Интро Канарейки (СИ) - Задорожня Виктория - Страница 7

Но, ладно руки… Он усадил меня на пуфик, снял холодные туфли, взял мои заледеневшие пятки в свои теплые, шершавые ладони и принялся быстро, но бережно вгонять в них тепло, размеренно-быстрыми движениями руки. Как я могу позволить ему растирать ноги Безродной? Как он может их касаться, так заботливо, чтобы помочь мне согреться? В голове одни противоречия… Ничего не понимаю! Я не привыкла к такому обращению. И не хочу обременять мужчину, который приобрел меня в качестве… В качестве кого он меня приобрел? Девочек с приюта покупают для разных целей, но я никогда не слышала, чтобы о них заботились вот так! Он даже спросил, чего бы я хотела поесть! Ещё одно доказательство нашей разницы в статусах… Как я могу позволить себе предпочтения в пище, когда кроме хлеба, сиротской травяной похлёбки и пшеницы по праздникам даже ничего не пробовала! Да и не нужно мне большего… В голове проматывалась одна и та же фраза хозяина… Нужно знать своё место!

Господин вел меня длинными ветвистыми коридорами, каждый из которых открывал вид на прекрасные залы, оформленные в самом дорогом, но лаконичном дизайне. По дороге заглянул на кухню. Довольно ласковым тоном обратился к здешней кухарке. Видимо, у него с ней хорошие отношения. Это хорошо, буду знать, что не только ко мне он снисходителен. А дальше мы прошли в просторную, оформленную в бежевых тонах, столовую. Посредине стоял широкий вместительный стеклянный стол на тонких, ветвистых, мраморных ножках. Ваза с лилиями дополняет неброский, но изысканный дизайн… Мои любимые цветы. Очень красивые, нежные. Интерьер располагающий, уютный. Только вот мне не уютно даже здесь. Меня не завалили работой по прибытию в этот дом, не разложили и не изнасиловали посреди прихожей, обращались со мной уважительно… И ничего из этого я не ожидала! Нам не говорили, что так может быть. Пугает, что я не знаю, где будет подвох. Но так хорошо всё быть не может!

Принесли фарфоровые тарелки, наполненные яствами, и накрыли на стол… На двоих! Передо мной поставили блюда, которые до этих пор я видела только в меню хозяина. И что из этого я могу съесть? Мне бы кусочек хлеба, и я опять в строю. Господин садиться за стол и принимается за трапезу. Спустя несколько минут спрашивает, почему я не ем. Всё-таки это для меня… Хорошо, что не останусь голодной! Подхожу, беру тот самый ароматный кусочек свежеиспеченного мягкого хлеба с хрустящей, румяной корочкой. С аппетитом глотаю лакомство. Даже стыдно, что в его обществе так безманерно проглотила предложенную пищу. Но я правда очень голодна… Последний раз ела рано утром, и успела в полной мере ощутить урчание желудка. Только, смотрит на меня Господин явно зло! Что я сделала не так? Пожалуйста, скажите, я исправлюсь! Он же не прогонит меня из-за неаккуратно съеденного хлеба? Говорят, иногда и такого пустяка достаточно, чтобы разозлить владельца безродной…

Так дело в том, что я ела лишь хлеб, и стоя? Неужели бывают настолько добрые люди? Как же объяснить, что такие жесты заботы неприемлемы для сирот? Не нужно этого, так вы скорее от меня устанете, прогоните, и я останусь одна, никому не нужной. Мне достаточно и малого, лишь бы не возвращаться в приют… Я не могу сидеть с вами за одним столом, безродным это не позволено! Не могу есть одну пищу, на равные с Господином, я её не достойна, я просто должна быть вам полезна! Скрашивать ваш досуг, в лучшем случае, но это…

Ведь правда, я должна слушаться. Спасибо Вам, спасибо, что сегодня, впервые за всю жизнь, я сяду за одним столом с человеком, имеющим род и имя. Спасибо, что позволили мне попробовать еду, которой до этого дня я лишь любовалась. Спасибо, Господин! Вот что я чувствовала в тот момент.

