Я - дань (СИ) - Ратникова Дарья Владимировна - Страница 29

Я поняла, что большего от геста не добьюсь, поблагодарила его и направилась к нашей стоянке, где уже спала Амелия, заботливо укрытая одеялом. Всё-таки простые воины здесь на порядок лучше и человечнее, чем маги. У нас же было наоборот. Человек из высокого сословия должен был быть более обходительным и дружелюбным, чем простой народ, иначе его бы подняли на смех и перестали уважать. Ведь уважают прежде всего за личные качества и воспитание.

Я вздохнула. После всех волнений сегодняшнего дня вдруг сильно захотелось спать. Но какая то одна мысль не давала мне покоя. Мне хотелось увидеть Игниса, удостовериться, что с ним всё в порядке. И хотя я не обладала ни крупицей магии и даже думать не хотела, как я могу видеть его,(И только его. Как ни пыталась увидеть Марка или Галату — ничего не выходило) всё равно была уверенна, что именно вижу. Ведь говорят же, что когда то наши предки умели чувствовать любимого на расстоянии.

Поэтому я закрыла глаза и представила его образ. Лёгкий, чистый, такой, каким он мне казался, как будто я видела его душу, а не внешность. Это так сложно объяснить, что я не хотела даже и пытаться.

Несколько секунд ничего не происходило. А потом я увидела своего беловолосого воина. Нечётко, но увидела. Он сидел в тёмной комнате. Теперь я знала, что это — тюрьма и смотрел словно в никуда открытыми глазами. Я попыталась задержать видение, но не смогла ничего. Оно снова уплыло, исчезло. Но главное, что он был жив. Это — самое важное. Пока я могу так видеть его, нет ничего страшного. Я надеюсь.

Я легла на мягкую траву, подложив под голову сумку с одеждой, которую я захватила с собой и уснула. Пусть не с чистым сердцем, но уверенная, что пока всё хорошо.

А утром я не сразу вспомнила, где нахожусь. Музыка цикад и запахи осенней листвы встретили меня сразу после пробуждения, и мне на мгновенье показалось, что я дома. А всё, что произошло — всего лишь страшный сон. Вот только во сне я так сильно по кому то тосковала… Но морок рассеялся за несколько секунд. Я не откажусь от Игниса даже ради желания вернуться обратно, домой. Если бы какими то магическими силами я могла отмотать время назад и не улетать в Синтарон — спрятаться, исчезнуть, то я всё равно отказалась бы от этого шанса. Краткий миг счастья с беловолосым воином был мне дороже всего. И я не променяю эти воспоминания ни на что.

После завтрака гест подошёл к нам. Амелия была необычно молчаливо. Хотя… Я ведь толком не знала её. Несколько дней пути не в счёт.

— Ния Тависса, ния Амелия, — он прижал руку к груди, — я вынужден отправиться в столицу. Служба ждёт меня. С вами я оставлю трёх моих самых преданных воинов. Как только будет возможность — я вернусь, чтобы передать новости. Ничего не бойтесь. Вы здесь в полной безопасности. Если будут какие-то вопросы — обращайтесь к мастеру Лидару. — Темноволосый воин взглянул на нас и поклонился.

— Конечно. Благодарю вас, мастер, — ответила и за себя и за Амелию.

Гест и остальные воины вернулись к драконам. Миг и они уже в воздухе. Ещё миг — и скрылись из глаз. Я вздохнула. Вот она — желанная свобода и безопасность. Делай, что хочешь. Вот только эта свобода при неопределённости сводила с ума. И видимо не только меня.

Амелия долго проводила взглядом улетевших воинов, и на лице её было страдание. Мы остались с ней почти одни. Трое воинов тут же незаметно куда-то исчезли. Я не сомневалась, что они по-прежнему наблюдают и охраняют, но так, чтобы мы их не видели, создают всё ту же иллюзию свободы.

Я вздохнула. А потом попросила Амелию:

— Расскажи пожалуйста о себе и о том, что было здесь, пока меня… нас не было. — Я осеклась, но она словно не заметила, необыкновенно задумчивая.

— Сейчас, — она кивнула и начала рассказ.

Я не услышала ничего особенно нового. Но всё-таки некоторые подробности ловила с интересом. Особенно хотела услышать про Карию. Я всё не могла поверить, что её больше нет. Амелия рассказывала и рассказывала, говорила, всё, что знала. Наверное, больше для того, чтобы хотя бы просто выговориться кому-то.

