Красная книга (СИ) - Нинсон Ингвар - Страница 61

Вспомнив об этих путешествиях, Нинсон понял, что сенешаль, так и унёс собой тайну пирамидки, что подсвечивала Ингвару правильное направление на вершине холодной горы. Ладно бы только эту тайну, сплюнул Ингвар.

Одно дело совершать прогулку неспешным шагом. Выбирать путь в соответствии с настроением. Идти то по высокой траве, то по пыльной дороге. Из озорства пинать камешки и нахваливать работу сапожника. Курить трубку в тенёчке под деревом. Записывать мысли, показавшиеся любопытными.

И совсем другое дело, продираться через заросли, заставлять себя держать темп, торить дорогу через нехоженый лес.

Чтобы отвлечься, Ингвар попытался почувствовать Тульпу рядом с собой.

Раз за разом представлял, как она идёт рядом, пробираясь сквозь мокрые ветви, и ругается, когда вода попадает за воротник.

Как косит глазом, делая вид, что никак не примерится к его широким шагам.

Идёт впереди, чутьём выгадывая путь. Перепрыгивает коряги, придерживая юбку.

Сыпет остротами, когда он толкает её в задницу, выпихивая из оврага.

Скалится неподражаемой кривой усмешкой, когда протягивает руку, чтобы помочь ему, оставшемуся на дне.

Следует за ним, пригибаясь под хлещущими ветками, ставя ноги след в след.

Сберегает шнурованные сапожки, огибая лужи.

Она была везде. И её ощутимо не было.

Вырванная страница. Отсутствующая конечность.

Даже тысячи рирдановых монет и безбрежные перспективы, которые ещё позавчера открывались Великану, не могли заполнить собой эту пустоту. А теперь, в лесу, потеряв всё, кроме одиночества, а взамен обретя лишь преследователей, Нинсон заболел. Тоска сковывала душу, как усталость сковывает тело.

Ему нужен был кто-то, с кем можно поговорить.

Кто-то, с кем можно посоветоваться.

Кто-то, кто сможет усмехнуться и сказать ему, что он врёт сам себе.

Обманывает себя, говоря, что ему нужен кто-то. А нужен ему не кто-то.

А совершенно конкретный человек, а точнее, совершенно определённая Тульпа.

Ингвар принимался перебирать выпавший расклад. Но перетасовка не помогала. Рано или поздно Великан всё равно проиграет гонку жилистым и привычным к долгим переходам Красным Волкам. Надо было придумать что-то, что могло бы задержать их. Одну простую ловушку он уже хорошо представлял и теперь только ждал, пока на пути попадётся подходящее место.

Ингвар предполагал найти поваленное дерево. Перелезая его, человек будет вынужден перенести вес тела на одну ногу. Сделать маленький прыжок, перескакивая ствол. И место его приземления заранее известно.

Нинсон представил, как находит такое место. Осторожно срезает верхний слой дёрна. Выкапывает глубокую ямку. На дне закрепляет нож. Сверху кладёт тонкие ветки. И на них расстилает загодя вырезанный дёрн с отпечатком ноги.

Западня никого не убьёт. В лучшем случае следопыт, который идёт впереди, порежет ногу. Но на такое везение Ингвар и не рассчитывал. На самом же деле, ловушка сработает, даже если Красный Волк, провалившийся в неё, и не покалечится.

Преследователи поймут, что каждая кочка в лесу может иметь острую начинку.

Это заставит их пробираться осторожнее. А значит, медленнее.

Терять время на исследование тропы. Помнить, что их жертва способна огрызаться.

Ингвар нашёл подходящее место. Аккуратно вырезал кусок дёрна. Вырыл ямку в глинистой земле. Но стенки всё время обваливались, надо было их чем-то выкладывать. Нинсон задумался о коре. Но надо было готовить её загодя. Бегая туда-сюда по окрестностям, обдирая деревья, он оставит столько следов, что никакой дурак в его западню уже не полезет. Уже и сейчас доводить ловушку до ума не имело смысла. Любой следопыт поймёт, что здесь что-то строили. Кусты и ветви перепачканы глинистой грязью.

Клять! Они сразу всё поймут.

Увидят его метания, что он не знает, за что браться, что он городской житель, и даже если до того они опасались ловушек, то теперь перестанут.

Нинсон попил из большого пня и двинулся дальше, ругая себя на чём свет стоит.