Только, кушать эти блюда я не умею. Нельзя же так опозориться в первый день! Подсмотрела, как пользуется столовыми приборами мой владелец. Попыталась повторить. Не очень то получается… Что-то явно делаю не так. Хлеб кушать проще. Так старательно ковыряла мясо, что не заметила, как подошёл Господин. Лишь лёгкий шлейф его парфюма отвлёк меня от расправы над изысканным блюдом. Подняла на него виноватый взгляд. Простите, мне правда жаль, что я этого не умею! Если это неряшливое зрелище вас смущает, вы можете прогнать меня из-за стола и больше никогда не предлагать достойную еду. Но, он делает иначе. Сам отрезает ароматный кусочек и даёт его мне. Покорно открываю рот, жую…как же это вкусно! С наслаждением от вкуса новой для меня пищи приходит ещё большая неловкость, стыд, и безысходность от всей абсурдности этой ситуации. Нет, скорее, сожаление, что я не та, с кем этот мужчина может быть таким. Я не должна пользоваться его добротой. Просто не могу. Он не должен кормить меня, как ребенка. Не сдержала слёз, пока Господин накалывал на вилку салат. Подняла на него безысходный, скованный выступившей непрошеной влагой, взгляд.

— Позвольте, я сама!

Не знаю, откуда в моём голосе взялось столько смелости, но я выпалила всё, что было в моей голове. О том, как мне стыдно, как я сожалею, о собственных правах и обязанностях. Просто, чтобы он знал. Чтобы помнил, кто я такая… И он уступил. Отдал приготовленную вилку мне и растерянно смотрел, как я справляюсь с поставленной задачей. Видимо, не так дурно, как я думала. Потому что скоро он вернулся на своё место.

Продолжалась трапеза в молчании. Лишь цоканье вилок о фарфор пустеющей посуды. Ела дальше сама. Неуклюже, как могла, но к концу ужина вроде бы стало получаться лучше. Я всему научусь, со временем, Господин обязательно будет мною доволен!

— Канарейка…

— Да, Господин!

— Тебе понравился ужин?

— Конечно! Ничего подобного я раньше не пробовала. И, простите меня, пожалуйста, за этот инцидент. Уверяю вас, такое больше не повторится!

— Ну, что ты, я сам переборщил. Ладно, проехали. Скажи лучше, почему не пробовала вино?

Действительно, передо мной ведь стоял бокал с красным вином. Раньше я никогда не пробовала алкоголь. Не знаю, как отреагирую на этот напиток. Хотя попробовать хочется. Беру в руки хрусталь с полупрозрачной, бардовой жидкостью, делаю глоток… Вкусно… Я бы даже сказала- изысканно. Хотя…что может знать безродная об изысканном. Второй глоток… Во рту остаётся приятное, виноградное послевкусие. Терпкое, пьянящее… Остальное содержимое осушила залпом. Наверное, зря. Первый раз пробуя алкоголь, не стоит быть опрометчивой. Он быстро ударил в голову, мысли смешались и я стала излишне болтливой…

— Господин, скажите пожалуйста, зачем вы меня купили?

— Захотел и купил. Я всегда получаю то, что хочу, Канарейка. — все тот же властный, спокойный тон, будоражащий во мне неведанные до теперь чувства.

— Да, Господин, извините за мои неуместные вопросы… Просто интересно, для какой цели… Всё же, Хозяин запросил немалую сумму за меня, безродную сироту.

— Во-первых, Милая, я не желаю больше слышать об этом ублюдке. Он-не твой хозяин. Твой хозяин теперь-я!

— Да, конечно, простите мою глупость…

— А во-вторых… — он встал из-за стола, плавной, хищной походкой подошёл ко мне так близко, что по опьяневшему сознанию ударило новой волной обворожительного запаха этого мужчины — я купил тебя, чтобы ты принадлежала мне. Нет, не так, чтобы ты была моей. Всегда.

Он провел тыльной стороной ладони по моей горящей щеке, а затем коснулся пальцем жадно хватающих воздух губ.

— Ты готова быть моей, Канарейка?

— Конечно, Господин…

Привет всем постоянным читателем. Я всем вам очень благодарна, за то, что вы есть) Извините за паузу в выходе новых прод. Были обстоятельства, но теперь я снова с вами и включаюсь в работу. Так что, ждите продолжения) Если нравится моё творчество- не забывайте нажимать на звёздочку и оставлять комментарии) всем до скорого)

Игрушка с дефектом

Никита

— Конечно, Господин…

Щёчки моей Канарейки покрылись лёгким румянцем, в темно-карих глазах заиграло сияние, выбившийся из прически локон живою волной пролегал от лица до открытого плеча. Ну что ж, девочка, ты сама сказала, что согласна быть моей. Хотя и выбора у тебя нет. Я не собираюсь сдерживаться!