Двойная сплошная (СИ) - Адилова Ольга - Страница 119

- Телефон, - сведя брови, приказала преподаватель.

- Я уберу его, - пролепетала я в ответ, тут же убирая мобильник в лежащую у моей ноги сумку.

- Если еще раз увижу, что вы не следите за моей лекцией, запишу в свой черный список.

Женщина еще раз грозно взглянула на меня, поправляя на носу очки, и стала спускаться вниз к доске, а я, окинув взглядом аудиторию, заметила смартфоны в руках практически каждого присутствующего. Конечно, они ведь успели за три года научиться тому, как грамотно прятать мобильники от всяких мегер. Я же в это время прилежно училась, частенько оставляя свой дома, дабы не иметь соблазна.

Оставшиеся сорок пять минут до звонка казались мне вечностью, за которую я пыталась лежать на парте, рисовать цветочки в тетради и кусать губы, борясь с желанием прочесть новые пришедшие мне сообщения.

Едва пара все же закончилась, я сразу же нырнула под парту к своей сумке.

- Теперь тоже скажешь, что не влюбилась? – насмешливо спросила Дашка.

Я взглянула на нее и закатила глаза. Эта девушка неисправима.

- Если это тот красавчик, что пришел с тобой сегодня, то понимаю, почему ты так рвешься скорее написать ему. Он горяч.

- Даша! – поморщившись, воскликнула я, правда на этот раз отрицать свою влюбленность почему-то не хотелось.

Раньше я любила читать любовные романы, чтобы понять могу ли я вообще ощущать это чувство – влюбленность. Я искала в книгах эмоции, которые не находила в жизни и раз за разом разочаровываясь в своем мимолетном увлечении, понимала, что нет – я не могу. Считала атрофированной ту часть сердца, что отвечала за любовь. До того момента, пока не связалась с Аморским.

Сообщений он, кстати, и вправду прислал много. Там были и фото, и даже видео, на которых он показывает свою новую квартиру. На них он будто вел экскурсию для матери, и это действительно выглядело мило. А еще его голос всегда менялся, когда он говорил о ней. Полная противоположность тому, что происходило у меня с моей мамой. И я была рада, что одному из нас все же посчастливилось иметь такие теплые отношения с самым близким из людей.

До самого вечера Аморский проторчал то там, то здесь. Я даже узнала, что он нашел настоящую работу и теперь вместо того, чтобы гонять на крутых тачках, он их чинил. И мне также посчастливилось увидеть небольшую зарисовку в виде фото с его рабочего места. Прислал мне его вовсе не Рома, как могло показаться, а какой-то мужчина по имени Валерий. С ним мы тоже успели мило пообщаться, прежде чем Рома вернул себе свою собственность и рассказал, что это его неугомонный дядюшка, которому я, кстати, очень понравилась.

Всего лишь лежа в одиночестве на своей кровати и держа в своих руках старенький смартфон, я ощущала себя настолько счастливой и окрыленной, какой не была уже очень давно.

«Ты не против, если мы с тобой съездим сегодня в одно местечко?» - писал мне Рома немного позже.

«Не против. Что за местечко? Я его знаю?» - была заинтригована я.

«Знаешь. Я буду у тебя через двадцать минут, поэтому собирайся».

«Что мне надеть?»

«Все, что угодно. Там никто не будет тебя осуждать».

И я, во второй раз за сегодня подлетев с кровати, бросилась к шкафу – подбирать себе наряд. Неброский, но в то же время и не слишком простой.

Рома приехал точно в срок.

Ровно через двадцать минут у моего подъезда стояла белая Тойота, а симпатичный молодой водитель подпирал ее своей задницей.

- Так ты не только квартиру прикупил? – усмехнулась я, подходя ближе и кивая в сторону автомобиля.

- Мой дружище стоил не так много, чтобы я мог позволить себе все и сразу. Одолжил на время у дяди. Он у меня мировой мужик.

Рома отлепился от машины и подошел к пассажирской двери, открывая ее для меня.

Я тут же улыбнулась, вспоминая свои мысли насчет той блондинки из бара. Все же для меня он выучил этикет.

На мое удивление ехали мы очень знакомой дорогой – той, по которой я через день каталась на работу. И еще больше я удивилась в тот момент, когда Рома остановился на парковке возле хорошо известного мне музыкального кафе и заглушил мотор.

