Опасное влечение (СИ) - Лоранс Полина - Страница 21

А если бы вдруг… я снова занялась сексом? Как бы это было? Теперь, наверное, мне уже не будет больно. По крайней мере, прямо сейчас внизу всё набухло и увлажнилось так, будто приготовилось принять, впустить внутрь… мужчину.

Боже мой… Как я могла такое подумать?!

Я быстро отдёрнула руку и переключила воду. Холодный душ приведёт меня в чувство. Что-то я совсем унеслась не в ту сторону. Казалось, Алекс и вся его пуританская семья осуждающе наблюдают за мной, а мамаша презрительно поджала губы: и вот эту развратную девицу ты хочешь взять в жёны, сынок? Опомнись!

Прохладный душ немного отрезвил. Но когда я вышла из ванной, завернувшись в банный халат, Маринка засмеялась:

— Глазища-то горят! Ты чем там занималась? Мастурбировала? Дождаться Алекса уже невмоготу?

— Замолчи! — зашипела я. — Что ты говоришь при ребёнке!

Оксанка, тихонько напевая, играла с медведем. Бонни бродила по квартире. Так её наскипидарили этими капельницами, что она не может усидеть на месте, а раньше, в основном, лежала.

— Ребёнок ничего не поймёт. А твой Алекс, насколько я понимаю, тебе не поможет. Так и будет с тобой сюсюкать, вместо того, чтобы отодрать по-взрослому. Ты вон уже изнемогаешь.

— Вовсе нет! — возмущённо фыркнула я.

— А я не вижу! Да у тебя на лице всё написано. Девочка созрела, девочку пора уже долго и качественно трахать. Ладно, ладно, не надо так на меня смотреть! Садись, будем делать причёску…

В течение часа подруга сушила мне волосы, вытягивала их круглой щёткой и закручивала концы, превращая длинные пряди в красивые локоны.

К трём часам, когда подъехало такси, я была готова. Стояла в прихожей и смотрела на себя в зеркало — нарядная и ужасно испуганная. А вдруг Алекс с первого же взгляда заподозрит неладное? Поймёт, что я уже другая.

— Надо же, так синьор Манчини соскучился по невесте, что даже не соблаговолил приехать лично, — саркастично заметила Маринка.

Бессовестная! Как же ей не нравится мой парень!

— Ну что ты привязалась? Мы с ним сейчас встретимся в гостинице! Я и сама не хочу, чтобы Алекс видел нашу конуру.

— А зря! Посмотрел бы, в каких условиях живёт его девушка.

— Я стесняюсь.

— Тут нечего стесняться. Мы с тобой работаем с утра до вечера и зарабатываем столько, сколько получается. За хибару платим десять тысяч. За эти деньги невозможно найти квартиру получше. Но и вытащить из бюджета больше, чем пять тысяч, ни ты, ни я не можем. Чего тебе стесняться?

Каждый раз, приезжая в город, Алекс бронирует номер в самом дорогом отеле города. Там бассейн, роскошный ресторан, тренажёрный зал, спа-центр, переговорные комнаты. К нам в гости он не рвётся, а я и не приглашаю.

Пару раз приезжал, и мы гуляли в сквере с Бонни. Но моя старушка, увы, Алексу ужасно не нравится, они оба буквально не выносят друг друга. Алекс говорит, что Бонни мне не подходит, у меня должна быть маленькая гламурная собачка, чтобы носить на руках и наряжать в курточки и другие наряды.

Придумал, надо же! Больше мне заняться нечем.

Странно, конечно, что парень, с которым я встречаюсь целый год, не знает, как я живу. А мой враг — Артемьев — уже это увидел. И был настолько потрясён убогостью нашего быта, что тут же потянулся за кошельком. Помочь хотел. И моя старая собачка, между прочим, вовсе не вызвала у него отвращения! Он сразу же принялся её гладить, почёсывать, а рыжая предательница аж затащилась.

Тут я почему-то вспомнила ещё и Васю, и улыбнулась. Какой чудесный пацан!

Господи, да что же это такое?! Ко мне приехал из Италии жених, а я только об Артемьеве и думаю! Столько мыслей, и все они вертятся вокруг этого монстра. Когда же это прекратится?!

— Точно, вангую, на этот раз Алекс сделает тебе официальное предложение, — сказала Маринка, осматривая меня. — Выглядишь отпадно, самая настоящая принцесса.

