Прости меня за всё (СИ) - Новохатько Альбина - Страница 20

— Пока не могу отвезти её к ним. Нужно подождать, ещё рано. А ты не ревнуешь меня?

— С ума сошёл? — усмехнулась она. — Нет, это в прошлом. И у меня уже есть мужчина.

— Ого! Ия ничего не знаю!

— А тебе и не нужно. Забери её, отвези в Египет, Грецию, устрой себе отдых, и там вы быстрее сблизитесь. Сделай, в конце концов, ребёнка!

— Вот об этом я и думал. Почему она не залетела тогда? И после… — я запнулся, подумав об Илье.

— Ты что совсем? Она не дура, предохранялась и всё. Первый раз нет конечно, но последующие я уверена что да.

— Вот же… — проскрипел я. — Ладно, посмотрим, может, и увезу подальше.

Нате удалось отговорить меня от бесполезной покупки автомобиля, насчёт идеи с поездкой я пообещал себе всё обдумать и поехал домой.

Дома меня ждал неприятный сюрприз, в образе в дрызг пьяной Яны. Музыка громыхала на весь дом, на моём диване в гостиной сидела два гомика в обнимку, а она кружилась по комнате с бокалом в руке, разбрызгивая спиртное в разные стороны. Подскочив к колонкам, я выдернул шнуры, затем выключил телевизор и повернулся к двум голубкам на диване.

— Оба, исчезли! — затем посмотрел на обалдевшую Яну. — Ты, в душ!

Голубки испарились мгновенно, а эта пьяница и не собиралась останавливаться. Налив себе в баре полный бокал Джина, плюхнулась в кресло, окинув меня пьяным злобным взглядом.

— Ты вроде говорил, что мои друзья могут… — она замолкла икнув.

— Не такие друзья, ты, что не понимаешь кто я?

— Да что вы говорите? Это я то не знаю? О-о-о-о.…Как никто…

— Всё!

Подскочив к ней, вырвал бокал, кинув его об стенку, рванул её на себя, и потащил на улицу. Вышвырнув на мороз, захлопнул дверь, закрыв на щеколду. Пусть освежится, ничего с ней не будет, промёрзнет хорошенько. Выждав минут пятнадцать, я решил всё-таки проверить, меня удивил тот факт, что она не устроила скандала, со двора не доносилось ни звука. И ту я вспомнил о домике для гостей. Выскочив во двор, побежал к домику, под изумлённые взгляды охраны. Эта пьянь сидела в гостиной домика, попивая вино, вытянув на пуфике свои прелестные ножки, ехидно улыбалась мне.

— Я тебя сейчас придушу…

— Это да, подумаешь, ещё одного человека убьёшь, одним меньше…

— Перестань пить! — Рявкнул я, выбив из её руки бокал. — Когда ты простишь меня? Когда перестанешь губить себя? Это не выход, хочешь я отвезу тебя к родителям? Только скажи, как мне тебе помочь?

— Никак, отпусти меня Амин. Дай мне жить своей жизнью, я так больше не могу. Я ненавижу тебя и люблю, разве так можно? Но больше люблю, и не могу избавиться от этого проклятого чувства. Дай мне уйти, забыть тебя…

Если бы я мог. Ничто на свете не заставит меня отказаться от неё. Я не мог и помыслить, что останусь один без неё, не услышу её голоса, не увижу рано утром заспанную, взъерошенную. Или когда она рисует в мастерской, измазанная краской, в те моменты я хотел ее, как никогда, смотрел на неё, пока она не видела, а затем так же бесшумно уходил.

— Давай я отнесу тебя в дом и уложу спать. Завтра мы решим что делать, а сейчас тебе нужно поспать.

— Я сама дойду, или вообще останусь здесь на ночь. Так что оставь меня в покое, и вали.

Покачав головой, понимая, что спорить бесполезно, решил оставить её на сегодня в покое. Покинув домик, приказал охраннику не спускать с неё глаз, сам вернулся в особняк.

Среди ночи я проснулся от очередного кошмара. Сев на кровати, втянул носом воздух, в комнате стоял, удушливы запах перегара. Я не пил, а это значит…Включив ночник, я опешил, увидев Яну. Она крепко спала, подложив под щёки ладошки, посапывая словно дитя. Моё сердце ёкнуло, почувствовав прилив нежности, коснулся пальцами её лица, слегка погладив. Эта истеричка заорав, вскочила на кровати, вцепившись мне в волосы.

— Яна! — заорал я, отодрав её пальцы от своих волос. — Ты что здесь делаешь?

