Жена для дракона (СИ) - Эванс Алисия - Страница 46

И вдруг я вырвалась. Сделала очередной шаг, и в лицо ударил дневной свет. Я зажмурилась, а когда проморгалась, оцепенела. До боли знакомая обстановка. Странные светильники, запах сырости и средневековая, примитивная обстановка. Но самое главное — здесь не было моего сына. В панике я начала осматриваться, но не увидела даже серого злосчастного тумана. Где-то поблизости маячил Агрест, но я видела лишь дракона. Это он все затеял! И он куда-то дел моего сына.

— Ну здравствуй, женушка, — услышала я жесткий голос Рейна. Дракон стоял у окна, сложив свои ручищи на груди. И взгляд тяжелый — уязвленный, обиженный. — Что-то потеряла? — издевательски осклабился он.

— Где он?! — выкрикнула я, готовая разорвать этого гада на части. Плевать на то, что я снова в ином мире. Где мой сын?!

— Тот мужчина? — рыкнул мне Рейн и сверкнул глазами так, что я поняла: он намерен причинить вред моему ребенку. Не помня себя, я бросилась к Агресту и выхватила из его ножен кинжал. Король благоразумно сделал вид, что не смог мне помешать.

Я подлетела к Рейну и приставила оружие к его горлу. Гори оно все огнем! Я убью его, если с Лешкой что-то случится.

— Верни его сейчас же! — выкрикнула я и сама поразилась тому, как страшно звучал мой голос. Будто хтоническое чудовище зарычало из бездны. — Или я убью тебя, — прозвучало без капли сомнения.

— Он так дорог тебе? — прошипел Рейн, не сводя с меня своего змеиного взгляда. Он тоже был на взводе, но в отличие от меня, у него было время остыть.

— Дороже жизни! — выкрикнула я. Страшно подумать, что сейчас мой мальчик бродит там, среди серого тумана, и не может выйти… От этой мысли сердце сжалось. В груди начала нарастать боль.

— Ла-а-адно, — потянул Рейн. На его губах расплылась недобрая улыбка. — Сейчас пообщаемся с тем мужчиной, который так дорог тебе, женушка, — не обращая внимания на приставленный к горлу кинжал, дракон начал разминать шею и руки, будто собрался с кем-то драться. — Где этот шакал, который тебе так дорог?! Это к нему ты сбежала?! — все сильнее распалялся он.

— Да! К нему! — кричала я. Со стороны мы выглядела как два идиота, которые выкрикивают фразы вместо того, чтобы говорить спокойно.

— Тогда я буду рад лично свернуть этому гаденышу шею, — с убийственной интонацией произнес Рейн.

— Где он?! — потребовала ответа я.

— В портале, — дракон взмахнул рукой, и в комнате материализовался мой мальчик. Он словно бежал куда-то и вдруг выпрыгнул посреди комнаты, испуганными глазами смотря по сторонам.

— МАМА!!! — закричал он и побежал ко мне, не обращая внимания ни на кого вокруг. Я приняла его в свои объятия, сжала изо всех сил, и слезы брызнули из глаз. Сколько раз я должна потерять его из-за дракона? Сколько раз мы будем переживать эту разлуку? Разве есть на свете поступок более жестокий, чем разлучить мать и ребенка?

Оказалось, что все это время я продолжала сжимать в руках кинжал. Я поняла это тогда, когда мои пальцы ослабли, и холодное оружие со звоном ударилось о пол. Все поплыло перед глазами. Я покачнулась. Врачи говорили мне, что в ближайшее время я должна избегать стрессов, физических нагрузок и неприятных ситуаций. Я и сама, как врач, все это прекрасно понимала.

— Мамочка! — сын попытался удержать меня, обхватив и дав опору. — Мама, что с тобой?! — кричал ребенок. Его голос был полон паники и слез. В эту минуту я переживала не за себя, а за своего ребенка, который вновь терял меня. — Мама, открой глаза!

Я помню, как сильные руки схватили меня за плечи, отрывая от ребенка. Его прикосновения я могу узнать из тысячи. Он не прикасался ко мне с тех пор, как мы занимались любовью, и я думала, что уже не испытаю на себе этих уверенных, властных движений. Рейн подхватил меня на руки и подкинул, заставляя уложить голову на его плечо. Черт возьми, это оказалась очень удобная поза, разгружающая мышцы шеи. В ушах шумело, я то приходила в себя, то проваливалась в небытие. Успокаивало лишь то, что я постоянно слышала рядом с собой голос сына. Наконец, меня уложили на постель. Я не потеряла сознание, но была на грани этого.

— Мамочка! — теплые ладони сына коснулись моих щек. — Открой глаза.

