Жена для дракона (СИ) - Эванс Алисия - Страница 18

Рейн

Он неотрывно смотрел на молодую женщину, расслабленно лежащую на его постели. Он навел на нее усыпляющие чары, от которых постоянно напряженные черты лица расслабились. Виктория вдруг стала такой беззащитной, что Рейн физически не мог заставить себя отойти от нее и заняться делами. Нужно поговорить с королем. Убить его — слишком просто и глупо. Этот поступок лишь оттолкнет от него суженую. Нет, Рейн вовсе не дурак. Он уже придумал, как окольцевать эту непокорную птичку, да так, что она даже не поймет, что происходит. Главное — привязать ее, а уж там будь что будет.

Рейн рассматривал Викторию, с каждой минутой все отчетливее отмечая, какая она хрупкая и слабая. На его огромной кровати ее фигура терялась, она казалась ребенком. Невысокая, худая, с густыми каштановыми волосами. Она укладывала их в тугой пучок на макушке, но теперь они рассыпались по подушке, полностью покрыв собой шелковую наволочку. Он не хотел уходить, и это странно. Дракон давно не испытывал никаких чувств к женщинам, которые его окружали. Уже лет пятьсот его сердце не трогали ни милые улыбки, ни невинность юных дев, ни жаркая страсть опытных соблазнительниц. В своем гнезде у него есть небольшой гарем, да и тот лишь для удовлетворения физических потребностей.

Впервые женщина смогла вызвать в нем такой шквал эмоций. По большей части негативных, но теперь Рейн смотрел на свое поведение под другим углом. Если бы он понял раньше, кто она такая, если бы получил хотя бы маленький намек, то вел бы себя иначе. Плевать на ее внешний вид, на дерзость, на невоспитанность и излишнюю образованность. Ему нужен ребенок, а еще лучше несколько. Бабочка, сотканная из его магии, но ожившая благодаря прикосновению аиры — знак свыше. Виктория способна вдохнуть жизнь с помощью его магии, и за одно это он готов носить эту женщину на руках.

Пусть отдыхает. Ее телу и разуму нужен покой. Выходя из спальни, Рейн выставил у дверей охрану, взяв с каждого стражника клятву верности. Отказать в ней Высшему дракону, значит подписать себе смертный приговор. Покидая западное крыло, он подумал, что нужно внимательнее следить за питанием суженой. Ее тело должно быть готово к беременности, а она худая как щепка. Обычно женщины любят сладкое. Он распорядится, чтобы Виктории подавали самые вкусные десерты на завтрак, второй завтрак, обед и ужин.

— Ты желаешь встретиться со жнецом смерти? — с порога спросил Рейн, врываясь в королевские покои, из которых он только что вытащил свою аиру. Стража не посмела встать на пути у Высшего дракона, бросившись перед ним врассыпную. Он ногой распахнул дверь и застыл. Пусто. — Где король? — требовательно спросил дракон.

— Отбыл из дворца в город, — стражник прикладывал усилия, чтобы его голос не дрожал. Еще бы! Недовольный и злой дракон кому хочешь внушит ужас. Хм… Кому угодно, кроме Виктории. Рейн внимательно посмотрел на двух здоровых мужчин, вооруженных до зубов. Они боялись его, и даже у них плохо получалось скрывать ужас, который внушал им разозленный дракон. Но Виктория видела Рейна и в более взбешенном состоянии, при этом вела себя гораздо спокойнее, нежели эти тренированные мужчины. Хм… Какой отвагой нужно обладать, чтобы так владеть собой? Перед внутренним взором возник образ хрупкой, слабой женщины, которую он оставил спящей на кровати. Он выдернул ее из родного мира, а она не потеряла контроль над собой, не закатила ему ни одной истерики. Даже физически восстановилась очень быстро. Поразительно, какой внутренней силой обладает эта маленькая женщина. И это при том, что ей всего сто лет!

Осталось лишь дождаться ее пробуждения, а дальше он воплотит свой план в жизнь. Рейн усмехнулся. Опять суженая будет бросаться на него с кулаками…

Виктория

Когда я проснулась, еще несколько минут лежала на постели, наслаждаясь ее теплом и мягкостью. Как хорошо и спокойно. Нет тревог и страхов, душа не болит, будто ее разорвали на несколько кусочков. Но стоило открыть глаза, как реальность обрушилась на меня волной цунами.

