Замуж — никогда - Винк Таня - Страница 41

— Анька, ты чего такая зажатая? Ты что, нервничаешь?

Покосившись на дверь ванной — Дима принимал душ, Аня кивнула.

— Это ты зря, — буркнул Женя. — Как по мне, Татьяна Яновна не сахар, но… Тебе ж не с нею жить.

— Я боюсь.

— Чего боишься?

— Она обязательно попросит показать альбом с фотографиями.

— Ну и что? — Брови Жени поползли вверх.

— А то, что у нас нет фото родителей!

— Аня, — брат упер руки в бока, — а мы тут при чем? Наши альбомы пропали, мы же все перерыли и не нашли! Люди пропадают, а тут… — Он пожал плечами и развел руки в стороны. — Я тебя не понимаю, честное слово, — прошипел Женька, тоже поглядывая на дверь ванной.

В горле у Ани пересохло. Она с трудом сглотнула и прижала руки к груди:

— Женька, я уже не знаю, что и думать. У них такая семья… Врачи, военные, купцы… А мы…

— А что мы? Мы что — хуже? — Брат сдвинул брови. — Мы — это ты и я, и больше никого. — Он посмотрел на Аню с недоумением. — Мысли у тебя какие-то странные, честное слово… Дима ж не пристает к тебе — где семейные фотки?

Аня горестно покачала головой. Заглядывая сестре в глаза, Женя сжал пальцами ее плечо:

— Не нравится мне твой настрой… Давно у тебя в голове не было столько тараканов. Прогони их немедленно!

Аня кивнула:

— Хорошо, прогоню…

— И ничего не бойся, я рядом. — Женька подмигнул. — Все будет хорошо.

Аня с недоверием посмотрела на брата, и он сдвинул брови.

— Все будет хорошо… — Женька осекся и наклонил голову к плечу. — Кажется, Дима выключил воду. Ты же у меня самая умная, — прошептал он, и тут из ванной вышел Димка в длинном махровом халате.

— Какая приятная сердцу картина! — Он развел руки в стороны.

— Слушайте, голубки, вам нужна моя помощь? — деловито спросил Женя.

— Нет, — ответила Аня, — мы уже все сделали.

— Тогда я погуляю. — Женя посмотрел на часы. — У меня еще куча времени.

— Смотри не опоздай к обеду.

— Буду без четверти три, — сказал Женька и выскочил из квартиры.

— У нас тоже еще куча времени, — сказал Дима и взял Аню за руку…

Серый осмотрелся и рукой, в которой держал пакет с чипсами, указал на пустую скамейку:

— Давай сядем в тени.

Мальчики опустились на скамейку. Серый надорвал пакет и протянул его Женьке:

— На, с беконом.

Женя взял две штучки и сунул в рот.

— Так что, выходит, он у вас навеки поселился? — спросил Серый.

Женька наморщил лоб:

— Ага.

— И что дальше?

— Не знаю. — Отправляя в рот очередную порцию чипсов, Женька пожал плечами. — Пора бы им жениться.

— А как он тебе?

— Нормально. — Чтобы скрыть улыбку, Женя нахмурился. — Без стука ко мне не входит, картошку жарить умеет, курицу вкусно готовит, лучше, чем Анька. И какао со сметаной… и с сахаром… Свою лабораторию мне показывал…

— Ты уже говорил…

— Ага, угодить мне хочет. — Женя усмехнулся.

— Угодить? — Серый хмыкнул и мечтательно продолжил: — Кто бы мне так угождал…

Некоторое время мальчики молча ели чипсы.

— Классные кроссовки, — сказал Серый, глядя на новенькие темно-синие «найки».

Женя выставил ногу вперед.

— Дима подарил… На день рождения. — Женька с трудом скрывал удовольствие от подарка.

— Нормальный мужик. — Серый сосредоточенно хрустел чипсами.

— Да, — кивнул Женя.

Эти кроссовки казались мелочью после компьютера, подаренного Димой месяц назад. Женька чуть умом не тронулся, увидев в комнате коробки с монитором и системным блоком — у них в классе только у одного мальчика был комп. Этот подарок окончательно разрушил его подозрения, и, если честно, Жене очень хотелось, чтобы Аня и Дима поженились.

— Он Аньке цветы все время таскает, в магазин вместе ходят, на базар. Он мне с английским помогает, у него классное произношение, лучше, чем у нашего школьного препода. А как он на немецком шпарит по телефону! И французский тоже знает! Пылесосить мне уже не надо, Анька теперь его напрягает… И посуду он моет. Так что все путем!

