Жена для дракона (СИ) - Эванс Алисия - Страница 16

Рейн

Его огонь принял ее. Он смотрел на эту невысокую, дерзкую, но в то же время красивую и умную женщину и не мог поверить, что перед ним его аира — истинная пара, женщина, предназначенная богами. Сколько столетий он искал её? Две тысячи лет. Всю свою жизнь, которую боги растянули на немыслимый срок. Рейн всегда думал, что его суженой окажется драконица. Именно поэтому он всегда посещал стаи, в которых рождались девочки. Редчайшее событие для драконьей расы, и каждый раз Рейн надеялся, что его душа отзовется на новую душу, признает в новорожденной свою пару. Дождаться ее взросления — пустяк. Главное найти ту самую. И вот, нашел.

Человеческая женщина из другого мира. Со странными нравами и представлениями, дерзкая, явно образованная, но как-то по-своему, по-иномирному. Раньше он воспринимал ее как обузу, теперь же она вызывала жгучий интерес. Рейн привел из другого мира новую душу, но не признал в ней свою пару. Почему? Даже и мысли о подобном не допускал, пока девчонка случайно не вдохнула жизнь в его магию. Какие еще нужны доказательства того, что перед ним та самая? Не имея в себе ни капли магического дара, она одним лишь прикосновением нарушила стабильную структуру драконьего огня и превратила его в живое существо. Дала жизнь, сама не понимая, что только что натворила.

Инстинкты активизировались мгновенно. Если раньше Рейн воспринимал предложение короля о помолвке как способ сбросить с себя лишний груз, то сейчас захотелось испепелить мерзавца, посмевшего покуситься на его драгоценность. За минуту Виктория из раздражающей невоспитанной девчонки превратилась для него в ту, за кого он готов бороться всеми способами. Аира — не просто часть души. Это сосуд, способный вместить силу дракона. Встретив свою аиру, дракон должен как можно скорее провести брачный ритуал, который изменит тело молодой женщины. Она не станет драконицей, но обретет бессмертие и сможет владеть магией. Весь этот процесс служит лишь одной цели: аира должна зачать ребенка и произвести на свет нового дракона.

Только ей под силу вместить в себя всю магию Высшего дракона и передать её следующему поколению. Так и рождаются сильные драконы, которые живут несколько тысячелетий. Только аира способна подарить Рейну долгожданного сына, который продолжит династию. Он ждал её две тысячи лет. Дольше, чем любой из его предков. И теперь не отпустит.

Стоило осознать это, как дракона пронзила догадка: а ведь она мечтает попасть обратно, туда, откуда он забрал ее. Там, в мире без магии, где молнии заключают в маленькие артефакты, ее кто-то ждет. Она сказала, что у нее нет мужа, но Рейн нутром чувствовал: какой-то мужчина ждет ее там, а она рвется к нему.

Не вырвется. Конечно, он не стал говорить ей, что есть способ вернуться обратно. Рейн может переместить тело и душу Виктории в ее родной мир, но теперь не сделает этого даже под страхом смерти. Впрочем, какая смерть? Ему две тысячи лет, плюс-минус лет триста. Жнец смерти уже наверняка забыл о существовании Высшего дракона. Раньше он пыталась нагнать его, пару раз едва не настигла, но потом оставила свои глупые попытки.

Виктория должна остаться в этом мире до церемонии бракосочетания, которую нужно провести как можно скорее. Рейн ощутил острое желание привязать к себе свою аиру. У нее есть только один путь назад. Призрачный, почти недостижимый, но он существует. Если она исчезнет, найти ее будет непросто. На этот раз Оракул не поможет. Дракон встретился взглядом с женщиной, которая будоражила его душу с того самого момента, как попалась ему на глаза, а он, идиот, даже не отследил этого. Она упряма. Будет добиваться своего до последнего, не отступится, даже если внушить ей полную бесполезность попыток вернуться. К тому же, лично его, Рейна, она ненавидит, и даже слушать не станет. Да, за дело: он похитил ее и был не слишком обходителен. Теперь все будет по-другому. Ради того, чтобы получить наследника, дракон готов измениться и вспомнить, как следует ухаживать за женщинами.