Подруга не знает, что я в трудной ситуации. Могу ли я принять предложение Алекса, не предупредив его, что обстоятельства изменились? Разве это не будет обманом?

— Если твой итальяшка опять будет ушами хлопать, то он полный лох и тормоз. Тогда без сожаления выбрасываем его за борт и переключаемся на того вредного клиента, который заезжал во вторник, на Матвея Николаевича. Уж он-то тянуть не будет! Сразу видно, мужик решительный.

Так, похоже, на мою подругу Артемьев тоже произвёл неизгладимое впечатление. Никак не может его забыть!

— Этот точно сразу и деньгами завалит, и квартиру купит. И, поверь мне, такой в щёчку целовать не станет, как твой нудный Алекс, а сразу разложит на любой горизонтальной поверхности и хорошенько оттрахает.

— Марина, замолчи!

Подруга мечтательно вздохнула.

— Да, оттрахает, — с чувством повторила она. — Станешь, наконец, женщиной, хватит уже носиться со своей девственностью.

— Пожалуйста, перестань!

Мысли об Артемьеве и так меня преследуют, а подруга ещё и добавляет масла в огонь!

— Всё, молчу! Можно же иногда сказать то, что думаешь. Ладно, Дашка, езжай. Ты очень-очень красивая, ты сокровище. Помни об этом, если итальяшка начнёт выкаблучиваться. Цени себя.

— Ох, Марина, вот ты советчица! Ладно, пока. Не забудь покормить ребёнка супом, я сварила.

*****

— А вот и моя принцесса! Моя маленькая девочка! — воскликнул Алекс, распахнув объятия. Он встретил меня в фешенебельном холле отеля. Церемонно поцеловал в лоб, потом в щёку, а затем отодвинул от себя и внимательно осмотрел. — Выглядишь изумительно, Даша! Ну-ка, сними плащ.

Под плащом у меня было красное платье с длинными полупрозрачными рукавами, широким поясом и воздушной юбкой ниже колена. Его сдержанность искупалась цветом — платье было очень ярким.

— Алекс, милый, я так по тебе соскучилась!

Хотелось обвить его шею руками, поцеловаться более пылко, но делать это под взглядами администратора и других клиентов отеля было неудобно. Алекс не одобрял прилюдную демонстрацию чувств.

— А я вообще с ума схожу по тебе, бамбина. Подожди, детка, у меня тут важный звонок.

И Алекс, не выпуская моей руки, принялся разговаривать по телефону. Обсуждал какую-то проблему, возникшую на таможне. Он увлёк меня к креслам в лобби, кивнул — садись.

Пока Алекс разговаривал, я им любовалась. Какой же он красивый, элегантный! Настоящий итальянец, они все трепетно относятся к внешнему виду, следят за модой… Серый пиджак в незаметную клетку сидел безукоризненно, на тёмных брюках — стрелка, ремень и туфли из кожи самого высшего качества смотрятся изумительно.

А уж когда мой красавчик надел лёгкое бежевое пальто, он превратился в модель с миланского подиума.

Но… Я думала, мы поднимемся наверх, к нему в номер! Мы не виделись целый месяц, неужели ему не хочется со мной пообниматься? Лично мне — ужасно, до дрожи! Наверное, этот проклятый Артемьев меня разбудил, моё тело проснулось, теперь я вся готова раскрыться, как утренний цветок, навстречу новым, неизведанным ощущениям. Я этого хочу, мне интересно. Сейчас смотрю на Алекса по-иному, мысленно раздеваю его взглядом, вспоминаю, как он выглядит без одежды. Мы пару раз плавали в бассейне отеля, и я видела жениха в плавках. Совсем голым — ещё нет. А теперь пытаюсь представить, что мы лежим раздетые в кровати и Алекс меня целует…

Тут же вспоминаю, как меня целовал Артемьев. А его гранитный член в это время упирался мне в живот. Кровь бросается в лицо от этих мыслей… Я не должна об этом думать! Целых три недели я пытаюсь всё это забыть, но ничего не получается.

И, если честно… В раздетом виде мой жених Артемьеву не конкурент. Вот никак, увы. Хотя Алекс следит за собой, занимается в зале, но у него даже и близко нет такой впечатляющей мускулатуры, его тело вовсе не напоминает фигуру античного бога…

А у Артемьева — один в один. Да чтоб он провалился с его плечами, бицепсами и кубиками пресса!

Нет, всё же, хорошо, что мы не пойдём в номер. Если останемся наедине, Алекс обязательно начнёт выпытывать, почему я сама не своя.