не спрашивали, чего хочу я? А вечно указываете, — пробурчал он и вернулся на место. Обнял меня и положил мою голову к себе на плечо. — Лин, да ты только что всему двору показала, что потеря зрения никак не сказалась на твоем характере, — пауза. — И продолжишь следовать избранному курсу.

— И как в тебе уживаются мягкость и сила, — подивилась я вслух и пошевелилась, удобнее устраиваясь на его плече.

Принц Эрлан Скаршия обладал завидной силой. Брат прав в том, что его также, как и меня, не спросили, хочет ли он возглавить службу королевской безопасности. Ему нравилось пропадать в библиотеке и лабораториях Скаршианской Академии Магов. Там младшенький занимался исследованиями и уже увековечил свое имя открытиями новых заклинания. Он считался одним из лучших магов королевства. Точнее, вторым после королевы. Отец гордился сыном, чего не скажешь о строптивой дочери.

Я всегда стояла по другую сторону. Сколько себя помню, мы никогда не общались в неофициальной обстановке. Только в положенных по протоколу случаях. Никаких встреч наедине. Никаких задушевных бесед с родителем, интересующимся у своего ребенка о его успехах и неудачах. Никаких объятий. Я росла сиротой при живом отце.

— Вот видишь, — проговорил Эрлан. — Мою мягкость могут использовать против меня. Я не смогу противостоять так ни отцу, ни тем более матери, — в его голосе прорезались грустные нотки. — А ты не такая.

— Власть меняет людей, — не соглашалась я с ним. — Как только титул перейдет к тебе, ты попробуешь ее на вкус и пристрастишься.