Опасное влечение (СИ) - Лоранс Полина - Страница 36

Прислушалась к себе. Поняла, что уезжать отсюда мне совсем не хочется. Тогда ничего не буду предпринимать, буду плыть по течению…

Я открыла ноутбук и через GoogleDocs занялась работой. Вадим загрузил несколько документов по текущим и новым проектам, вывесил список с заданиями для всей нашей команды. Я просто начала выполнять задания, делала их одно за другим. Стучала по клавишам, хваталась за телефон.

Написала и отправила десять писем, позвонила в три компании, составила отчёт для двух клиентов. Время пролетело незаметно. Отмечала в списке Вадима, какие задания выполнены, загружала подготовленные документы. Босс не выдержал моей лихорадочной деятельности и позвонил мне:

— Эй, девочка, ты же взяла отгул!

— Нет, Вадим, я работаю удалённо.

— И работаешь как зверь!

— Только бы не думать о…

— Даша, прими мои соболезнования. Хорошая у тебя была собаченция, жаль её. И тебя тоже жаль.

— Спасибо, Вадим.

— Хочешь, после работы к тебе заеду. Сходим куда-нибудь?

— Настроения нет.

— А я изо всех сил буду отвлекать тебя от чёрных мыслей! А, Даш? Соглашайся! Ты же знаешь, я специалист! Уболтаю так, что забудешь обо всех несчастьях.

Знал бы Вадим! Меня уже отвлекают изо всех сил. Причём, практически молча. Без болтовни.

Сразу же обдало жаром, вниз по позвоночнику потекло расплавленное олово, дыхание сбилось. Вспомнила, как только что мы занимались любовью с Матвеем…

— Дашунь? — Снова мой босс. — Ну как? Давай.

— Нет, Вадим, извини, ничего не получится.

Услышала, как кто-то в офисе, кажется Эля, крикнула Вадиму, чтобы он не приставал ко мне — ты что забыл, Дашка помолвлена!

Да уж, помолвлена! Как бы не так… Думать об Алексе совсем не хотелось. Он мелькал где-то вдали, как сумрачная тень, мысли о нём я гнала прочь.

*****

Стеклянные раздвижные двери вели из холла на террасу, где я вчера сидела в полной прострации, закутанная в плед. Мы с Матвеем отправились на прогулку. Я видела жёлтые листья на дорожках участка, чёрную землю под мокрой коричневой хвоей.

Когда надела блестящую стёганную куртку, заботливый хозяин дома попытался напялить на меня сверху ещё и одну из своих — принёс из гардеробной.

— Я же утону в ней!

— Зато не замёрзнешь. Ты не представляешь, как холодно сейчас в лесу.

— Но я буду выглядеть, как бродяжка!

— Хорошо, тогда снова завернём тебя в плед! — с этими словами Матвей закутал меня едва ли не с головой.

Когда мы пересекли участок и удалились от дома уже на километр, я поняла, что Матвей был прав. Прозрачный влажный воздух обжигал холодом. Птицы щебетали, задевали ветви, где-то высоко стучал дятел. Земля, покрытая хвоей, пружинила под ногами.

Матвей шёл рядом и обнимал меня за плечи, согревал. Я очень уютно умещалась у него под рукой. Так было хорошо рядом с ним. Действительность распадалась на фрагменты, которые никак не сочетались. Я не могла соединить два образа — того Матвея, который набросился на меня в офисе, и этого — такого доброго, ласкового… Тот мужчина, который обошёлся со мной так жестоко, исчез. Остался только этот, сегодняшний. Я ощущала к нему бесконечное доверие.

Он не разрешил подойти к могиле Бонни.

— Потом навестишь. Сейчас не надо. Ты же снова будешь плакать.

Мы бродили по лесу, ледяной воздух бодрил, он был необыкновенно чистым, не то что в городе.

— У тебя щеки красные, — улыбнулся Матвей. Он остановился, закутал меня поплотнее в плед, наклонился и поцеловал в нос. Мой нос был ледяным, его губы — горячими.

Он подхватил меня и поднял лицом к лицу, так, что я оказалась выше и теперь смотрела на него сверху вниз. Я обняла Матвея за шею и тоже прижалась губами к его лбу. Погрела ладони о его уши — они тоже были очень горячими.

— Ледышка моя. Замёрзла?

— Только руки.

— Грей их об меня, грей.

