Разыскивается миллионер без вредных привычек (СИ) - Шайлина Ирина - Страница 20

— Плевать, — кричу я вслед черному мерседесу. — У тебя такого секса наверное вообще никогда не было.

И домой иду, вспомнив вдруг, что на работу же нужно.

Глава 10. Настя

Меня преследовало навязчиво желание пописать на тест. Нет, я понимала — ХГЧ, все дела… даже если оплодотворение произошло, то тест ничего не покажет.

Я боролась с собой целую ночь. Утром сдалась. Сначала выгулять собак, потом в аптеку. Я уже поняла, что время риска от семи тридцати до девяти. В это время дня лучше мимо дома Егора не ходить. И старалась не ходить, ибо моё состояние меня пугало.

Вчера утром, едва я вернулась домой и поставила чайник позвонила Танька.

— Там твой миллионер вышел на пробежку, — заговорщическим шёпотом выдала она.

— Ну и что? — как можно равнодушнее ответила я. — Тань, у меня чайник кипит.

Сбросила звонок. Подумаешь, на пробежку. А я… книгу вот почитаю. Села. Открыла книжку. Пробежалась глазами по строчкам — право слово, роман газета была куда интереснее! И сорвалась. Схватила упаковку дырявых презервативов. Понеслась чистить зубы. Зубы почистить успела, про сексуальное белье вспомнила уже на бегу.

— Черт, — выругалась я.

Остановилась посреди улицы. Бежать обратно? Но я так точно его не догоню! Сомневалась добрую минуту. Потом плюнула — в конце концов он уже видел мой сексуальный лифчик. Надеюсь, оценил.

Егора я догнала… Очень… плодотворно. Да так, что краснею до сих пор. Вспомню — и щеки огнём обжигает, впору голову в морозилку засовывать. К Таньке я снова ходить перестала — все поймёт. Чего доброго ругаться станет.

— Я крайне распущенная особа, — пожаловалась я Глафире. — Впрочем, ты и сама видела.

Глафира была арестована. Теперь никаких лужаек у реки — к забору привязана. И мне впору рядышком, чтобы ноги не несли в большую Покровку… Туда я путь и не держала. А то, что на мне кружевные трусы и дырявые презервативы в кармане — просто совпадение.

Я дождалась автобуса под козырьком остановки. Ехать было всего две остановки, но я же почти беременна, мне следует беречь себя. О том, что я вчера бегала по лесу я как-то забыла. Аптека, там же где и весь центр местной жизни — возле элитной школы. Тут и торговый центр, и ветеринарная клиника, и даже ресторан. А там, дальше, лесок, за которым начинается город, из которого я сбежала.

Тестов я купила пять. Пять упаковок, в каждом по две штуки. Буду писать каждый день упорно до тех пор, пока не увижу две заветные полоски. Если честно, я была на девяносто процентов уверена, что у меня получится. Конечно, для закрепления неплохо бы повторить сам акт…

Беременным необходимо мясо, это я тоже вычитала в умных статьях. Зашла в местную шашлычную и разорилась на две порции сногсшибательного мяса, которое пахло так, что у всей округи животы сводило. Посмотрела на часы — день только на вторую половину перевалил.

В этой школе учился Никитка, это я точно помнила. И время — скоро уроки закончатся. Я наконец поняла, почему второй час хожу кругами по округе, проделывая бреши в своём судном бюджете — помимо обеда я оставила по энной сумме в каждом из местных магазинчиках.

А как поняла, сразу легче стало. Можно не притворяться, что мне действительно нужен тот почти китайский веер хрен знает какой династии времен, или вон тот ершик для бутылок. Можно перестать покупать, а просто сесть на лавочку и ждать. Егор приедет, а я такая словно мимо шла, устала и отдыхаю на лавочке. Он же не знает, что я знаю, в какой школе его сын учится… Так сложно все.

Никитка показался через сорок минут. Солнце пекло, я допивала вторую бутылочку минералкии скучала. Мальчик меня сразу узнал. Остановился, не решаясь подойти, помахала рукой, подманивая.

— Здравствуйте, — официально сказал он, словно не по его милости я клей с задницы отдирала.

Я похлопала по лавке рядышком. Никита сел.

— Я без пирожков, — призналась я, жалея, что мясо доела, надо было с собой пару кусков взять. Этот ребенок явно нуждается в подкормке. — Как дела?