— Я? Это ты в моей спальне!

— Нет, это моя комната! Оглянись истеричка!

Она осмотрела комнату, пожав, как ни в чём плечами, выдала.

— Ну и нажралась же я. Это надо комнаты перепутать…

Затем слезла с кровати и поплелась к двери. Мои губы расплылись в улыбке. Она не случайно перепутала комнаты, она пришла ко мне, легла рядом и уснула. Зная, что уже не усну, я принял душ, и спустился в кухню, чтобы сделать себе кофе. Часы показывали: шесть утра, включив кофеварку, сел за стол, и стал ждать.

Она сказала что любит, она всё ещё меня любила. Нет, я знал, но она сказала сама, пусть по пьяни пусть будет отрицать, но я их слышал. Значит не всё потеряно, у меня есть шанс.

Кофеварка зашипела, встав я взял кружку, налив себе кофе, повернулся к двери. Она стояла на пороге, рядом с ней человек, в маске приставив к её голове пистолет.

— Отпусти её… — прошептал я, поставив на стол кружку. — Что тебе надо?

— Отпущу тогда когда ты освободишь моего брата.

Мне казалось я состарился лет на десять. Она стояла с таким безразличным видом, будто была готова сама нажать на курок. Очередное испытание для неё, очередная угроза, и всё сошло на нет.

— Хорошо, я отпущу его. Отдай её мне, если хочешь увидеть брата живым, просто отойди, я заберу её, и дам распоряжение отпустить его. Мне нужен мобильный…

— На…

Он протянул мне телефон, осторожно приблизившись, я, взял телефон. Набрав ребят, отдав им, приказ отпустить Илью, положил телефон. Идиот, он не догадывался, что я бы сам никогда не отдал подобное распоряжение, и это послужило лишь сигналом для моих бойцов. Услышав грохот я усмехнулся, рывком подскочив к ним, вырвал из его руки пистолет, отшвырнул Яну, треснул его по голове. Тело с грохотом упало на пол, и тут ворвались мои ребята.

— Охуенно вы охраняете меня! Как этот недоумок пробрался в дом?! Вы ослы!!! — Заорал я, подскочив к Яне, подхватив её на руки. — Уберите его из моего дома, допросите потом решу, что с ним делать.

Яна лежала на моих руках без чувств. Почувствовав влагу на руке, я в ужасе бросился в гостиную, положи её на диван, понял, откуда текла кровь. Отшвырнув её я не рассчитал силы, и она ударилась головой об кухонный шкаф, раскроив себе голову. Позвав прислугу, попросил принести воду и аптечку. Она лежала бледная с посиневшими губами, а я молился, чтобы она очнулась всем Богам, которых знал. Принесли чашку с водой, смочив в ней полотенце, приложил к ране, и тут она открыла глаза.

— Яна…

— Да что же это такое? — простонала она, коснувшись пальцами моей руки.

— Его увезли…

— Я помню что произошло. Амин сколько ещё раз они придут за тобой? За мной? Ты не сможешь защитить меня.

— Я увезу тебя, так далеко, что никто не найдёт. Потом вернусь и покончу со всем этим, раз и навсегда. Если мне нужно умереть чтобы ты жила, то так тому и быть.

— Нет, Амин. Никуда я не поеду, они не отпустят тебя, никогда. А я не оставлю тебя, ты же сам говорил что не отпустишь.

— Говорил, но сейчас я боюсь за тебя. Ты уедешь, это не обсуждается. Начнёшь новую жизнь, как и хотела, а я останусь здесь это всё что я могу сделать.

Она заплакала, сжав мою руку, а я не верил, что сказал это, не верил, что сам готов отказаться от неё только бы она жила. Тупая режущая боль в сердце, проклятая боль…

— Нет, прошу не надо. Если ты сделаешь это, я не прощу тебя никогда. Не высылай меня прочь, умоляю Амин.

Я мечтал о ней, мечтал вновь ощутит вкус этих губ, заставить вновь заставить улыбаться. А вместо этого она плачет, когда должна смеяться, до меня только дошло что всему этому виной только я. Своим эгоизмом я уничтожал её, не думая ни о чём кроме достижениях своих целей.

— Прости меня, так не должно быть. Прошу прости меня за все, что я сделал, и зато что сделаю.

Это всё что я хотел сказать, а после пошёл отдавать приказы. Она не останется в этом доме ни на один день, к вечеру я посажу её на самолёт, приставлю охрану, и сделаю все, чтобы она не смогла вернуться, по крайней мере, пока я не решу как выйти из этой ситуации с минимальными потерями.