Он покружился со мной, потом опустил на землю, и мы продолжили нашу прогулку.

— Малышка, расскажи о себе.

— А что рассказывать? — смутилась я.

— Мне всё интересно.

— Ты же сидел на моей страничке в Контакте, — мстительно прищурилась. — Уже давно всё обо мне выяснил!

— А у тебя там ничего и нет, — улыбнулся Матвей.

Да, в ВК у меня были, в основном, фотографии Бонни…

— Видишь, я даже не знал, что Алекс — твой жених.

Тень пробежала по лицу мужчины, и я тоже сникла.

— Алекс попросил не выкладывать его фото. А так… Что рассказывать… У меня мама и брат Серёжка. Он, как и твой Вася, пошёл в первый класс. Ещё у меня была Бонни, но её больше нет. Ты это знаешь.

— Знаю…

Матвей посильнее прижал меня к себе, сочувственно погладил по спине. Потом он всё же принялся задавать мне вопросы. Его действительно интересовало всё — моё детство и как я жила с родителями, как училась в школе и колледже, с кем дружила.

Скрывать мне было нечего, даже мои отношения с Алексом были настолько невинными, что и о них тоже можно было рассказывать. Но в конце концов, мы снова вырулили на тему Бонни. Я вспомнила тысячу смешных случаев из её долгой — и такой короткой! — жизни. Когда рассказывала о проделках моего рыжика, вдруг стало так приятно! Милые воспоминания согревали душу, казалось, Бонни всё ещё со мной.

Матвей внимательно слушал и при этом так на меня смотрел, что мне хотелось говорить ещё и ещё. Как ему это удалось? Я никогда не была болтушкой, обычно предпочитала молчать.

— Ты удивительная, — покачал головой Матвей, подводя итог нашему разговору.

— Самая обыкновенная! — возразила я.

— Ты просто чудо. Но сама этого не понимаешь. А я знаю, вижу.

Несколько метров мы шли молча, вдыхая холодный чистый воздух. Матвей сжимал мою руку в своей квадратной горячей лапище.

— А мне можно задать вопрос, — нерешительно спросила я.

— Конечно, милая! Что ты хочешь узнать?

— Матвей… — Никак не могла собраться с духом, чтобы спросить о таком.

— Ну что? — улыбнулся.

— Ты же перепутал меня с проституткой…

Мой спутник резко остановился. Чёрная тень легла на лицо. Я испугалась, но всё же закончила:

— … значит… ты постоянно пользуешься их услугами?

Глава 17

ДАША

Мужчина выглядел так, словно его ударили. Он опустил голову. Вот кто бы мог его ударить? Какого размера кулак и какой бойцовский опыт надо иметь для этого? Однако, я сделала это одной фразой.

Стало ужасно страшно. Ну вот, мы так хорошо общались, а я всё испортила. Теперь Матвей будет злиться, что лезу в его мужские дела.

Но он снова меня обнял, сграбастал, немножко даже придушил в своих медвежьих объятиях и потёрся подбородком о мою голову.

— Даш… Не постоянно. Да и вообще не пользуюсь… Это случайно вышло. Я не заказываю проституток в офис, поверь. И в сауну тоже не заказываю. Я, конечно, не ангел, но и озабоченным тоже никогда не был. Маленькая, прости меня за то, что случилось. Я готов ещё миллион раз попросить у тебя прощения. Но всё равно будет мало, потому что то, что я сделал, это чудовищно.

Пару минут мы молча смотрели друг другу в глаза, затем отправились дальше. Вскоре я осмелилась задать ещё один «неудобный» вопрос. Спросила о Васиной маме.

— Вася сказал, она погибла в автокатастрофе…

— Да, Таня разбилась на трассе два года назад. — Лицо Матвея снова омрачилось. — В этом году ей бы исполнилось тридцать три. Мы развелись уже через год после рождения Васьки. Оба поняли, что дальше так нельзя. За год совместной жизни буквально извели друг друга. А после развода вдруг стали ладить. — Матвей пожал плечами. — Вот как бывает. Таня была прекрасной матерью, Вася её обожал.

— Так жаль мальчишку.

— Очень! До сих пор рисует для неё картинки, делает из лего зверушек. А потом мы везём его подарки маме на кладбище.

— Бедный малыш…

Я судорожно вздохнула, на глаза моментально набежали слёзы. Матвей сжал мою руку, погладил по голове…

Наше путешествие по холодному лесу продолжалось.