— Нормально… Каникулы скоро. Я контрольную сдал по математике на пять.

— Молодец! — искренне обрадовалась я.

Мы беседовали уже полчаса, выпитая минералка явственно просилась наружу, я ерзала на лавке. Старалась виду, что устала не подавать — Никитка только привык ко мне и раскрепостился. Болтает так, словно слов в нем накопилось пару миллионов. А самое занимательное — мне все это интересно было. И про Савву, и про математику, и про то, что все решили, что Никите Машка нравится, а на самом деле она ему нисколько не нравится. Но долгое отсутствие Егора начинало напрягать.

— А папа где? Твоих уже всех забрали, и Машку, и Савву, и того в очках тоже…

— Папа не приедет.

Мне показалось, что я воздушный шарик, в который ткнули иголкой — медленно и уныло сдуваюсь. Я и сама не догадывалась, насколько Егора видеть хочется, а поди ж ты.

— Ты что, один домой?

— Если бы… У меня няня опять. Опаздывает. Уже жалею, что прошлую доводил — она хоть в школе сидеть по часу не заставляла.

Вроде как и сидеть больше незачем — не явится папаша. И оставлять Никитку одного не хочется, пусть я и вижу разгуливающего за оградой школы охранника. Как представлю, что будет сидеть здесь такой одинокий и печальный, так сердце кровью обливается. Может, все же беременна? Раньше я такой чувствительностью не отличалась.

— Посижу с тобой, — сказала я ребёнку.

Сидеть пришлось ещё полчаса, и это с моим полным мочевым пузырем! Няня приехала на такси. Причём я бы ни за что не поверила, что это няня! Они в моем понимании дамы взрослые и солидные. Этой — едва двадцать. Футболка, джинсы рваные, кеды. Нет, я и сама так одеваюсь, но я то не няня! Слишком молодая и слишком милая. Я сразу её возненавидела.

— Пробки, — объяснила она Никите. — Надо же додуматься школу построить в такой попе мира. А ты кто?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Соседка, — ответила я, почти не соврав.

Она смерила меня презрительным взглядом. Ещё бы! Домики в большой Покровке стоят немало миллионов, а я в пляжных тапках через палец и в панаме. Теперь она не нравилась мне ещё сильнее. Взять может ребёнка за руку и увести? Жаль права такого не имею. Никита поплелся в такси, я помахала ему вслед рукой. Подумала немного и поехала к Таньке — до неё ближе, а мне срочно в туалет надо.

Танька укладывала Тотошку спать. И мне здесь делать тоже нечего, но домой никак не шлось. Ситуация с Никитой и няней не давала покоя. Дом напротив казался вымершим. Ну, разве так должно быть? Велосипед должен валяться, сдутый мячик. А тут словно вообще ребёнка нет. Я решительно пересекла дорогу и постучала. Открыла няня.

— Что вам? — спросила она с таким видом, словно я утомила её донельзя.

— Я к Никите.

— Егор Петрович по поводу посещений ничего не говорил.

И стоит, жвачку жуёт. И бесит меня со страшной силой. Я сама от себя такой прыти не ожидала, но девочку в сторону отодвинула и прошла в дом. По сравнению с прошлым моим посещением здесь было гораздо чище, надеюсь, это не заслуга няни. Меня от мысли передергивает, что она здесь что-то трогает.

— Никита! — крикнула я.

Нашёлся он на втором этаже. Сидел в своей комнате и фигню какую-то из бумаги вырезал. Увидел меня, удивился. Потом узрел няню, которая за моей спиной стояла. Закрыл дверь перед её лицом.

Комната была просторной и уютной. И здесь тоже балкон, выходит на ту сторону, которую я все никак не посещу. Замечательная комната, замечательный ребёнок, и папа у него… идеальный. Няня только подкачала.

— Вы в гости?

Он явно удивился. Хотя, если вспомнить, мы совсем недавно ночевали вместе.

— Мне не нравится твоя няня, — шёпотом пожаловалась я. — Настучи на неё папе.

— Не буду. — вот ведь упрямый ребёнок! — Папа все равно ещё одну найдет А эта хоть есть овощи и книги читать не заставляет. Сидит весь день в свой телефон уткнувшись и ко мне не лезет.