Поколение S (СИ) - Медведева Анастасия "Стейша" - Страница 56

— Куда? — хмурится Мирон.

— Полагаю, в палату к Артёму. Насколько я поняла, он — единственный, кто в данный момент не может передвигаться самостоятельно, — отвечаю, не глядя на него иду к двери. — И да, нужно привести Полину. Если это возможно — то в наручниках или со связанными руками. У меня нет сил для нового раунда.

— Чего ты хочешь? — спрашивает Дан.

— Хочу, чтобы мы все поговорили, — отзываюсь, открывая дверь, — и выяснили уже, наконец, какого черта здесь происходит.

В палате Артёма оказалось довольно просторно. Полину посадили на стул рядом с кроватью, а мы встали напротив них.

— Похожа? — показываю рисунок этой парочке и вижу, как на их лицах появляется… что это, вообще?

— Как вы узнали? — цедит Полина, зверем глядя на нас.

Хорошо, что её руки были связаны, как у пациентки психбольницы. Плохо, что руки ей в общем-то и не нужны… но, надеюсь, количество противников удержит её от глупостей.

В любом случае, одноклассница уже выдала себя с головой.

— Так вы не врали! — удивляется Лика, но я останавливаю её рукой; смотрю на Артёма и вижу раскаяние в его глазах.

Да, в отличие от Полины качок раскаивался.

— Что вы с ней сделали? — спрашиваю прямо.

Чувствую, как Мирон напрягается.

Полли хранит молчание, упрямо глядя на дверь.

— Я выбью из вас ответы, — мгновенно выходит из себя блондин, но его останавливает спокойный голос Артёма:

— Мы её убили.

Шок. У всех.

— Ну, ты и трепло! — шипит Полина на своего дружка.

— Это было год назад. Ночью. Мы были пьяными. Ехали не так быстро… она появилась на дороге неожиданно, — короткими фразами отвечает Артём, игнорируя Полли, — я был за рулём…

— Вы не могли убить её, — меняясь в лице и теряя контроль над собой, цедит Мирон, — это невозможно!

— Почему? — хмурясь, поворачиваюсь к нему.

— Потому что она не могла «просто прогуливаться по дороге ночью». Её похитили. И я даже могу сказать — кто! — и он неожиданно поворачивается к Лике. — Я видел, что ты тоже узнала её на рисунке!

— Собери мозги в кучку! В тот момент, когда всё это происходило, я была под дозой где-то у чёрта на куличиках, — огрызается Лика. — Я узнала её, потому что видела фото… уже не помню точно — когда. Но это было у нас дома.

— Что фото Агаты делало у вас дома? — удивленно спрашиваю у неё.

Лика как-то странно косится на Мирона, а тот стоит, плотно сжав челюсть, и пробивает в ней дыру своим взглядом.

— А поподробнее? — не выдерживая их игры в «гляделки», повышаю голос.

— Вполне возможно, что это как-то связано с бизнесом наших родителей, — наконец, выдавливает из себя Лика.

— Вполне возможно? — нехорошо улыбается Мирон. — Моему отцу постоянно угрожают по телефону, а мать вообще не выходит из дома без сопровождения охраны.

— Что у вас за семья такая? — не без иронии спрашивает Дан.

— Это бизнес. Наши родители — главы крупных конкурирующих компаний, — нервно пожав плечом, отвечает Лика, глядя в пол. — Да, порой в ход идут не самые законные методы… Но мои родители не имеют к этому никакого отношения!

— Откуда такая уверенность? — холодно спрашивает Мирон.

— Так ты знал? Вы оба знали, кто вы? — переводя взгляд от одного к другому, спрашиваю потрясенно.

— Я поняла не сразу — только после того, как заметила, что наш новенький смотрит на меня, как на дерьмо со своего ботинка, — мило улыбнувшись в сторону Мирона, отвечает Лика.

— А ты? — смотрю на медиума.

— Я знал, куда я ехал, — без эмоций отвечает тот.

— Невероятно, — качая головой, протягиваю, — вы как долбаные Ромео и Джульетта!

— Даже не думай сравнивать нас с ними! — протянув руку вперёд, останавливает меня Лика. — Этот психопат никак не тянет на наивного влюбленного паренька, способного убить себя во имя светлой и чистой подростковой любви. Он скорее покромсает всех вокруг.

— Сказала девчонка с ножом в кармане, — бросает в её сторону Мирон.