- Что мы здесь делаем? – встревоженно спросила я его.

- Пойдем, - кивнул он, открывая свою дверь и выходя наружу.

- Эй, стой! – воскликнула я. – Я не хочу туда. Я не смогу!

Рома не остановился. И даже не обернулся. Он направился прямиком к двери в кафе и отворил ее.

- Учти, что тебе некуда деваться. Я буду стоять здесь столько, сколько понадобится, чтобы ты вошла внутрь.

- А если я просто уйду?

- Не уйдешь.

- Спорим?

- Я по глазам вижу, что не уйдешь. А на спор любую ерунду сотворить можно.

Я медленно втянула в легкие воздух, собираясь с мыслями.

Вот значит, чего он хотел – чтобы я пошла на концерт своих же ребят и смотрела на них как обычный зритель. По мне так это слишком жестоко с его стороны, учитывая то, что я обо всем ему рассказала.

- Ладно, - махнула я рукой на Аморского, направляясь прямиком в здание. Мне не хотелось выставлять себя настолько ранимой дурочкой, - шут с тобой.

Когда мы все-таки вошли, концерт уже был в самом разгаре. На сцене выступали ребята из более молодой группы, которую Игорь Дмитриевич взял к себе не так давно. Эмма рассказывала мне о них. И эти ребята, правда, играли очень достойно. Не без косяков, разумеется, но точно на хорошем уровне.

Мы с Ромой уселись напротив сцены – в то самое поглощенное темнотой место, которое никогда не было заметно на выступлениях. И я была благодарна ему за это. Мне не хотелось быть замеченной, ведь я предала не только его, но и своих ребят. Эта мысль не давала мне покоя уже долгое время.

- Ты в порядке? – спросил меня Рома, когда на сцену вышел Слава со своей любимой гитарой. Он был как обычно серьезен и сосредоточен. Пусть человек из него вышел своеобразный, но как музыкант он – просто находка. Жаль, что такой талант пропадает в подобном заведении.

В ответ на вопрос я кивнула, продолжая следить за тем, как выходят и остальные члены моей бывшей группы. Я с замиранием сердца ждала того, что сейчас выйдет скрипачка, заменившая меня, но ее, как ни странно, не было. Похоже, скрипку после моего ухода решили не восстанавливать.

В какой-то момент, когда я поняла, что знаю наизусть все эти песни, а парни играют настолько привычно, по моей щеке скользнула одинокая слеза. И я решила не смахивать ее, продолжая бесстрастно смотреть вперед.

Я не знала, чего хотел добиться от меня Рома тем, что привел сюда, но в любом случае вновь заставить содрогнуться мое сердце у него получилось. Еще одна трещина в моей подернувшейся льдом душе, дала о себе знать.

- Мне кажется, там кого-то не хватает, - сказал мне на ухо Аморский позже, когда по моей щеке уже скатился как минимум десяток слезинок. Он приподнял свою руку и тыльной стороной провел по моему лицу, стирая одну из мокрых дорожек. - Мы можем пойти туда прямо сейчас, если хочешь.

Я ошарашенно повернулась в его сторону и замотала головой.

- Ты что? Они наверно ненавидят меня. Я не могу.

- Это не так, Нелли. Хватит думать так о себе. Я считал, что с этим теперь покончено.

- Но… я все равно не могу. Ты не понимаешь.

- Я понимаю. А еще понимаю то, что ты любишь это, - он кивнул на сцену. – Ты не можешь лишать себя всего, что тебе дорого. Для этого даже нет весомой причины, ты же знаешь, - парень провел рукой по второй половине моего лица. – К тому же я уже договорился, что мы придем.

Я услышала, как что-то взорвалось в моей голове.

- Что ты сделал? – едва не вскричала я, забывшись.

- Сходил сегодня к твоему бывшему боссу и обо всем поговорил. Он не против, если ты вновь станешь играть в группе.

- Ты рехнулся что ли, Аморский? Я никуда не пойду, - воскликнула я, поднимаясь со своего места. Рома поднялся следом за мной. – Не слишком ли много ты берешь на себя?

- Ну, ты же боишься взять это в свои руки, не так ли? Женщина разрушает – мужчина строит. Так часто бывает.