Ингвар расхрабрился и обдумывал засаду. Идея была нездоровой. Он рассматривал её только потому, что знал, если его преследуют, то нагонят в ближайшие дни. Ловушкой или созданием ложных следов он мог просто отодвинуть этот срок. На день, не более. Тогда уж лучше застать врага врасплох.

Ингвар сделал оружие. Положил поварской нож на пенёк. Взялся кольчужной рукавицей за лезвие. А обухом сакса ударил по рукояти, чтобы расколоть. Мокрый и трухлявый пенёк развалился. Ещё несколько пеньков постигла та же участь. Потом Нинсон постарался использовать в качестве наковальни поваленные деревья.

Рукоять оставалась на месте, а от деревьев отлетали щепки.

В сагах ничего не говорится о том, как тяжело найти в лесу два камня.

На деле никаких камней в лесу не было. Ни одного. Ни самого крохотного.

Наконец, Ингвар набрёл на старый дуб. Раз уж он в лесу, раз делает оружие Хорна, то и готовить его нужно с помощью дерева Хорна.

Символика в действии.

— Синергия, клять! — сплюнул Нинсон.

Вначале с дуба слетела кора. Но потом удалось обмолотить накладки с рукояти.

Ингвар срубил двухметровый прямой шест орешника. Расщепил с одной стороны. Вставил туда кусочек пеньки и вогнал ставшую плоской рукоять поварского ножа. Забил по монетке с одной и другой стороны в качестве клинышков. Сверху обмотал верёвкой. Получилось вполне годное копьё. С таким оружием у него было больше шансов, чем с саксом.

С копьём ему помогли дельфин и утконос, а острооточенную летучую мышку Ингвар решил приберечь.

Почувствовав в руках древко настоящего оружия, Нинсон задумался и ещё об одной возможности. Обогнуть преследователей. Дать им пройти вперёд, а самому вернуться в лагерь.

Проблема заключалась в том, что Ингвар не умел скрытно ходить по лесу.

Он оставлял большие и приметные следы. И даже когда он сам их не видел, то знал, что следопыт распознает, где пробирался беглец.

Все эти книжные обороты из серии «замёл за собой следы» работали только тогда, когда герой был лесником, а за ним шли городские ребята. Никак не наоборот. Ингвар мог спрятать следы только от ещё худшего следопыта, чем он сам. А для Красного Волка с опытом выслеживания дичи это будет выглядеть, как королевский тракт.

Убегать — догонят.

Драться — убьют в бою.

Возвращаться в лагерь — убьют в лагере.

Ингвар с сомнением посмотрел на ободранного чёрного кота, который семенил рядом. Тот ответил взглядом немигающих янтарных глаз.

— А что, как думаешь Уголёк, убьют меня в лагере? — во весь голос спросил Ингвар.

Вместо ответа призрак фамильяра рассыпался чёрными хлопьями, превратившимися в клокастую шерсть крупной крысы. Уголёк потеребил лапками ухо, поводил усами и исчез где-то под пологом веток и прелой прошлогодней листвы.

Черного латника в лес не поволокут.

Значит, или Бентэйн с Брандом сели на лошадей и ждут его у выхода из леса.

И тогда он торопится себе на погибель.

Или эти двое преспокойно сидят в лагере.

Вот с ним-то и придётся сразиться, если он вернётся.

Нинсон с жалостью посмотрел на копьё, которое использовал в качестве посоха.

— Придётся — сражусь, — как мог сурово внушил он сам себе.

<  48 Запасы Ёжика 50 Лесная Песнь >

 50 Лесная Песнь 50

Лесная Песнь

Ингвар размышлял о фразе, которая часто попадалась в сказаниях.

Они, мол, ушли в лес и там питались кореньями. Или что-то в этом духе.

Что это за корешки, которыми можно питаться? Как они выглядят?

Ранняя весна. Никаких ягод. Никаких грибов. Никаких орехов.

Даже случайная встреча с животным не обернулась бы трапезой — не было лука.

А что без лука делать? На короткой дистанции Нинсону никогда не угнаться за дичью. А длинную просто не пробежать. Нечего было и думать зашибить камнем белку или птицу. Не было ни подходящих снарядов, ни плеча, которым можно размахнуться.

Вспоминая читаные саги, Ингвар надеялся на встречу с оголодавшим волком.