— Заканчивайте, — грубо обрываю обоих; затем поворачиваюсь к Лике. — Ты можешь как-то проверить: связана ли твоя семья с похищением Агаты?

— Да. Мой телохранитель имеет доступ к этой информации, — неохотно кивает та.

— У тебя есть телохранитель? — удивляюсь.

— Мой водитель.

— Боже, — закатываю глаза, — мы как в черно-белом кино, и сейчас из этой двери выйдет крёстный отец.

— А причём здесь черно-белое кино? — уже отходя от меня с телефоном у уха, хмурится Лика.

— Не знаю. Может, это серые стены так давят на мою психику? — фыркаю, а затем перевожу взгляд на Мирона. — Рассказывай.

— Что? — холодный вопрос.

— Ты знаешь — что, — так же холодно отрезаю. — Как пропала твоя девушка?

— А ты у нас нынче за штатного детектива? — щурится блондин.

— Я у вас нынче за штатного Потрошителя, — криво улыбаюсь, затем снова становлюсь серьёзной; ну, почти серьёзной. — Это же то, чего ты хотел. Момент истины. Задание для Тени. Правда, теперь мы знаем, что твоя девушка мертва, но это не должно помешать произнесению заготовленной речи.

— Издеваешься? — спокойно спрашивает Мирон.

— Да, — не отрицаю я; внутри всё ещё бурлит обида за все те эмоции, что он успел вызвать во мне, за все те прикосновения, за все те поцелуи… — я ведь была твоей персональной грелкой, — бросаю ему. — Я имею право знать.

Вижу, как на его скулах двигаются желваки, но ничего не могу с собой поделать. Зачем нужно было сближаться со мной, если он так влюблён в свою Агату?.. Зачем нужно было… всё это?!

— Хорошо, мышонок, — улыбается Мирон, и в его улыбке нет ни грамма веселья, — я тебе расскажу, — он садится на свободный стул, оседлав его, и поднимает взгляд на меня. — Мы дружили с детства. Агата — моя лучшая подруга. Потом, как это случается, в кровь ударили гормоны, и мы сблизились. Избавлю тебя от подробностей — вижу, что ты злишься, поэтому перейду сразу к делу: к моменту похищения.

— Я не злюсь, и её не похищали, мы это уже выяснили, — кивнув в сторону притихших Полины и Артёма, отвечаю.

— Её похитили во время нашего свидания, — отрезает Мирон, заставляя меня усомниться в собственных выводах, — это должен был быть мирный пикничок на лужайке. Она в тот день сделала такую же стрижку, как у меня, обрезав свои шикарные волосы — которые ты удивительно точно изобразила на рисунке, — как только Мирон произносит это, я вижу, как напрягается Дан… с чего бы это? — мы долго спорили по этому поводу, но Агату было не переубедить, и на годовщину наших отношений, она подстриглась: это странно, но ей даже шло. Белая майка, черные джинсы, короткие волосы и такое кукольное лицо… Когда она начала замерзать, я дал ей свою толстовку. Потом пошёл отлить. А когда вернулся — Агаты уже нигде не было.

Мирон замолкает, а я смотрю на Дана…

На Дана, лицо которого было слишком красноречивым, чтобы этого не заметить…

Да, лучше думать о нём, чем представлять перед собой счастливого влюбленного Мирона, целующегося со своей идеальной девушкой на покрывале в парке…

— Одно непонятно: откуда у вас та толстовка? — медиум поворачивается к Артёму и Полине.

— Я хочу тебя огорчить, — вдруг произносит Полли, — но твоя подружка действительно мертва. Потому что эту толстовку мы сняли с её трупа перед тем, как кинуть её тело в лесу. Сама не знаю, какой черт дернул нас сделать это.

Я закрываю рот ладонью, а Дан резко отходит к окну.

Так, с ним потом разберёмся…

— Вы что, действительно убили человека?.. — выдавливаю из себя.

— А ты думала, он такой большой шутник? — кивнув на Артёма, фыркает Полина.

— Сука… — Мирон срывается с места, но его перехватывает Данил, быстро скрутив руки.

— Ты можешь подбирать слова? Речь идёт о человеческой жизни! — цежу, глядя на Полли.

— Она не раскается, можешь не надеяться, — рычит Мирон, пытаясь высвободиться из хвата, — она же нажралась теней из астрала!

— ЧТО?! — подрываюсь с места, отступая от кровати.

— Она питается ими, чтобы поддерживать свою силу. Бонусом идёт вся дурь и агрессия, — ровно произносит Артём, неожиданно решив подать голос.