Серый сунул нос в пакет и снова протянул его Женьке:

— Бери. Я уже много съел.

Женька тоже заглянул в пакет, запрокинул голову и высыпал остатки в рот.

— Значит, скоро поженятся, — сказал, как припечатал, Серый.

Женя скомкал хрустящий пакетик, швырнул в мусорную корзину рядом со скамейкой и вытер руки о джинсы:

— Думаю, так и будет. Две недели назад они ходили в гости к его матери, а сегодня она к нам на обед заявится. Наверное, так делают перед тем, как пожениться.

— Да, так и делают, — кивнул Серый. — А что у него за семья? Кто такие?

— Обычные люди, — хмыкнул Женька.

— Так уж и обычные? — Серый посмотрел на приятеля с недоверием. — У обычных людей сыновья не ездят в командировки в Германию.

— Он сам всего добился.

— Значит, генетика хорошая.

— Да, хорошая, — согласился Женя и тут же засомневался.

Он вспомнил, как впервые увидел Татьяну Яновну — они втроем шли в парк, а она им навстречу. Это было давно, Дима у них еще не жил. Дима познакомил с матерью Аню, потом Женьку… Ну что сказать? Татьяна Яновна высокая, статная, но какая-то неприятная… Чем именно неприятная — не разберешь, но… Неприятная, и все тут. Когда Дима сказал, что Татьяна Яновна приглашает Аню на обед, та даже задрожала. Собираясь в гости, Анька так психовала, что не могла сделать какую-то мудреную прическу. Плюнула, завязала волосы резинкой, а руки все равно дрожат. Тогда Дима обнял ее, поцеловал, и она наконец успокоилась. Женя проводил их до угла и пошел в парк, там его пацаны ждали, а вечером Аня рассказала, что Татьяна Яновна показывала ей семейные фотографии. А Дима тогда спросил у Женьки, не хочет ли он отдохнуть в летнем лагере.

— Лагерь хороший, в Пятихатках, — сказал Дима, — я там много раз отдыхал, когда в школе учился. Так что советую.

Ну, Женя согласился — а почему нет? В городе скучно, из ребят только Серый останется, остальные кто на море, кто на дачу.

Серый прищурился, глядя вверх:

— Вроде дождь обещали, а небо чистое… А твои сколько вместе живут?

Женя задумался:

— Два месяца и четыре дня.

— Пора жениться, — заявил Серый. — Мои предки неделю встречались, прежде чем заявление в загс подать, и все у них нормально. А твои как… ну… между собой?

Женя ответил не сразу — сначала он с улыбкой переварил слово «твои». Хм… Это приятно звучит… Вот бы ему такого отца, как Дима… Он отвел Женьку к своему парикмахеру, и теперь девчонка из третьего подъезда Женьке глазки строит, а самой всего двенадцать! И Карина пристает… Ох уж эти девчонки! Но Дима в отцы Женьке не годится, молодой еще, а вот в старшие братья…

— Да нормально все у них. Все время обнимаются, шепчутся, — с деланым недовольством ответил Женька. — Придурки влюбленные, — буркнул он и покраснел.

— Мои точно такие же придурки, все время обнимаются, как маленькие, честное слово, — удовлетворенно произнес его друг. — Так когда ты в лагерь отчаливаешь?

— В среду.

— А вернешься когда?

— Двадцать четвертого августа.

— А я весь август в городе буду сидеть. Может, в парк метнемся, а? У тебя есть время?

Женя посмотрел на часы:

— Есть… Целых полтора часа.

— Нормально! У меня три с половиной гривны! — Серый похлопал рукой по карману на джинсах.

Женька извлек из своего кармана бумажные купюры, несколько монет, пересчитал:

— О! Четыре гривны тридцать пять копеек!

— Супер! На полтора часа хватит!

И мальчишки бросились прочь из душного двора-колодца.

Дима пошел встречать Татьяну Яновну, и ровно в три в дверь позвонили. Брат и сестра одновременно выскочили в коридор, переглянулись, Аня набрала в легкие побольше воздуха, провела рукой по волосам и открыла дверь.

— Ну, вот я и выбралась к вам. — Татьяна Яновна оглядела коридор. — Уютненько, — сказала она и выразительно посмотрела на сына. Да, не такой судьбы хотела она для Димы, ой, не такой. Вообще-то она давно это поняла, вернее, почувствовала, едва взглянув на Аню — не их круга девушка, не их…