Так я услышала, за кого вышли замуж остальные девушки и ещё некоторые подробности. И как-то незаметно мы перешли на воспоминания. Оказалось, что у Амелии дома остались и мать с отцом и трое старших сестёр. Она скучала по ним так сильно, что едва сдерживала слёзы.

— Понимаешь, меня готовили к тому, что придётся с ними расстаться когда-нибудь. Готовили с детства. Но я всё равно не думала о том, что это навсегда и так мучительно тяжело. — Она вздохнула. Куда делась та весёлая беззаботная девушка, которую я знала. Та Амелия словно исчезла навсегда. — А знаешь, — сказала она вдруг, — когда меня приговорили к казни, я думала только о том, узнают ли мои родители об этом.

Я кивнула. Слова были не нужны. Я понимала то, что она чувствовала. Мы все в один миг повзрослели. И если у меня хотя бы был Игнис и то светлое, что согревало меня изнутри, то у неё не было совсем никакого утешения. И это было очень тяжело.

Глава 16

Следующие несколько дней пролетели словно в тумане. Мы не делали ровным счётом ничего и может быть поэтому было так тяжело, просто невыносимо. Мы ходили с Амелие гулять, разумеется туда, куда разрешали воины.

Как я выяснила, мы находились в пустынном месте в нескольких лигах от ближайшего человеческого жилья. Только небольшой приземистый домик, в котором нам предстояло ночевать в случае непогоды, стоял неподалёку. Как нам объяснил один из воинов — это была раньше воинская стоянка. Давно, ещё до того, как синтары научились приручать драконов. Наверное, в один из полётов, гест заприметил это уединённое место.

Здесь было красиво. Хотя, мне, конечно, не хватало родной южной природы, как и Амелии. Но мы не признавались даже друг другу в этом. И всё же. Лес и река почти примирили меня с этим уединением, если бы не Игнис. Я думала о нём каждый день и каждую ночь. Не знаю, заметила ли что-то необычное во мне Амелия, но она, в любом случае, ни о чём меня не спросила. Но я не засыпала без того, чтобы попытаться увидеть своего беловолосого воина. Иногда, у меня это получалось с первого раза, иногда нет. Но я не успокаивалась, пока мне это не удавалось.

И всё же эти дни были неимоверно пустыми и одинокими. Я рвалась туда, в столицу. Помогать гесту, спасать Игниса, да делать что угодно, лишь бы не сидеть на месте. Было ощущение, что время моего обучения и послушания закончилось. И теперь пришла пора применить на деле все знания, которые я получила. Хотя я толком даже не знала, чем могу помочь.

Наконец, когда однообразные дни уже начали надоедать и я вся извелась, прилетел гест. Что было на уме у Амелии я не знаю, хотя, по-моему, даже она обрадовалась. А я почти подбежала к нему. Хотела спросить какие новости, но промолчала, вспомнив о том, чему меня учили. Я не имею здесь права задавать вопросы первой.

Но гест, поговорив с воинами, подошёл сам.

— Добрый день, ния, — поклонился он.

— Добрый день, — я изнывала от желания узнать новости, но упрямо молчала.

— Вы знаете, что вас ищут?

Я вздрогнула и посмотрела на него. Зачем он мне это говорит? Пугает? Проверяет?

— Нет, — я покачала головой.

— Теперь знаете. И вам теперь вдвойне опасно возвращаться в столицу. Зачем то вы очень нужны совету. Он считает именно вас лучшей парой для любого мага.

— Почему? — Не нашлась ничего лучше, чем спросить я.

— Не знаю, — пожал плечами гест. — Могу только предполагать, но вам о своих предположениях не скажу.

Вот так. Я не нашлась что возразить. Но и это как выяснилось, было не всё. Гест помолчал немного, потом добавил:

— Мы выяснили, что Игниса не будут казнить в прямом смысле этого слова. Его силу на площади отдадут на поддержание Стены, всю, до капли.

Я вздрогнула, вспомнив своё состояние, после того как Вадарк пытался выпить мою силу и почти преуспел в этом. Неужели с Игнисом будет то же самое и я буду видеть, как слабеет этот сильный беловолосый воин, как слабеют его мышцы, как белеет лицо? Никогда!