Я выполнила его просьбу. Преодолевая себя, подняла веки и взглянула на Лешку. Он испугался, в детских глазах застыл неподдельный страх. Он и так переживал за меня, когда я была в больнице, а теперь и вовсе испытает огромный стресс.

— Твоя мама нуждается в отдыхе, — прозвучала осторожная просьба. Лешку моего как током ударило. Растерянность и страх в его глазах сменились жгучей ненавистью.

— Это ты?! — взревел мой сын непривычно зычным голосом. — Ты украл мою маму?! — Лешка прожигал Рейна таким взглядом, что я реально испугалась, как бы он не набросился на огромного ящера. Дракон может и не стерпеть такого оскорбления и причинить вред моему ребенку. — Я тебя уничтожу!!!

Мои худшие опасения сбылись. Лешка схватил с пола какую-то штуку и бросился на Рейна с боевым кличем. Раздался глухой удар. Я испугалась за мальчика. Он еще совсем ребенок, не понимает, что делает, подвержен эмоциям. Рейн легко может отыграться на нем, отомстить мне за обман.

Откуда только силы взялись? Голова кружилась, а ноги дрожали, когда я поднялась, чтобы защитить Лешку. Моим глазам предстала удивительная картина: сын пытался достать до дракона кочергой, которую выдернул из камина, а Рейн удерживал его за голову, вытянув вперед руку. Лицо у него при этом было такое изумленное и растерянное, словно его пыталась укусить непонятно откуда взявшаяся собака. Комичная картина.

Я свесила ноги на пол и соскользнула. Ударившись о пол, окончательно отключилась.

Глава 39

Рейн смотрел на мальчишку и чувствовал себя круглым идиотом. Виктория — мама этого мальчика. Мама! Его аира уже успела родить. В ребенке явственно проглядывалось сходство с матерью: те же глаза, тот же подбородок, то же упрямство во взгляде. А главное — то остервенение и ненависть, с которыми паренек готов был защищать Викторию.

Такого поворота дракон не ожидал. Он выследил Викторию. Плюнул на все, взял из запасов самый мощный накопитель силы и накрыл портальным туманом целый город в другом мире. Это редкая магия, могущественная и опасная. Но у него получилось. Он нашел Викторию, но перед этим ощутил, как в портал вошел кто-то, с кем она связана. Кто-то, кто очень дорог ей. Рейн решил, что это любовник. Идиот! Нет на свете связи крепче, чем у матери с ее ребенком. Он должен был это предвидеть.

Радость от того, что нашел свою аиру, затерялась в пучине изумления. Она мать! Вот почему Виктория так рвалась назад. Вот почему обманула его, придумав умный и сложный план по возвращению домой.

Она рвалась к сыну. Почему сразу не сказала о нем? Почему не призналась в своем материнстве? Неужели боялась чего-то? Рейн смотрел на мальчишку, когда тот набросился на него с обвинениями.

«Это ты украл мою маму?!»

Прозвучало как оскорбление. Так вот, кто он — похититель чужих мам?

Виктория. Вспомнив о Виктории, Рейн бросился к ней. Девушка (или женщина?) побледнела, начала оседать. Третий переход за две недели! Удивительно, как у нее вообще хватило сил приставить нож к его горлу. Она должна была упасть как только вышла из портала, но любовь к сыну и желание его увидеть оказалось сильнее. Сколько же силы хранит в себе эта женщина? Оттеснив мальчика, дракон взял на руки свою женщину. О ней нужно позаботиться как можно сильнее. Не только ради него, но и ради ребенка.

А пацан оказался не промах. В нем сразу почувствовалась сила. Не испугался огромного дядьку, бросился на него с кочергой! На Рейна не раз покушались, но дети еще никогда не пытались его убить, да еще так искренне. Не получалось злиться на ребенка. Мальчику нужна мать, а дракон встал преградой между ними.

Он держал мальчишку за макушку, не подпуская к себе, когда услышал глухой удар. Дракон так внимательно рассматривал сына своей аиры, что позабыл о ней самой. А ведь девушка пережила еще один переход. Она резко побледнела и почти упала на пол, когда он подлетел и подхватил ее. Снова коснулся нежной женской кожи, ощутил на своих руках ее слабое тело. Такая беззащитная, милая и…невероятно отважная. Он не встречал женщины, которая так самоотверженно шла бы против него. И только теперь осознал, каким идиотом он был. Вся злость, которая питала его все эти дни, в мгновенье исчезла. Его аира оказалась вовсе не предательницей. Она действовала не из подлых соображений. Она мать, которая рвалась к своему ребенку, а осуждать матерей не вправе даже Высший дракон.