Он принес меня в свою спальню?! Первым делом я принялась ощупывать себя. Шутка ли, радуюсь тому, что на мне надета сорочка! Фактически нижнее белье. Устало застонав, я повернулась на бок. Не провела в ином мире и суток, а уже схожу с ума от безысходности и злости. Дракон, притащивший меня сюда, просто невыносим. Я поймала себя на мысли, что хочу убить его. Я, выбравшая профессию дарительницы жизни, хочу убить! Это невыносимо. Нужно вставать, что-то делать, искать пути домой, а я не могу. Сжалась в позе эмбриона, обхватив колени руками, притянув их к груди.

Никогда не позволяла себе распускать нюни, но в эту минуту совершенно потеряла над собой контроль. Слезы катились градом, и не было никаких сил их остановить. Меня накрыло такое отчаяние и ощущение собственной беспомощности, что в груди появилось чувство сжатости. Мне перестало хватать воздуха. А что, если я никогда не вернусь обратно? Что, если не увижу своего сына, не обниму его, не скажу, что люблю? Я не плакала — я рыдала, поливая слезами шелковую подушку.

За спиной раздался какой-то звук, словно полыхнуло пламя. Я не обратила внимания на это, а зря. Раздались тяжелые мужские шаги. Я уже знала, кто может двигаться с такой тяжестью, что пол под ногами пружинит, а вместе с ним дрожит и вся комната. Дракон вернулся.

— Что ты творишь тут? — произнес он с нотками растерянности в голосе. У-у-у-у! Каким-то чудом я не завыла в голос. Зачем он явился именно сейчас?! Чтобы снова насмехаться надо мной, унижать, довести до того, чтобы я просто вышла в окно?! О, это решило бы все проблемы крылатого ящера! — Виктория, я к тебе обращаюсь! — он навис надо мной, сжавшейся в комок в приступе истерики. Я прятала лицо в подушку, закрываясь от дракона как ребенок от страшного монстра. — Я чувствую странный зов, — протянул Рейн, наклоняясь ко мне. — От тебя! — прозвучало прямо в ухо.

— Уйди! — прошипела я в подушку, и не уверена, что Рейн меня услышал. Я послала ему зов?! Ха! Да я мечтаю, чтобы этот ящер исчез из моей жизни, из этого замка, из этого мира! Пусть провалится сквозь землю, и всем на свете станет жить легче!

— Я слышу твой зов, — прошептал дракон, опускаясь на корточки. Я чувствовала на себе его пристальный взгляд и сжимала простынь от чувства собственной беспомощности. Опять он несет какой-то бред! Да я лучше об стенку расшибусь, чем позову этого невыносимого хама! — Аира, — прошептал Рейн и, не успела я опомниться, как оказалась подхвачена на руки! Будто игрушку, дракон легко оторвал меня от постели своими руками-граблями. Подхватил, развернулся и усадил меня к себе на колени, продолжая крепко удерживать за талию.

— Что тебе нужно?! — к черту гордость. Он уже увидел и мои слезы, и прилипшие к мокрому лицу волосы. Знаю, что будет издеваться. Сейчас я нахожусь в таком нестабильном состоянии, что сама не знаю, что могу сделать.

— Я думал, после сна тебе станет легче, — дракон сверлил меня пристальным немигающим взглядом. Ну же, пусть начинает язвить! Я жду!

— Я тебя ненавижу! — с расстановкой прошипела я, позабыв о своем правиле называть дракона на «вы». — Не-на-ви-жу! — срывающимся голосом закричала и начала вырываться. Мне безумно захотелось схватить с подоконника вазу и разбить ее о черепушку своего похитителя. Я столько раз пыталась одолеть его физически, что новая попытка была скорее приступом отчаяния, чем реальной возможностью. Так мне казалось. Я не верила, что что-то смогу. Вазы под рукой не оказалось, и мне ничего не оставалось, кроме как использовать лишь силу своих мышц. Он не держал мои руки, и я принялась в истерике колотить того, кто разрушил всю мою жизнь.

Когда мой кулак врезался в голову Рейна, боль ослепила меня. С таким же успехом я могла со всей силы впечатать руку в каменную стену.

— Боже! — вскричала я, прижимая горящую от боли руку к груди. Сам дракон даже не дернулся, будто у него череп сделан из титана. — Проклятье! — в лучшем случае я просто ушибла руку, а в худшем сама себе ее сломала.