Завоевать ее доверие будет непросто. На это уйдет время, в течение которого она точно натворит глупостей. Если раньше Рейн собирался просто избавиться от обузы, выдав ее замуж, то теперь этот вариант отпадал сам собой. Она принадлежит ему и только ему. Уже сейчас, в эту самую секунду. Просто Виктория еще не знает об этом, а потому может совершить ошибку. Нужно огородить ее от глупости.

Не сразу Рейн поймал себя на том, что неотрывно рассматривает лицо молодой женщины. Её глаза — вот что привлекало его внимание все это время и неимоверно раздражало. В них отражалось то, чего в глазах приличной, воспитанной женщины быть не должно — непокорность. Виктория не умеет подчиняться мужчине, не умеет быть смиренной. Это интересно. Не будь она его парой, он бы предпочел сломить девчонку, но в свете новых обстоятельств эта черта лишь придавала его аире пикантности.

— Не смотрите так! — неожиданно воскликнула его суженая, словно его внимание стало раздражать ее особенно сильно. Раньше он бы нагрубил и поставил на место нахалку, но только не теперь… Только не теперь.

— Почему? — он и не подумал отвести взгляд. — Ты очень необычная девушка, Виктория. Я хочу узнать о тебе побольше.

В ответ она так распахнула на него свои сверкающие протестом глаза, будто он замахнулся на нее и собирался ударить. М-да, не так Рейн представлял себе отношения со своей аирой. Если бы только можно было повернуть время вспять, то он бы вел себя по-другому. Говорят, дракон чувствует свою пару с первого взгляда, так почему же Рейн ничего не ощутил? Неужели виной тому окаменевшее сердце, о котором ему твердили провидцы без малого тысячу лет назад? За два тысячелетия сохранить душу живой практически невозможно. Рейн — самый древний дракон из всех живущих в этом мире. Он уже давно забыл, что значит испытывать сильные чувства. Не потому ли иномирянка так раздражает его с первой минуты, что ее появление начало раскалывать камень, сковавший драконье сердце?

— Я желаю вернуться домой! — выкрикнула его аира. С каждой минутой Рейн все сильнее восхищался этой женщиной и все отчетливее осознавал шаткость своего положения. Каждое ее действие, каждое слово отзывалось в его сердце приятной волной. Она прекрасна, когда злится. Он и раньше замечал это, любуясь раскрасневшимися в гневе щеками, но отметал «неправильные» мысли. Ни одна женщина не смела повышать на него голос и чего-то требовать, но Виктория не такая, как все остальные. Теперь, когда он больше не воспринимал ее как обузу и балласт, смог восхититься необычным характером. Она не дикарка, как он подумал вначале. Дикарки не бывают такими образованными, у них нет этой сдержанной уверенности в себе. Девочка бросилась на него пару раз с кулаками, но это можно списать на эмоции и последствия перехода. Кстати, а ведь последний она перенесла относительно легко! Всего лишь раз потеряла сознание! Еще одно доказательство того, что Виктория — его аира, и в ней течет частица его собственного огня. Осталось только пробудить этот огонь в их первую брачную ночь.

— Желаешь вернуться, — облизнул губы Рейн, повторяя слова суженой. Виктория не оставит эту идею. Она будет рваться в свой мир до последнего вздоха. Что ж, для своей аиры он вполне может организовать путешествие. Конечно, только после проведения брачного ритуала, который навсегда свяжет их души. Став его женой, Виктория не сможет скрыться ни в одном из миров, да это и не потребуется. Он готов ей показать все закоулки Вселенной, если она этого пожелает. Нужно всего лишь провести ритуал, на который Виктория пока не готова согласиться добровольно.

— Все еще будете настаивать на том, что это невозможно? — болезненная ухмылка исказила красивое женское лицо. А она умна! Чувствует, что ей лгут. Не самое лучшее качество для жены, но это показывает ее проницательность.

— Я настаиваю на том, что тебе нужен отдых и покой, — Рейн попытался снизить градус их общения. Аира должна успокоиться. Она и так много нервничала в последнее время, а это плохо сказывается на женском здоровье. Его нужно беречь в первую очередь. — Я хотел, чтобы ты попыталась выполнить простое упражнение и оценить твои магические способности. Убивать тебя я не собирался, — сразу объяснил Рейн, чтобы эта зазнайка не напридумывала себе невесть чего. Что-то подсказывает ему, что она уже успела заподозрить его в поджоге королевского дворца.